Тихий остров - Алексей Макеев

— Ну и послушай. Ты психуешь из-за Таи? А есть ли смысл? Да, в среде девочек определенного пошиба ты почти бог. Но тебе они неинтересны — пустышки, что с них взять? Ты с ними переспал и расстался. Тебе подавай Таю. Она сильная натура и ронять себя не намерена. Но ей не очень интересен ты, хотя как будто и не дурак, и в тебе есть что-то стоящее. Но она чувствует, что ты и ее воспринимаешь как одну из тех девочек-однодневок, с которыми всегда имел дело. Ничего удивительного — это типичная звездная болезнь. Поэтому Тая и разыграла перед тобой эту, я бы сказал, хулиганскую сценку. В итоге ты сейчас готов прыгнуть за борт. Я прав?

— Возможно. — Костя понурил голову и тягостно вздохнул.

— Это называется нашла коса на камень. — Станислав негромко рассмеялся. — Она показала характер, дала понять, что дешевкой себя не считает. Вот это тебя и разозлило. Теперь нервами исходишь. Рано или поздно это должно было произойти.

Костя, терзаемый не на шутку разболевшимся самолюбием, взлохматил волосы и с вызовом повернулся к Гурову.

— Вот вы согласились поучаствовать в той постельной интермедии, которую затеяла Тая, — с нервозностью в голосе заговорил он. — У вас, наверное, есть жена. Однако вы не отказались пообниматься с молодой красивой девчонкой. Верно? Неужто у вас в тот момент не появилось вполне понятного желания? Признайтесь!

Стас с ходу уловил все коварство этого вопроса и поспешил ответить за товарища.

— У меня возникло! — с той же степенью вызова объявил он. — Можно даже сказать, жгучее. А знаешь почему? Потому, что ты сегодняшний — это я вчерашний. Я тоже когда-то скакал направо и налево. Что сегодня? У Льва Ивановича замечательная жена, ведущая прима крупного московского театра, которой, кстати, он принципиально никогда и ни с кем не изменяет. А я когда-то сделал главную ошибку — упустил ту единственную, которую терять не имел никакого права. Вот и все! Что еще рассказывать? Думаю, этого вполне достаточно. Так что, хлопчик, в жизни надо быть, а не казаться. Я не слишком сложно объяснил?

— Не слишком. — Костя достал новую сигарету, прикурил и зашагал дальше.

— Да, — глядя ему вслед, вполголоса произнес Гуров. — Нынешним молодым пальца в рот не клади — враз откусят. Все-таки они от нас здорово отличаются. Не хочу чего-то плохого сказать о той же Тае, но среди бывалых девчонок семидесятых-восьмидесятых едва ли нашлась бы такая, которая столь свободно плюхнулась бы под бок незнакомому дяде, пусть даже из очень большого желания позлить своего парня.

— Плоды либерализма, — наморщив нос, констатировал Крячко. — То ли еще будет!

Через полчаса опера слегка продрогли на предутреннем студеном ветру Охотского моря. Они вернулись в кубрик, на цыпочках прошли к своим местам и очень скоро уснули.

Как видно, в ходе этого плавания судьба не была настроена подарить им покой. Приятели проснулись от горестных охов и причитаний, издаваемых их соседками по кубрику. Сокрушенно всплескивая руками и утирая платочками глаза, девушки очень сильно переживали по поводу какого-то неприятного происшествия, заметно их расстроившего. Опера поднялись со своих коек и поинтересовались причинами столь горестных переживаний.

Как оказалось, прошедшей ночью у всех без исключения девушек пропали документы. Теперь, понятное дело, им придется возвращаться домой, даже не ступив на землю Курильских островов.

— Лев Иванович! Станислав Васильевич! Вы же, говорят, знаменитые сыщики, — с горечью в голосе и непонятными бесенятами в глазах слезно проговорила Тая. — Вы не могли бы нам помочь? Думаю, вы владеете дедукцией, и вам эта пропажа — сущий пустяк. Найдите, пожалуйста, наши документы!

— Да! Найдите! Помогите нам!.. — зачастил грустный хор девичьих голосов.

Окинув взглядом донельзя расстроенных девчонок, Гуров сочувственно покачал головой и объявил, что хотел бы для начала умыться и так далее, а уж потом взяться за розыски.

— Идем, Станислав Васильевич, приведем себя в порядок. Работа нам предстоит очень непростая, — обернувшись к Стасу, с некоторой торжественностью объявил он.

Крячко уловил в его словах оттенок иронии.

Он мгновенно понял все, что на самом деле имел в виду Лев Иванович, и тоже с долей напыщенности провозгласил:

— От нас не спрятаться — достанем со дна Охотского моря!

Стас специально разыграл из себя эдакого самовлюбленного всезнайку, мыслящего о себе невесть что. Краем глаза наблюдая за студентками и парнями, прибежавшими их морально поддержать, Крячко заметил ехидную многозначительную усмешку на лице Кости.

Когда опера оказались в туалетной комнате, он чуть слышно спросил у Гурова:

— Лева, подозреваешь розыгрыш?

— Вне всяких сомнений! — Сыщик рассмеялся. — Вспомни себя в их годы. Самое время хохмить и прикалываться. Ничего, сейчас мы им покажем сеанс дедукции!

Обговорив детали расследования, они вернулись в кубрик и объявили, что документы похитил кто-то из их же компании студентов. В ответ на протестующие возгласы Гуров заявил, что, если кто-то с этим мнением не согласен, то пусть сам ищет пропажу. Все сразу же притихли. Раз уж эти два опера такие крутые, то пусть покажут, на что способны.

— Я прошу всех рассесться так, чтобы вам можно было взяться за руки и образовать по периметру этой комнаты живое кольцо, — невозмутимо объявил Гуров. — Поясню, для чего это нужно. Тот, кто похитил документы, постарается это скрыть и этим самым себя неминуемо выдаст. Я сейчас буду каждого поочередно спрашивать, не он ли взял паспорта. Вы должны ответить «нет». Но надо учесть, что, говоря так, вор рефлекторно сожмет в своих руках руки соседей. Они тут же это почувствуют, и похититель будет изобличен ими.

— Все так просто? — с разочарованием спросила Люба. — А где же логические рассуждения и всякие там умозаключения?

Тем не менее студенты послушно расселись в том порядке, как им показал Гуров, и взялись за руки. Лев Иванович пошел по кругу.

Он останавливался на каждом шагу и всем подряд задавал один и тот же вопрос:

— Похищенное у вас?

Каждый, отвечая «нет», делал это по-своему. Кто-то со скучающим видом, кто-то с саркастичной усмешкой, кто-то с затаенным любопытством. Лев Иванович завершил круг, и они со Стасом молча обменялись взглядами, как будто что-то согласовали.

Гуров утвердительно кивнул, указал на одну из девушек и объявил:

— Документы у вас! Они не похищены. Это был коллективный розыгрыш. Вы решили проверить, способны ли хоть на что-нибудь эти хваленые сыщики. Вот мы вам и показали, что свой хлеб едим не даром. Так что будем доставать пропажу? Я так понимаю, документы спрятаны за пределами этого кубрика. Верно?

— Да. — Девушка растерянно улыбнулась. — А как вы смогли догадаться? Я же старалась руки не напрягать.

Лев Иванович чуть пожал плечами и ответил:

— Вот это вас и выдало. Ваша сосредоточенность на своих руках сразу же бросилась нам в глаза. Надо быть наблюдательным, уметь за взглядом, мимикой, движениями рук и тела видеть то, что ваш визави хотел бы от вас скрыть.