Обманчивый покой - Марина Серова

– Я помню, – рассмеялась девушка. – Ближе к торту, да?

– Да, – ответила Наталья.

Она выглядела усталой и счастливой одновременно. Но когда клиентка отошла, улыбка с ее лица спала. Она повернулась к дочери, раскладывающей на столе завернутые в пищевую пленку пирожки.

– Зоя, ровнее клади, ровнее.

– Я так и делаю.

– Вижу. А где отец?

– Был в кабине.

Наталья, не успев заметить нас, обошла фургон и открыла дверь со стороны водительского сиденья. Я подошла к девочке.

– Добрый вечер, Зоя.

– Здравствуйте, – вскинула на меня удивленный взгляд девочка.

– Ты чего так удивилась? – улыбнулась я.

– Вы же поздоровались, – объяснила Зоя. – Непривычно как-то.

– Почему?

– Со мной редко здороваются, я же не продавец. Вам что-то нужно?

– Здесь так много всего…

Есть совершенно не хотелось, но поддержать девчонку очень хотелось. Помогая матери, она, похоже, постоянно оставалась в тени и была рада любому проявлению внимания.

– Я помогу. Вот салат «Столичный», вот «Мимоза», вот «Селедка под шубой», а еще «Крабовый». Соленая рыба кусочками, чтобы удобнее было есть. К ней подаем пластиковые вилочки и салфетки. Слева колбасные нарезки трех видов. Из горячего картошка с мясом, рыба под маринадом, сырные колечки с луком и шашлык. Все свежее, делали прямо вот только что.

– Стоп. Шашлык? Настоящий?

– Ну… да.

Запаха шашлыка, который ни с чем нельзя спутать, я не почувствовала. А Зоя выжидающе смотрела на меня и отказать ей было очень трудно.

– Шашлык можно разогреть, – сказала она.

«Значит, делали у себя в кафе, а теперь просто разогреваете», – поняла я и тут же подумала, что ребенку находиться здесь совсем не место и не время. Но, кажется, в семье владельцев кафе так не думали. Или это у них такой способ с раннего детства приучать своих ребятишек к труду? С другой стороны, это все вообще не мое дело.

– Зоя, я непременно вернусь позже и что-нибудь у вас куплю, – пообещала я. – Еще и друзей приведу. А мама надолго отошла?

Девочка хотела ответить, но нас прервал голос подошедшего к столу мужчины. Самого его я не видела, так как остановился он у меня за спиной.

– Скажи, а пиво есть? – без церемоний обратился он к девочке.

– Есть, – радостно кивнула она. – Вам как всегда? Сейчас.

Зоя нырнула под прилавок, а я повернулась к покупателю с твердым намерением придавить его презрительным взглядом. Покупать у ребенка пиво? Это нормально? Против пива я ничего не имела, против того, что дети помогают родителям в бизнесе, тоже, но пусть спиртное взрослым продают взрослые, а не дети.

Однако внимание снова отвлекла Зоя, которая вылезла из-под стола с бутылкой пива в руке.

– Вот. Специально для вас взяли. Его все равно никто не берет.

– Спасибо, Зоя.

– Обращайтесь.

И тут я поняла, кто этот покупатель. Вернее, мне помогли понять.

– Костя, и вы здесь? – удивленно проговорила я.

Покупатель повернулся ко мне, на его лицо наконец легло достаточно света, чтобы я смогла рассмотреть его получше.

– Вас, значит, тоже пригласили на вечеринку, – предположила я. – В качестве кого?

– В качестве внештатного сотрудника, – объяснил Костя и протянул Зое деньги. – Спасибо.

Они обменялись с Вовкой рукопожатием.

– Значит, вот вы где живете, – проговорил Костя, сделав большой глоток. – В Семеновом доме.

– Второй раз за сегодняшний день слышу это название, – вспомнила я. – Он чем-то знаменит – этот дом?

– А что это вы такое купили? Пиво? Покажите-ка, – влезла между нами Ольга и выхватила из рук экскурсовода бутылку. – Никогда такого не видела.

– О, видел такое. Оно безалкогольное, – объяснил Вовка. – В Германии такое продают на каждом шагу. Его мама иногда пила. Отец же предпочитал то, что с градусами. А вы, Константин, трезвенник?

– Да это даже не пиво, а пивной напиток, – объяснил Костя. – Я не трезвенник. А без градусов – так это из-за того, что не люблю ощущать себя неуверенно. Вся эта алкогольная эйфория есть не что иное, как утрата бдительности, а в таком состоянии риск совершить ошибку возрастает в несколько раз. К тому же у меня завтра в восемь утра экскурсия. А к чему это вы про трезвость вспомнили?

– А я бы, наверное, выпил чего-то покрепче, – глядя на танцующих, сказал Вовка. – Где тут наливают?

– Ближе к центру, там угощают, – указал Костя в центр толпы. – Или здесь что-то взять можно, – указал он на фургон. – Но я сомневаюсь, что что-то еще осталось.

Разговор ни о чем совершенно не напрягал. Бывает, что, увидев человека впервые, чувствуешь себя по какой-то причине неловко. Интуитивно осознаешь, что в нем есть что-то противное тебе. В случае с Костей я этого не заметила ни днем, ни сейчас, когда в нашей компании появился Вова.

– И надолго вы? – продолжил он светскую беседу, обращаясь к Ольге. – Что там с домом-то?

– Не знаю, – признался Вовка. – Вроде бы фундамент крепкий, да и стены еще постоят, но вот крыша, полы и окна… Это целая эпопея, если дом достраивать. Сносить не хочу, возможности такой нет. Кредит брать надо, наверное. Вот ведь упало на мою голову.

– Вы к тому же не местный, – добавил Костя. – Рабочих так сразу и не найдете. Я тоже не отсюда. Но я хотя бы здесь живу и работаю. Послушайте, но цены у нас в городе вполне демократичные. Народ лишнего не возьмет, потому что лишнее здесь в дефиците. Знакомые недавно баню строили, так им это обошлось в…

Они незаметно ушли вперед. Мы с Ольгой намеренно отстали. У нас был хитрый план покурить перед тем, как влиться в тусовку. Но план тут же рухнул, поскольку Вова вдруг вспомнил, что он прибыл сюда не один. Пришлось уступить и срочно подстраиваться под обстоятельства.

– Видела, как Вовка ответил Косте? – округлила глаза Оля.

– Думаешь, ревнует?

– Не хотелось бы, – вздохнула подруга. – И с чего он взял?

– А ты почаще у малознакомых мужиков стаканы