Уцелевшая - Лесли Вульф

Она должна умереть! Сейчас! Сегодня!

Мною движет страх, а это совсем плохо. Настоящие хищники не теряют спокойствия перед лицом угрозы. Чем серьезней угроза, тем спокойней они становятся. Вы когда-нибудь слышали о том, чтобы тигр начал психовать? Или лев?

Если я уничтожу ее сейчас, все поймут, что Гарза не убивал ее семью. Они убедятся в этом, потому что я сам предоставлю им доказательство. Уверен: он говорил копам, что не убивал Уотсонов, но, очевидно, они его не послушали. А может, он все-таки признался в убийстве и тем самым добавил себе еще лавров? Гм-м… Людей так трудно понять.

Я продолжаю метаться по комнате, все больше чувствуя, что заперт в клетке, в ловушке, и меня вот-вот поймают и убьют. Я терпеть не могу, когда… Я терпеть не могу, когда моя жизнь зависит от какой-то психологической тарабарщины, которая вообще больше похожа на псевдонауку. Хотя кто знает… Может, веря все эти годы, что именно Гарза убил ее родных, Лора настолько с этим сжилась, что подтвердит это, и все закончится?

Но как мне узнать? Как мне узнать, что она там делает, на этих, как там она говорила… сеансах регрессивного анализа? Не могу же я сидеть и ждать, когда ко мне в дверь постучится полиция и меня вытащат отсюда в наручниках.

Глупая, тупая девица. У нее есть все, о чем мечтает любая, но нет, надо ей обязательно открыть эту дверь в преисподнюю. Она должна умереть… Другого выхода нет. Но как бы мне самому не сломать шею…

Сам я ее убить не могу. Это бесспорно. Как бы мне этого ни хотелось. Не имеет значения, сколько ночей я мечтал о том, как вонзаю в нее нож, снова и снова. Я должен проявить волю и отказать себе в этом.

С ней произойдет несчастный случай, такой, что ни у кого не возникнет никаких сомнений.

11. Направление

Было еще темно, когда Тесс, оставив машину на парковке для посетителей, поднялась наверх, в отдел. Ни души, рабочий день начнется только через час.

На этаже полумрак, горят одни ночники. И только когда она открыла стеклянные двери, сенсоры активировали лампы дневного света. Тесс не стала затруднять себя путешествием к своему столу, просто схватила первый попавшийся стул и покатила его к дверям офиса ССА Пирсона. Устроившись у его кабинета, она приготовилась ждать, нетерпеливо покачивая ногой.

Две минуты спустя она решила, что стакан горячего кофе и папка с делом Уотсонов помогут ей скоротать время. Но все равно каждую минуту она по нескольку раз смотрела на часы, а потом пообещала себе, что позвонит Пирсону ровно в восемь, и ни секундой позже.

— Меня никогда раньше не подкарауливали, Уиннет! — Громкий голос шефа, эхом раскатившийся по пустому офису, почти испугал Тесс. — Тебе никто не рассказывал про существование телефона?

Она вскочила со стула и прошла за ним в кабинет. Тесс заметила, что шеф слегка горбится, отчего тонкая материя пиджака натягивается на спине. И это при том, что пиджак сидит довольно свободно. В руке — старый кожаный портфель, потрепанный, но, видимо, любимый, раз до сих пор не валяется в кладовке.

Пирсон поставил высокий стакан из «Старбакса» на стол и чуть ослабил узел галстука.

— Я не хотела звонить вам в такую рань…

— В следующий раз звони. Что случилось?

— Нам придется заново открыть три дела. У меня есть основания считать, что они по ошибке были записаны за Гарзой. Я говорю об убийствах Уотсонов, Тауншендов и Мейеров.

Пирсон снял очки в толстой оправе и принялся тереть переносицу большим и указательным пальцами, не спеша, основательно, никуда не торопясь. Его лицо в разных направлениях прорезали морщины. Совершенно очевидно, что принесенная Тесс весть не вызвала у ССА восторга, но она другого и не ожидала.

— Насколько обоснованно твое предположение?

Она не сразу ответила, слегка сбитая с толку вопросом. Чуть прикусила губу, вытерла потные ладони о брюки и сказала:

— Я не уверена на сто процентов, но велика вероятность, что Гарза не убивал эти семьи. Существует подражатель, которого мы проморгали.

— Ты уверена, что Гарза не играет с тобой?

Тесс отвела взгляд на долю секунды: когда имеешь дело с психопатом, всё зыбко.

— Опять же, не на сто процентов. Но…

— Ага, я услышал тебя с первого раза. Ты понимаешь, что это значит? Это будет настоящий кошмар. Мы не можем выйти к публике спустя пятнадцать лет и сказать: «Извините, ошибочка вышла». Как раз накануне казни человека, которого мы так долго держали за убийцу.

ССА провел по своему блестящему черепу сначала одной ладонью, потом другой. Если бы у Пирсона еще были волосы, возможно, он испытал бы соблазн выдрать некоторое их количество, выражая таким образом сильнейшее раздражение.

— Сейчас приоритет за делом Уотсонов, — настаивала Уиннет.

— Это почему?

— Вчера вечером была передача, где выступала Лора Уотсон, выжившая после бойни в семье Уотсонов. Ее собираются подвергнуть экспериментальной терапии, восстанавливающей память, или что-то в этом роде. Если настоящий убийца остается на свободе, он придет за ней.

Пирсон нахмурился еще больше. Он молча протянул руку, и Тесс дала ему папку с делом. Когда несколько минут спустя ССА оторвался от исписанных ею страниц, его лицо выражало сильнейшее недовольство.

— Хорошо, — в конце концов сказал он. — Я дам тебе сорок восемь часов. Посмотрим, что ты сможешь нарыть. Сделай свои выводы и покончим с этим кошмаром. Уложись в сорок восемь часов, и ни секундой больше. Тебя дожидается дело о подделке медицинской страховки.

Тесс кивнула, хотя и считала, что сорока восьми часов, возможно, будет недостаточно. След давно остыл, дело старое: пятнадцать лет в архиве. Ни новых свидетелей, ни данных экспертизы, никаких новых улик. Только слова психопата, которого скоро казнят.

— Э-э… Лоре Уотсон нужно обеспечить охрану.

— Нив коем случае, — твердо возразил шеф.

— Но, сэр, после показа той передачи девушка превратилась в ходячую мишень. Неужели вы думаете, что настоящий убийца рискнет оставить ее в живых?

Старший специальный агент Пирсон сжал челюсти, но, обдумывая ответ, сохранил спокойствие. Возможно, прикидывал последствия столь позднего обнаружения ими нестыковок в деле Уотсонов. Тесс отлично понимала его сомнения, потому что сама всю ночь не спала, ворочаясь с боку на бок и соображая, как лучше поступить, учитывая все обстоятельства.

— Сэр, я понимаю, что мы рискуем получить скандал в прессе, — не отступала она. — Если девушка погибнет…

— Нет необходимости мне это