Смерть дипломата - Чингиз Абдуллаев

– Тогда убийц никто и никогда не найдет, – угрюмо произнес Вейдеманис. – МОССАД умеет работать достаточно профессионально, и их невозможно разоблачить, приехав в город на несколько дней.

– Я бы с тобой согласился, – осторожно заметил Дронго, – но есть несколько моментов, на которые ты просто не обращаешь внимания. Во-первых, это они приехали сюда на несколько дней, если действительно приехали. А я прибыл в свой родной город, где знаю каждый уголок, каждый дом, каждую улицу, где живут много моих знакомых и друзей, я уже не говорю про родственников, которые всегда готовы мне помочь. Теперь второй фактор. У Баку очень хорошие отношения с Тель-Авивом, здесь уже много лет функционирует израильское посольство, летают прямые рейсы из Азербайджана в Израиль. После того как в Анкаре турецкий премьер-министр Эрдоган взял сознательный курс на разрыв тесных отношений Турции и Израиля, Азербайджан остался, по существу, единственной мусульманской страной региона, с которой у Израиля почти идеальные отношения. Рисковать ими, даже ради двойного агента, было бы по меньшей мере неразумно. Насколько я понял, Шевалье был не тем человеком, ради которого стоило серьезно осложнять свои отношения с единственным дружеским государством в этом регионе.

– А если мы чего-то не знаем, – предположил Вейдеманис, – не обладаем какой-то важной информацией по этому Шевалье и не можем правильно оценить его значение?

– Завтра я постараюсь выйти на французское посольство и поговорить с Лелупом, если, конечно, он захочет со мной разговаривать, – сказал Дронго.

В этот момент зазвонил его мобильный телефон. Номер позвонившего не высветился, но звонки не умолкали.

– Слушаю вас, – ответил в трубку Дронго.

– Добрый день, господин эксперт, – услышал он знакомый голос. Позвонивший говорил по-русски, но с характерным еврейским акцентом.

– Аркадий, это ты? – удивился Дронго.

– Я думал, ты меня не узнаешь спустя столько лет, – довольно проговорил Аркадий Мил-Ман, бывший посол Израиля в Азербайджане. Пятнадцать лет назад он работал в Баку, прибыв сюда вместе со своей семьей, и Дронго тогда дружил с этими интеллигентными людьми. Они даже вместе отмечали еврейскую пасху. Затем Мил-Ман был переведен в Москву, где стал послом Израиля в России, после чего его отозвали в Тель-Авив. Говорили, что он даже развелся со своей очаровательной супругой, но Дронго предпочитал не верить подобным слухам. И вот теперь Мил-Ман сам позвонил ему. Спрашивать, откуда у израильского дипломата номер его телефона, было бы, наверное, наивно.

– Как у вас дела? – спросил Дронго. – Как ты поживаешь?

– У меня все хорошо. Я получил новое назначение и скоро поеду на новое место работы, – не называя страны, сообщил Мил-Ман. – Сколько же мы не виделись?

– Уже лет десять. Последний раз встречались в Москве, – напомнил Дронго.

– Правильно, – согласился Мил-Ман. – Значит, нужно снова увидеться. У меня к тебе просьба. Если сможешь, поговори с одним из моих близких знакомых. Он как раз сейчас в Баку.

– С кем? Как его зовут?

– Его зовут Иосиф Наумович Жаботинский. Он бизнесмен и прилетел в ваш город по делам своего бизнеса. Хочет посоветоваться с кем-нибудь из местных.

– Понятно. Дай ему мой телефон, пусть позвонит мне.

– Я так и сделаю, спасибо. Он позвонит тебе прямо сегодня. И заранее спасибо за помощь.

Дронго положил телефон в карман и негромко сказал:

– Все правильно, все так и должно быть. После моего разговора с иранским резидентом мне обязательно должны были позвонить из Израиля, чтобы я встретился с представителем МОССАДа.

– Неужели звонили из Израиля?

– Звонил мой хороший знакомый, Аркадий Мил-Ман. У него была чудесная супруга, которая удивительно быстро сходилась с людьми. Злые языки уверяли, что он был профессиональным дипломатом, а она – профессиональным разведчиком. Но меня такие подробности не очень интересовали. Мне было с ними интересно. Всегда приятно общаться с начитанными, интеллигентными людьми.

– О чем он просил?

– Мне позвонит бизнесмен, который, конечно, случайно оказался сейчас в Баку по делам своего бизнеса.

– Думаешь, он из МОССАДа?

– А ты как думаешь? – усмехнулся Дронго, взглянув на своего друга.

И тут же снова зазвонил телефон.

– Здравствуйте, – услышал незнакомый голос Дронго, – с вами говорит Иосиф Наумович Жаботинский. Я друг Аркадия Мил-Мана. Он должен был предупредить вас о моем звонке.

– Он сообщил мне об этом пять минут назад, – не скрывая иронии, ответил Дронго.

– Значит, вы уже в курсе, что я должен был вам позвонить. – Жаботинского трудно было сбить с позиции. – Мне необходимо с вами срочно встретиться.

– Это я уже понял. Настолько срочно, что вы позвонили ровно через пять минут после звонка Аркадия Мил-Мана.

– Нам нужно срочно увидеться и переговорить, – упрямо повторил Жаботинский.

– Где вы хотите встретиться?

– Давайте в нашем отеле, – предложил Жаботинский, – я сейчас нахожусь в отеле «Кемпински Патамдарт». Когда вы можете сюда приехать?

– Насколько я понял, дело срочное?

– Безусловно. Вы все правильно поняли.

– Тогда через двадцать минут. – Дронго посмотрел на часы. – Встретимся в холле отеля.

Он положил телефон в карман и обернулся к Вейдеманису:

– Давай направо, наверх мимо Баксовета, а оттуда поедем в «Кемпински». Там нас будет ждать господин Жаботинский. Видимо, дело действительно чрезвычайной срочности, если он даже не пытается скрыть своей заинтересованности и перезвонил почти сразу после звонка Мил-Мана.

– У тебя есть оружие? – мрачно поинтересовался Вейдеманис.

– Ты считаешь, что агенты МОССАДа вызывают меня на встречу, чтобы ликвидировать? – рассмеялся Дронго. – В тебе крепко сидит бывший советский офицер КГБ.

– Я не об этом, – возразил Эдгар. – Твоя встреча с ним может быть очень опасной. За нами наверняка следят. И не только американцы. Если иранцы узнают о вашей встрече, они посчитают это доказательством причастности израильтян к убийству Шевалье. И соответственно будут считать, что и ты работаешь на другую сторону. Можешь представить их реакцию в этом случае? Она вполне предсказуема.

– Я надеюсь, что Нафиси все правильно понял, – пробормотал Дронго, – но в любом случае постараюсь быть осторожнее. Ты взял оружие из дома?

– Конечно. Оба пистолета. Это твое оружие, и ты имеешь на него законные права.

– Я не возьму с собой оружия, – возразил Дронго. – Ты прекрасно знаешь, что я не люблю ненужного героизма, но это явно не тот случай.

– Тогда я пойду за тобой следом и буду ждать в холле отеля, – предложил Эдгар. – Или в ваших отелях установлены металлодетекторы, как в отелях Турции?