Королева без башни - Дарья Донцова

– Рано поднялась, – отметила Ната, – вы всегда около восьми шевелиться начинаете.

– Хорошо, когда работа с полудня, – тихо сказал Антон.

– Лучше молчи, – фыркнула Ната, – семью накормить не можешь, идиот. Бывают же мужики, которые приносят в дом столько, что даже канарейке на воду не хватит.

– Солнышко, я много кручусь, – попытался оправдаться Антон.

– Ага, и копейки получаешь, – вступила на привычную тропу скандала жена, – таких уродов еще поискать надо!

– Я стараюсь, у нас все есть, – попытался перевести беседу в мирное русло супруг.

Наташа шваркнула в мойку чайную ложку.

– Любовницу завел? Поэтому мне хамишь?

– Что ты, – испугался Антон, – вчера я вообще из дома не высовывался.

– А-а-а, – протянула супруга, – дрых в тишине! Почему не пашешь в полную силу?

– Я зарплату получил большую, – похвастался муж.

– А мне ерунду отдал, – насупилась вздорная баба, – небось в заначку в три раза больше отложил! Хочешь на другую бабу рублики спустить?

– Милая, – возразил Антон, – либо я много зарабатываю и от тебя прячу, либо мало и тогда честен перед тобой. Ты уж определись!

Наташа развязала фартук, швырнула его на столик и заорала:

– Делаешь только то, что отец велит! Нет бы мне по дому помочь!

– Я же в среду пылесосил, – напомнил Антон.

– Лучше б ты ваще на диване лежал, а не путался под ногами! – объявила супруга.

Высказавшись, она удалилась.

– Наташа не логична, – пробормотала я, – то помоги по дому, то ничего не делай.

Антон потер затылок.

– На жену осень плохо влияет. А еще у нее мать странная. Когда я в женихах ходил, Анна Кирилловна услышала, что я невесте «солнышко» говорю, и ну бурчать: «До свадьбы все ласковые, потом развернется, наплачешься». Я ей сказал: «Люблю Наташу и никогда ее не обижу». Но тещу не сдвинуть. Прошел у нас год совместной жизни, я все Нате «зайка» да «киска». Анна Кирилловна дулась, дулась и новый аргумент нашла, насела на дочь: «Интересно узнать, откуда твой благоверный такие словечки знает? Нормальный мужик их не произносит. Пидор он! Помяни мое слово, поймаешь его с парнем!»

– Интересный вывод, – улыбнулась я.

Антон включил чайник.

– Анна Кирилловна не способна ничего хорошего в человеке увидеть. Услышала, что у одного нашего клиента в банке большой вклад есть, и в своем духе отреагировала: «Во! У самого деньжищ лом, а жена без шубы в старом пальто приехала». Принес я на Восьмое марта два букета, она снова недовольна:

– Мне три гвоздики, Натусе пук роз.

Ладно, я на Пасху два здоровенных куста роз припер. Специально продавщицу попросил:

– Пересчитайте у цветиков лепестки, померяйте длину стебля, надо, чтобы растения выглядели как из ксерокса.

Отдал за подбор деньги и радуюсь, что теперь придраться не к чему. Щас! Анна Кирилловна на цветы посмотрела и выдала:

– Видать, совсем у зятя с башкой нелады. Тещу с женой уравнял. Этак он скоро ко мне лапы протянет!

– Вам не позавидуешь, – улыбнулась я. – Может, лучше жить подальше от гарпии?

На кухню влетела Наташа, ее лицо пылало благородным негодованием.

– Где мой шарф?

Антон схватился за голову.

– Ой! Забыл забрать из химчистки!

– Забыл? – протянула супруга. – Мой шарф?

– Прости, солнышко, – извинился муж, – совсем из головы вон!

– Из головы вон? – с непередаваемым выражением процедила Ната.

– Натусенька, – жалобно замямлил Антон, – не нервничай. Тебе вредно. Вот, ты какая сегодня бледненькая, под глазками синячки.

Наташа боднула головой воздух.

– Я бледная?

– Да, солнышко, не надо расстраиваться, – захлопотал Антон.

– Как смерть? – уточнила жена.

Муж, не подумав, кивнул.

– Я, по-твоему, страшна, как старуха с косой? – пошла в атаку Ната.

– Э… по… ну… – растерялся Антон.

– Жить со мной хуже, чем подохнуть? – гнула свое Наташа. – Ты готов из окна прыгнуть, лишь бы меня не видеть?

– Кисонька, тебе лучше прилечь, – начал Антон, но был остановлен воплем:

– Ты согласен наркотики жрать, со смертью подружиться, а меня побоку? Я уродина сиволапая?

– Нет, нет, не сиволапая, – в ужасе замотал головой несчастный, – нет, нет, у тебя красивые ноги, ну… как… у… этой… ну в кино еще снималась… сцена на стуле… без белья… забыл название.

– Я проститутка, по-твоему? – зловеще поинтересовалась Наташа. – Перед всеми ляжки раздвигаю?

– О боже! Нет! – подпрыгнул Антон.

– Сравнил жену с б…? – катила танком на беднягу Наташа.

Я сочла необходимым вмешаться.

– Антон не имел в виду ничего плохого.

– Че я, глухая? – разозлилась она. – Муж дорогой хорошего слова не скажет, а сволочью обозвать не задержится. Все приличные мужики в младенчестве под трамвай попали, остались одни идиоты!

– Солнышко, не гневайся, – попросил Антон.

– Мерзавец! – гаркнула Ната и улетела прочь.

– Господи, мне еще покойником заниматься, – чуть не зарыдал Антон.

Я не удержалась от любопытства.

– Покойником? Что вы имеете в виду?

Антон пригорюнился.

– У моей мамы есть машина. Она ею не пользуется, водить не умеет, ну и попросила меня ее продать. Автомобиль не новый, Наташа его покойником прозвала, она свекровь недолюбливает.

Я вспомнила сверх меры активную, авторитарную Капу и подавила вздох. Антон продолжал:

– Я дал объявление в бесплатной газете, сегодня человек приходит. А я только сейчас вспомнил, что один вынужден в гараж идти.

– Вы же не маленький, – приободрила я хозяйского зятя, – сами справитесь.

Антон чуть не зарыдал.

– Нет. Должен еще сидеть пассажир. Спереди.

– Почему? – недоумевала я.

Антон откашлялся.

– Вам нетрудно мне помочь?

– С радостью, – защебетала я.

– Скатайтесь со мной на продажу, – попросил Антон, – управимся меньше чем за час.

– Прекрасно, – кивнула я и не покривила душой.

Мне его предложение в самом деле показалось великолепным. Антон будет испытывать ко мне благодарность, я заведу с ним неспешную беседу и в процессе вытяну из него, где находится Катя. Думаю, Алиса права: Катерина соблазнила супруга Наташи.