Чудо-пилюли - Павел Астахов

Отпуск, даже всего лишь двухнедельный, это маленькая жизнь. И прожить ее, как говорил советский классик, надо так, чтобы не было мучительно больно.

Я провела свой отпуск в «Сосенках», и мне там было хорошо и спокойно. Я стала крепче спать, перестала вздрагивать от громких звуков, избавилась от темных кругов под глазами и приобрела приятный цвет лица – кремово‐розовый, как крепдешин моего школьного выпускного платья.

Наряд этот мне вспомнился по той простой причине, что и он, и мой нынешний цвет лица были из одного и того же далекого времени. Однако я привезла из «Сосенок» и кое-что новенькое – например, привычку спать сколько влезет.

В доме отдыха в меня запросто «влезал» двенадцатичасовой сон, так что я даже перевыполняла норму того сингапурского дядечки, который в пятьдесят с чем-то лет сохранил юношескую красоту и грацию. Дома же я без задних ног продрыхла почти десять часов, проснувшись в восемь утра – то есть намного позже, чем могла себе позволить в рабочий день.

– А тебе на пользу отпуск пошел, – отметила Сашка, когда я в панике от того, что безобразно проспала, влетела в кухню, спеша к кофеварке. – Лицо свежее, гладкое, и спишь как убитая, ничего не слышишь. Твой телефон пищал.

Дочь преспокойно попивала зеленый чаек с кусочками свежей кокосовой мякоти вприкуску. Я удивилась, что проспала не только писк телефона, но и грохот разбиваемого кокоса.

– Будешь гранолу с сухофруктами? – Сашка подняла и потрясла пакетик, показывая, что готова исполнить дочерний долг и приготовить мамаше-засоне полезный завтрак.

– Э‐э‐э…

Я замялась и, увильнув от ответа, юркнула в ванную. Мне не хотелось честно и прямо говорить заботливой дочери, что эта ее гранола с сухофруктами больше всего похожа на корм для домашних грызунов. Клянусь, питательная смесь для морской свинки, которую иногда покупает любимому питомцу своей еще более любимой племянницы мой помощник Дима, и выглядит, и пахнет точно так же! А я не столь крепка зубами, как хомяк. Да и не нравятся мне Сашкины здоровые корма, если честно. Я бы по старинке яишенку слопала или творожок со сметанкой и сахаром…

Терзаясь сомнениями и чувством вины, я решила отказаться от гранолы под предлогом того, что не успеваю, в ускоренном темпе провела все утренние санитарно-гигиенические процедуры и вышла из ванной со словами:

– Ох, некогда позавтракать, надо бежать, я опаздываю, а так хотелось гранолы…

– Ага, ври больше! Тебе звонила теть Маша, – Сашка кивнула на мой мобильник, лежащий у нее под рукой. – Я за тебя ответила.

– И что Маша? – закричала я уже из комнаты, торопливо влезая в платье.

– Просила передать, что она в честь твоего возвращения из отпуска испекла свой фирменный тортик «Мишка на востоке», так что ты можешь не завтракать, у вас будет чем перекусить перед началом трудового дня, – голос дочери сочился ехидством. – Собственно, то же самое она написала тебе в сообщении, которое ты проспала.

– Ну прости, детка, – я вышла, на ходу вдевая в уши сережки. – Я понимаю, ты хочешь приобщить меня к здоровому питанию и прочим модным веяниям времени, но мы с тетей Машей уже слишком стары, чтобы менять свои привычки.

– Никогда не поздно одуматься и избавиться от старорежимных заблуждений!

– Даже не знаю… – я переместилась в прихожую и уже оттуда, вбивая ноги в туфли, не без коварства уточнила: – То есть тебе кусочек старорежимного «Мишки» не приносить?

– Как это – не приносить?! – искренне возмутилась Сашка. – Приносить, конечно! Я буду есть его и страдать от собственного несовершенства. Иногда это нужно, ведь страдания облагораживают.

– Это кто сказал?

– Лично мне – тренер по фитнесу.

– Ему – верь, – разрешила я, схватила сумку и убежала.

Я уже спустилась на один лестничный пролет, когда Сашка, распахнув дверь квартиры, прокричала мне вдогонку:

– Мне тот кусок «Мишки», который с глазом!

Новый сосед снизу, интеллигентный мужчина, как раз запиравший свою дверь, услышав это, выронил связку ключей и проводил меня испуганным взглядом. Не иначе подумал, что ему не повезло поселиться поблизости от семейства кровожадных монстров. Медведей они с утра пораньше на части рвут, жрут и даже глаза их не выплевывают!

«А еще он мог подумать, что Мишка – это человеческое имя, – подсказал мой внутренний голос. – Тогда получается, что вы не просто монстры, а людоеды!»

– Сторонники нездорового питания по методу Ганнибала Лектера, – пробормотала я, нервно хихикнув.

И, на бегу оглянувшись на соседа, подбирающего с пола ключи и челюсть, поняла: только что я окончательно лишила добропорядочного гражданина покоя и сна. Теперь он будет вздрагивать от любого шума сверху, то есть из нашей квартиры, и принюхиваться ко всем запахам, и прислушиваться ко всем звукам, и приглядываться ко всем… тьфу! Пусть думает что хочет!