Бедовый месяц - Владимир Колычев

– Ты че, охерел? – взвыл от возмущения хлыщ.

И тут же заткнулся, потому что Кирилл просунул указательный палец между его щекой и десной, сделав ему этим очень больно.

– Пошел отсюда, гомодрил крашеный!

Кирилл вывел его из кафе и спустил с лестницы. Пусть менты за него вступаются, ему все равно.

Разумеется, конфликт привлек внимание не только посетителей, к Жене подбежал пузатый администратор.

– Юрнаева! Это что еще такое? – возмущенно протянул он.

– А она здесь при чем? – зло глянул на него Кирилл. – Это ее оскорбляли, а не она! Ее оскорбляли, а ты где был?

– Никто ее не оскорблял! Обычное недоразумение, и я сейчас в милицию позвоню!

– Давай звони. Если жить надоело, звони.

Климкин так глянул на администратора, что у того челюсть от страха отвисла. И ноги в коленях подкосились. Пузатый попытался отшагнуть назад, но едва не упал из-за слабости в ногах.

Милый друг бузотера смотрел на Кирилла с восхищением, чуть ли не влюбленно, зато Женя была возмущена.

– Кирилл, зачем ты так? – спросила она.

– А затем, что ты здесь больше не работаешь. Давай собирай вещи, поехали!

– Я не могу… Рабочий день не закончен…

– Я сказал, поехали!

Он взял ее за руку и повел к двери.

– Да постой ты! Я хоть переоденусь!

Кирилл отпустил ее, вышел на крыльцо, с презрением глянул на бузотера, что стоял на тротуаре, со слезами на глазах рассматривая мокрую от кофе рубашку, которую он только что снял с себя.

– Урод! – заметив Климкина, взвизгнул он.

– Что ты сказал?

Кирилл всего лишь шагнул к нему, а тот побежал от него в такой панике, как будто собак на него спустили. Чмо позорное…

Женя появилась минут через десять. Униформа осталась в кафе, кофточка на ней розовая с едва обозначенным декольте, джинсы. Одевалась она не очень хорошо, хотя и не убого. В меру средств и возможностей…

Он уже имел представление о том, как жила Женя. Нет у нее родителей, они погибли в автокатастрофе, когда ей было всего двенадцать лет. Была у нее родная бабушка, но та не захотела брать к себе внучку, потому и оказалась Женя в детском доме. Правда, через несколько лет бабка тяжело заболела и потому прозрела – решила, что это божье наказание за тот грех перед родным сыном и внучкой. Забрала она Женю к себе, переписала на нее квартиру, но все равно умерла. Такая вот печальная история…

– И что дальше? – спросила Женя, закрывая за собой дверь.

– Добро пожаловать в армию безработных! – пошутил он.

– А если я не уволилась?

– А где твоя униформа?

– Нет униформы, уволилась я…

– Вот и хорошо, нечего тебе в этом гадюшнике делать. Ты королева, а какие-то смерды перед тобой права качают…

– Я не королева.

– Для меня – королева.

– Но…

– И не надо возражений! – отрезал он.

– Тебе не кажется, что ты очень высокого мнения о себе?

– Мне кажется, что я очень высокого мнения о тебе. И мне кажется, что я в этом ничуть не ошибаюсь. Потому что ты правда самая лучшая… И ты не должна работать официанткой.

– А кем я должна работать?

– Тебе совсем не обязательно работать… Или тебе нравится, что какие-то уроды качают перед тобой права?

– Не нравится.

– И мне не нравится.

И еще Кирилла беспокоила мысль, что на Женю будут заглядываться ее коллеги, начальник может сделать непристойное предложение… Она – его девушка, и руки прочь от нее и грязные мысли!

– Ты не будешь работать. Ты будешь жить со мной, и тебе на надо будет работать!

– Какой ты быстрый!

– Работа у меня такая.

Он уже говорил, что работает начальником отдела по связям с общественностью, но не уточнял, где именно.

– С такой прытью ты сделаешь карьеру.

– Уже сделал. Из дочернего предприятия перехожу в головную компанию.

– И что, не будешь работать рядом с «Персеем»?

– Не понял. Сначала объясни мне, где я работал?

– В офисе через дорогу.

– Я там не работал, меня туда вызывали. Это и есть наша головная компания. Кстати, я сегодня своего начальника на свадьбу пригласил.

– На чью свадьбу? – насторожилась Женя.

– На свою.

– Ты женишься?

– Да. На тебе…

– А я согласие давала? – зарделась она.

– Нет.

– Зачем же ты начальника пригласил?

– Да уж, дал, что называется, косяка… Что ж, придется выкручиваться. Если ты мне откажешь, то придется жениться на ком попало.

– Да, если дал слово начальнику, надо его сдержать, – не без ехидства сказала Женя.

– Ерничаешь? Ну-ну… Может, у тебя подружка есть?

– Зачем?

– Я на твоей подружке женюсь.

– А что, кроме как на моей подружке, больше не на ком?

– Да нет, есть варианты. Но с твоей подружкой я к тебе поближе буду.

– Может, лучше на мне жениться?

– А ты согласна?

Улыбка у него шутливая, но к вопросу отношение самое серьезное.

– А куда от тебя денешься?

Женя пыталась изобразить досаду, но ей это явно не удалось. Не смогла она сдержать радостную улыбку.

– Не надо от меня деваться. Надо со мной быть… Кстати, раз уж я лишил тебя работы, то теперь я обязан о тебе заботиться в полной мере. Сейчас мы заедем в одно место…

Кирилл привез ее торговый центр, сплошь состоящий из бутиков, где наравне с откровенной подделкой продавались действительно фирменные вещи. Женя сначала возражала против его щедрости, но после того, как ей подошло платье от Дольче Габбана, она вошла во вкус. А Климкин не скупился, хотя и обходил стороной очень уж дорогие варианты. И одежды он ей накупил, и обуви, даже про дамское белье не забыл. А она не отказывалась. Но в машине назвала сумасшедшим.

– Ну, спасибо!

– И я сумасшедшая… Скажи, ты меня заколдовал?

– Если ты это чувствуешь, то я рад, – улыбнулся он.

– Чувствую.

– Значит, заколдовал. Сейчас отвезу тебя домой, пожарю и съем.

– Зачем же ты мне столько всего купил? – с понимающей иронией улыбнулась она.

– Чтобы тебя заколдовать. А вопрос ты задала правильно. Потому что есть я тебя буду без одежды.

– И я соглашусь?