Клуб обреченных - Марина Серова

Тренер Коренев был бледен, но отнюдь не растерян. Он глянул на Толмачева и проговорил:

— То, что Саранцев мой родственник, известно всем и каждому. Я никогда этого и не скрывал. А что касается того, что я протащил Олега Денисовича в совет директоров клуба, так это полная чушь. У меня нет рычагов давления на руководство, чтобы внедрять своих людей, как говорят в вашей конторе. Саранцев просто вкладывал в команду деньги. Большие деньги. Разве это возбраняется? Благодаря этим деньгам мы сейчас лидируем в чемпионате России и едва не выиграли Кубок. И выиграли бы, если бы не эта роковая случайность!

— Георгий Павлович, успокойтесь, — сказала я. — Просто майор Толмачев знает господина Саранцева не с самой лучшей стороны. Но он ни в чем его не обвиняет. Поймите: во время пресс-конференции или сразу же после нее… одним словом, в течение полутора часов после окончания матча кто-то убил Самсонова, а затем затолкал его в шкаф для хранения мячей, чтобы потом поздно вечером вернуться за телом. При этом похитители пожертвовали двумя охранниками — вот как нужно было забрать труп Александра.

— Вы не понимаете, — раздраженно сказал тренер, — мне кажется, вы уже получили представление о том, как это ударило по клубу. Ни один из держателей акций клуба, ни один из работников клуба не заинтересован в той шумихе, которая уже сейчас заварена вокруг трагического происшествия с Сашей. Это объяснил вам вчера Белозерский. Понимаете, у нас сорвалась крупная сделка. Вы понимаете или нет? Я очень хорошо относился к покойному Саше Самсонову и уважал его как великолепного футболиста, с точки зрения прагматизма мы могли бы за деньги от продажи Шевцова купить десять или двадцать вот таких же Самсоновых!

— В этом вы солидарны с Михаилом Николаевичем Белозерским, — сказала я. — Он тоже говорил, что убийца метил не в Самсонова, а в весь клуб в целом. Между прочим, один из охранников, тот, кого убили в вестибюле, был предупрежден о том, что кто-то придет в десять вечера. Иначе он не открыл бы людям, сказавшим, что они из санэпидстанции. Это больше похоже на пароль, чем на причину визита. Ну какая санэпидстанция ходит по вечерам!

— Мы созванивались с санитарной эпидемиологической службой, — сказал Толмачев. — Конечно же, никто оттуда не приходил. Полная чушь.

Главный тренер бросил на меня тревожный взгляд и проговорил:

— Курить можно?

— Курите, — сказал Толмачев.

Коренев нервно закурил, выпустил несколько колец дыма и произнес:

— Я тоже думаю, что человек, причастный ко всему этому, работает в клубе. Но я мыслю по-другому: кому и как мог помешать Самсонов? Если он мешает до такой степени, что его надо убить, то его можно убить в другом месте, более удобном, и не прятать в шкаф, потому что в офисе полно людей. Чтобы потом возвращаться и забирать труп. Почему же возникла такая необходимость? А?

— Мы вас сюда и позвали, чтобы вы высказали свое мнение, Георгий Павлович.

— А убить его могли потому, что он случайно стал свидетелем чего-то, что никто не должен знать. Или услышал какой-то разговор, который никто не должен знать. Причем это «что-то» не касается финала Кубка или подкупа команды: финальные матчи не сдаются.

— Вы сами все сказали за нас, — произнес Толмачев. — Если Самсонова убили за то, что он стал нежелательным свидетелем чего-то, то это должны быть серьезные люди, у которых серьезные секреты.

— Да что же вы все время передергиваете! — не на шутку возмутился главный тренер «Арсенала». — Откуда вообще известно, что Самсонова убили? Вскрытие ничего не показало, так? Бывает такое, что смерть наступает, например, на почве нервного потрясения. Ну, услышал Саша, что его жена изменяет ему, скажем, с его лучшим другом. Саша подрался с ним, получил по физиономии — ведь у него синяк, да? — а потом умер.

— Перед этим предусмотрительно залез в шкаф и попросил, чтобы его потом оттуда забрали, — сказала я. — Нет, Георгий Павлович. Если бы Саша умер сам, любой нормальный человек вызвал бы «Скорую», а не стал бы прятать Сашу в шкаф. Нет, он именно кому-то помешал. Что-то услышал. На третьем этаже полно кабинетов, в том числе кабинеты президента, вице-президента, капитана команды, пресс-секретаря, архив клуба, в котором мог оказаться любой из учредителей…

— Вы забыли, что на третьем этаже есть и мое помещение, — произнес Коренев. — Так что я сам вполне мог устранить Самсонова.

— Вот мы вас и вызвали.

— Ну, знаете!.. — снова вспылил главный тренер и с силой стукнул кулаком по колену. — Что вы придумываете?

— Кажется, пора заканчивать, — угрюмо произнес майор Толмачев и смачно захлопнул папку с документами по делу Самсонова.