Двадцать пятый кадр - Марина Серова

Из автомата я позвонила Болдыреву.

— Как там наша подопечная? — поинтересовалась я.

— Она спит, — доктор пробормотал это несколько сконфуженно. — Понимаете, никакого воздействия или гипноза не было. Она сама отключилась.

— Да, она еще дома наглоталась каких-то транквилизаторов, — уточнила я.

Это замечательно. Пусть Хохлова отдохнет в спокойной обстановке. Я вкрадчиво попросила Болдырева оставить Машу у себя еще на часок, пояснив, что за это время доделаю срочные дела.

— Ни в коем случае никуда ее не отпускайте, — предупредила я.

Доктор удивленно и озадаченно согласился позаботиться о «спящей красавице».

После активных пеших прогулок гудели ноги, хотелось есть и поскорей принять горизонтальное положение. Но впереди робко замаячил парус удачи, который не позволял и думать о расслаблении. Фортуну надо уважать, потому что она имеет свойство растворяться при малейшем пренебрежении к своим причудам и поворотам.

Мне действительно начало везти. Я застала Свистунова дома. Он встретил меня с шутливым удивлением:

— Проходи. Наш тандем мне начинает нравиться. Возможно, наши встречи станут более интимными.

Я прошла в комнату и с удовольствием расслабилась на уютном мягком диванчике.

— Можно, я прилягу, так хочется вытянуть ноги, — отрешенно спросила я.

— Оригинально! Прямо с порога — и в койку, — подтрунивал Свистунов.

— Ага. Сейчас передохну минут пять, а потом загружу тебя по полной программе, — предупредила я.

— Может быть, начнем с массажа?

— При исполнении своих служебных обязанностей — флиртом не занимаюсь.

— Понятно, — разочарованно проворчал Свистунов, — но можно провести бесконтактный массаж, как Джуна. Очень помогает восстановить энергетику.

— Принеси блюдце. Я лучше покурю.

Свистунов пошел в кухню.

— Чай будешь? — крикнул он.

— Давай, только покрепче.

— Держи блюдце, — он присел на край дивана, — чайник уже на плите.

— Слушай, Валера, — я приступила к основному разговору. — У меня необычная просьба, может, поможешь мне?

— Поясни… дело в чем?

— Хочу познакомить тебя с шикарной девушкой. Она важный свидетель, и для избежания неприятностей ей нужно где-то на время спрятаться.

— Значит, у меня? — закончил он мое объяснение.

— Правильно мыслишь, — похвалила я его. — Так как? Согласен?

— Ну тебе-то я ни в чем не могу отказать, хотя ты оставляешь мои пылкие чувства без ответа.

— Чайник свистит, слышишь? — остановила я его шутливые излияния.

Он молча встал с дивана и через минуту принес мне большой бокал с двумя пакетиками чая.

— Пли-из… — он протянул мне чашку, — сахар принести?

— Нет, натуральный чай и натуральный кофе, вот что по-настоящему тонизирует.

— И секс тоже… — не унимался он.

— Да, и секс тоже, — согласилась я, — но давай ближе к нашему делу. Так я привожу к тебе эту девушку?

— Ладно. Когда?

— Да прямо сегодня, через полчаса. Съезжу, заберу ее из подпольного кабинета психотерапевта…

— Она что, буйная?

— Нет, просто напугана. Но ко всему прочему очень красива и сексапильна. Возможно, именно ее ты видел однажды с Крутиковым, — уточнила я.

— Ну так бы сразу и говорила, — улыбнулся Свистунов. — Буду ждать с нетерпением.

После крепкого чая горчило во рту, но в голове появилась ясность и четкость мыслей. Короткий отдых восстановил мои силы.

Время строго и неумолимо перешагнуло полуденный рубеж. Я понимала, что не успеваю забрать свою бежевую «ласточку» из ремонта. Стараясь перебороть грустные мысли о сиротливо брошенной машине, я решила завершить перебазировку Маши в укромное место.

Автобус был переполнен, он тяжело и медленно тащился. Тоскливые и усталые лица пассажиров свидетельствовали о близком завершении выходного дня. Мой чахлый и измученный вид отлично гармонировал с массой «отдохнувших» дачников. Их трехведерные кошелки и рюкзаки хаотично располагались по всему автобусному пространству. Пришлось ехать бесплатно, так как все движения были скованы соседними пассажирами, и любое шевеление могло быть воспринято как двусмысленное поглаживание или явное покушение на карманы граждан. Кондукторша, зажатая в тиски, смиренно взирала на необилеченных граждан. Потом она несколько раз голосисто призвала оплатить проезд, но все молча игнорировали ее призывы.

В центре большая часть пассажиров энергично покинула салон. Меня деликатно вытеснили с подножки и общими усилиями поставили на тротуар. Я отдышалась, проверила наличие целостности своей сумочки и направилась к доктору.

На коленях у Маши вальяжно развалился рыжий котище, по своим габаритам и округлостям больше напоминающий домашнего поросенка. Оказывается, она спокойно влилась в домашнюю атмосферу уюта и покоя.

— У вас усталый и измученный вид, — оповестил меня доктор.

Я тоскливо посмотрела ему в глаза, безусловно, он намекал на необходимость хорошего отдыха. Но в моих планах на ближайшее будущее пока что и не намечалось передышки.