Несчастливый город - Эллери Квин

«Мисс Розмэри Хейт, — писала Глэдис Хеммингуорт в колонке светских новостей «Райтсвиллского архива», — была шикарно одета в дорожный костюм из натуральной французской замши с подходящим по тону жилетом, ослепительный жакет из меха платиновой лисы, отороченную лисьим мехом зеленую шляпу. Наряд дополняли зеленые замшевые туфли и такая же сумочка…»

Чисто случайно Эллери Квин отправился в то утро на прогулку к райтсвиллскому вокзалу. Поэтому он видел Розмэри Хейт, сошедшую с поезда во главе целой группы носильщиков с ее багажом и на момент остановившуюся в эффектной позе на солнце, словно киноактриса. Эллери видел, как она подошла к Джиму, поцеловала его, а потом повернулась к Норе и обняла ее, подставив щеку для поцелуя. Обе женщины болтали и смеялись, покуда Джим и носильщики тащили вещи гостьи к автомобилю Джима. Внимательный взгляд мистера Квина омрачился.

Вечером в доме Норы ему представилась возможность проверить свои впечатления. Он пришел к выводу, что Розмэри Хейт отнюдь не провинциальная девица, отправившаяся в увлекательную поездку, а столичная штучка, нахальная и скучающая, но пытающаяся скрыть и то и другое. К тому же она была угрожающе привлекательна. Герми, Пэт и Нора невзлюбили ее с первого взгляда — Эллери понял это по преувеличенной вежливости, которую они проявляли по отношению к ней. Что касается Джона Ф., то он вел себя галантно и очаровательно. Герми упрекала его взглядом. Эллери провел беспокойную ночь, пытаясь объединить мисс Розмэри Хейт с более сложной загадкой, но потерпел неудачу.

* * *

Эти дни Джим был занят в банке, с облегчением, как казалось Эллери, предоставив Норе развлекать его сестру. Нора послушно катала Розмэри в автомобиле по городу и окрестностям, показывая ей достопримечательности. Но поддерживать иллюзию гостеприимной хозяйки Норе было нелегко. Пэт поведала Эллери, что Розмэри демонстрирует крайнее высокомерие и спрашивает: «Как вы можете быть счастливы в таком унылом месте, миссис X.?»

Далее последовал смотр у городских дам — чай для гостьи в шляпке и белых перчатках, игра в маджонг,[24]жаркое по-венски на лужайке при луне, поход в церковь… Дамы держались холодно. Эмелин Дюпре говорила, что в Розмэри Хейт есть нечто «торгашеское», Клэрис Мартин находила ее одежду чересчур вызывающей, а миссис Маккензи заявила в загородном клубе, что она типичная стерва, при виде которой глупые мужчины пускают слюни. Женщинам из семьи Райт приходилось защищать ее, что было трудно, поскольку они в глубине души признавали справедливость всех обвинений.

— Я хочу, чтобы она уехала, — поделилась Пэт с Эллери спустя несколько дней после прибытия Розмэри. — Конечно, так говорить ужасно, но это правда. А она послала за своим сундуком!

— Но я думал, ей здесь не нравится?

— Этого я тоже не могу понять. Нора говорит, что визит предполагался краткий, однако Розмэри ведет себя так, словно намерена торчать здесь всю зиму. А Нора ничего не может ей сказать.

— Что говорит Джим?

— Норе — ничего, но… — Пэт понизила голос и огляделась вокруг, — очевидно, он сказал что-то Розмэри, так как, когда я заглянула к ним сегодня утром, они ссорились в столовой, очевидно думая, что Нора наверху, хотя она застряла в буфетной. У этой особы тот еще норов!

— Из-за чего они ссорились?

— Я пришла под конец и не слышала ничего существенного, но Нора говорит, что это было ужасно. Она ничего мне не рассказала, но была очень расстроена — выглядела так же, как когда прочитала письма, выпавшие из книги по токсикологии.

— Хотел бы я слышать этот спор, — пробормотал Эллери. — Почему я не могу ни за что ухватиться? Пэт, из вас никудышный помощник детектива!

— Да, сэр, — уныло согласилась Пэт.

Сундук Розмэри Хейт прибыл 14-го числа. Стив Полларис, владелец местного агентства по пересылке багажа, доставил его лично — огромный сундук выглядел так, словно был доверху набит импортными вечерними платьями. Стив тащил его по дорожке на своей широкой спине, и Эллери Квин, наблюдавший за происходившим с крыльца Райтов, видел, как он внес сундук в дом Норы и через несколько минут вышел в сопровождении Розмэри, облаченной в весьма откровенное красно-бело-голубое неглиже. Она выглядела как девушка с вербовочного плаката. Расписавшись в квитанции о получении багажа, Розмэри вернулась в дом. Стив зашагал по дорожке, ухмыляясь, — по словам Пэт, он был самым большим охотником до женской красоты в Лоу-Виллидж.

— Вы хорошо знаете водителя этого грузовика, Пэт? — спросил Эллери.

— Стива? Его невозможно знать плохо.

Стив бросил квитанционную книжку на водительское сиденье и открыл дверцу.

— Тогда отвлеките его. Целуйте, флиртуйте, показывайте стриптиз — делайте что угодно, но уведите его от Грузовика на две минуты!

— Сти-и-ив! — тут же окликнула Пэт Поллариса и сбежала с крыльца.

Эллери медленно последовал за ней. Больше на Холме никого не было видно.

Взяв Стива под руку, Пэт одарила его детской улыбкой и сказала, что ей нужно передвинуть рояль, а в доме нет ни одного мужчины, которому хватило бы на это сил, и когда она увидела Стива, то сразу подумала… Стив, явно довольный такой оценкой, направился вместе с Пэт в дом Райтов. Эллери в два прыжка оказался рядом с грузовиком и схватил квитанционную книжку с переднего сиденья, потом достал из бумажника обугленный клочок бумаги и начал листать книжку… Когда Пэт и Стив появились вновь, мистер Квин уже находился возле клумбы Гермионы с цинниями, обозревая мертвые и увядающие цветы с печалью истинного поэта. Стив бросил на него презрительный взгляд и зашагал дальше.