Лицензия для Робин Гуда - Лариса Соболева

– Георг Маркович, машина, на которой сбежала жена Фисуна, обнаружена, – доложили Ипсиланти по телефону.

– А владельца нашли?

– Владельца? Приезжайте на него взглянуть.

Дорога была немыслимо скользкая, и прогноз синоптики дали неутешительный: гололед продержится несколько дней. С огромным трудом, на минимальной скорости, ибо машину вело зигзагами, Ипсиланти достиг места, где нашли нужную машину. И что же он увидел? В автомобиле «Лада» последней модели на кресле водителя сидел, запрокинув голову, молодой человек. Он был мертв. На груди его алело пятно. Замерзшая на морозе кровь – дверцы машины были открыты все время, что труп здесь находился, – осталась яркой, по цвету насыщенной, по этой причине она выглядела искусственной. А стреляли напрямую через лобовое стекло.

– Это и есть владелец машины? – спросил Ипсиланти милиционера, несколько разочаровавшись. Мертвый свидетель – бесполезный свидетель.

– Мы нашли права на имя Елецкого Радия...

– Он, – не дослушав, уверенно сказал Ипсиланти, скорее себе, а не милиционеру. – Радик. Радий. Молодец попугай, запомнил редкое имя. Что еще нашли при нем?

Вопрос был адресован эксперту, закончившему осмотр трупа. Эксперт передал прозрачный пакет, объяснив, что в нем волосы. Волосы длинные, на поверхностный взгляд принадлежат женщине, зацепились они за молнию на куртке.

– Сколько он здесь находится? – спросил Ипсиланти.

– Больше суток, – ответил эксперт.

– Та-ак... – Поставил руки на бедра Ипсиланти.

Он отсчитал время, и... все сходилось. Елецкий вез Марьяну... куда? Ипсиланти прикинул, в какую сторону могла ехать машина. Получалось, что к аэропорту. Все правильно, Марьяна вскрыла сейф, стала обладательницей огромного состояния, которое следовало увезти подальше от деток дорогого мужа, пока они не хватились. Но Елецкий почему-то съехал с трассы на дорогу, ведущую в близлежащие села, через сто метров она разветвлялась еще на две. И тут не все гладко: автомобиль Елецкого проехал некоторое расстояние между этих дорог, то есть фактически по целинной земле. Значит, ехал в никуда? Так не бывает. Почему он проехал между дорог? Кто его застрелил? Выходит, перед тем, как навсегда покинуть город, Марьяна застрелила Радия, который доставил ей на дом автоген и наверняка помог вскрыть сейф. Что же произошло между ними? На эти вопросы может ответит Марьяна, а она уже, скорей всего, приземлилась в каком-нибудь мегаполисе, где проще простого затеряться, изменить внешность, купить новый паспорт...

– Да? – поднес к уху телефон Ипсиланти, недовольный тем, что его звонок прервал ход его мыслей.

Звонил Краснов.

– Георг, приезжай к дому Фисуна, – сказал он коротко.

– Зачем?

– Ты приезжай, здесь такое...

Ипсиланти положил сотовый в карман, попросил эксперта привезти ему результаты экспертиз и сел за руль. Кое-как добрался до города, где все же ездить легче. А транспорт за городом, немного не доезжая до найденного авто Елецкого Радия, попросту встал.

Докурив до фильтра сигарету, Марьяна отбросила ее и забралась в машину, где в нос бил запах бензина, от которого у нее кружилась голова. А может, голова кружилась от голода? Иметь в прямом смысле кучу денег и не иметь возможности ничего купить на них – это козни покойного папы Фисуна. Вот застряли, так застряли! Такси с места нельзя сдвинуть, потому что из-за страшного гололеда таксист не гарантирует, где очутишься. Выбор, правда, невелик: кювет или кладбище. Короче, выбора нет. А пешком до города точно не дойдешь.

Сначала-то на шоссе еще появлялся транспорт, но, как назло, редко легковушки, все грузовики, всякие там «КАМАЗы». И легковые автомобили не останавливались, хоть Марьяна и махала всеми конечностями. Наступило утро, транспорт вообще перестал появляться, дорога превратилась в ледовый каток, в довершение поднялся ветер. Когда Марьяна курила, она придерживалась за машину, иначе, казалось, унесло бы. Таксист слушал радио и выяснил, что за городом большое скопление машин, были аварии из-за гололедицы, есть жертвы. Диктор дал совет переждать погодный катаклизм.

– Кто придумал строить аэропорты далеко от города? – ни к кому не обращаясь, проворчала Марьяна.

– У города строить опасно, самолеты падают, – включился в разговор таксист. Он много раз пытался разрядить обстановку и поговорить с пассажиркой, но та лишь дулась, будто он устроил гололед, будто ему нравится торчать здесь без еды рядом с ней, надутой гусыней.

А гусыня все бубнила себе под нос:

– Ну, Фисун, чтоб тебя черти в аду живьем жрали...

– А соседи ничего не слышали, – сообщил Краснов.

Ипсиланти медленно ходил между трупов, «любуясь» ими со всех сторон, могло показаться, что Краснова он не слушает. А тот продолжал рассказывать:

– Они бы еще долго тут лежали, если б не сосед по площадке. Мальчик, который в этой вот квартире живет... Тимофей, кажется... приходит из школы в час или в два. Дед из соседней квартиры часто просит его то статью прочесть из газеты, то нитку в иголку вдеть, то за мелочевкой в магазин или аптеку сбегать. И вот нет мальчишки и нет. Дедок подумал уж, что пропустил Тимофея, решил зайти. А тут дверь открыта. И в прихожей гора трупов. Нравятся мне прихожие в старых домах – хоть на велосипеде езди. О чем это я? Ну, в общем, я тебя вызвал, думал, тебе интересно будет...