Ключ от миража - Татьяна Степанова

Колосов мысленно зааплодировал храброй землячке. Продрался сквозь толпу и увидел в конце зала несколько дверей с противоречивыми надписями: «Служебный вход. Вход воспрещен».

За дверью дремал на стуле охранник. Он и пояснил Колосову, что офисы «Трансконтинента» не здесь, а в пятом терминале, что проход через летное поле строго карается, но, если в офисе его ожидают, он может позвонить туда по внутреннему телефону и за ним придут. Сказано — сделано.

Ждать пришлось долго. Потом появилась энергичная девица лет сорока в модных кожаных брюках и парике от «ревлон» и повела Никиту в глубь территории аэропорта.

Офисы «Трансконтинента» располагались на третьем уровне пятого терминала и были похожи на крохотный пластмассовый рай: в тесных светлых комнатках все было словно какое-то игрушечное, как в кукольном домике, — пластиковые шумоулавливающие панели на стенах, жалюзи на окнах, цветы в кашпо, ковровые дорожки. Все было новенькое, точно вчера из магазина, и какое-то липовое. Складывалось впечатление, что все это декорации для мыльной оперы «Аэропорт».

Колосова провели в небольшую приемную, заставленную кожаной мебелью, и попросили немного подождать. Через пять минут в приемную тесно набился народ: персонал компании — летчики, инженеры, механики. Все молча, выжидательно смотрели на Колосова. Дверь кабинета открылась, и появился высокий седоволосый краснолицый мужчина в дорогом синем костюме и модном галстуке.

— Я Жуков Михаил Борисович, — представился он с важностью. — Вы из милиции? Прошу вас, заходите. Есть какие-нибудь новости?

Никита оглядел кабинет — небольшой и тоже какой-то игрушечный, новый. Главное место в кабинете было отдано отнюдь не рабочему столу или карте мира, а гигантскому, чуть ли не во всю комнату, телевизору из семейства домашних кинотеатров.

— Новости есть, Михаил Борисович, — Колосов опустился в предложенное кресло. — Я вам о них скажу, но чуть позже. Сначала вы мне расскажите, что у вас тут произошло.

Жуков нахмурился и сухим официальным тоном начал излагать то, что Колосов и так уже знал со слов Сладкова и из материалов дела. В частности, из того самого первого и последнего допроса потерпевшего Бортникова.

— Александр Бортников давно работает в вашей компании? — спросил Никита.

— С самого ее основания, семь лет уже.

— И что вы о нем как о сотруднике можете сказать?

— Он толковый, грамотный. Инициативный, умный. Реорганизовал тут у нас полностью всю службу охраны. Честный. Что еще? Никаких нареканий никогда не имел. Инициативный, ах да, это я уже говорил.

— А эта служба охраны ваша, она вообще для чего вам? — полюбопытствовал Никита. — Пассажиров проверяете своих, да?

— Мы пассажирскими перевозками не занимаемся. Только грузоперевозками, — отчеканил Жуков. — Служба охраны ориентирована как раз на этот наш профиль. Ну, сами понимаете, только те грузы берем, которые по инструкции, никаких там иных… Охраняем также свой авиапарк силами службы…

— Большой авиапарк?

— Это что, имеет непосредственное отношение к нашему вопросу?

Колосов посмотрел в окно: жалюзи. И никаких тебе самолетов.

— Утрата ста семидесяти пяти тысяч долларов для вашей компании существенная потеря? — спросил он, прислушиваясь к гулу мужских голосов за дверями кабинета. Летчики что-то бурно обсуждали.

— Это взнос компании по банковскому кредиту, по процентам, — уклончиво ответил Жуков.

— Это я понял. Но для вашей компании потеря этих денег — солидная брешь в бюджете или так себе, пустячок?

— Я вас не совсем понимаю. Вы.., вы что, нашли тех, кто напал на Бортникова?

— Мы нашли вашу «Волгу», Михаил Борисович.

— Нападавшие ее бросили? Машину бросили, а деньги забрали? Так вас надо понимать?

— Нет, не так. Но с вашими вопросами не торопитесь, — Колосов покачал головой. — Значит, Бортников, как вы его характеризуете, сотрудник выше всяких похвал?

— У меня.., у руководства компании к нему никогда никаких претензий не было.

— А роль кассира-инкассатора он у вас и раньше выполнял?

— Ну да, он иногда отвозил деньги в банк. — И всегда такие вот крупные суммы?

— Нет, суммы были гораздо меньше. У нас просто в этом месяце срок платежей по банковскому кредиту.

— А что, у вас острая нехватка кадров, да? Что, очень дорого вам обошлось бы посадить в ту «Волгу» вместе с Бортниковым пару-тройку крепких ребят из охраны?

— Но.., конечно, это наша ошибка. Но он ведь сам руководитель службы охраны. Он отличный, опытный сотрудник. И он.., он не был против. Руководство ему всецело доверяет и всегда полагалось на его опыт и… Ну, я не знаю, что вам еще сказать, кроме того, что мы наказаны за нашу же собственную ошибку. Вы что, хотите, чтобы мы Бортникова наказали? За халатность? Но он ведь и так пострадал — на него напали бандиты. Хорошо, еще жив остался, могли ведь и прикончить. Разве мало таких случаев?

— Да, — согласился Никита. — К сожалению, так и вышло.

— То есть? — Жуков удивленно вскинул голову. — О чем вы? Он же мне сразу из милиции звонил, все рассказал, доложил…

Когда он услышал о том, что Бортников убит, лицо его сначала выразило сомнение — как же так? Что вы говорите? Жуков явно не верил. Колосов вкратце рассказал ему о случившемся в субботу.

— Вы говорите, он найден мертвым в каком-то доме, в квартире? — Жуков опять не верил. — В какой квартире? Он же… Саша… Саша ведь за городом живет, в Менделееве, у него там дом, от отца остался…

— А ваша машина обнаружена нами во дворе того же дома, где найден труп Бортникова. Машина оставлена закрытой, с включенной сигнализацией.

— Вы хотите сказать, что… — Жуков ошеломленно смотрел на Колосова.

— Я хочу сказать, что, по нашим данным, никакого разбойного нападения не было. Бортников солгал и нам, и вам. Инсценировал все, чтобы присвоить деньги, которые вы ему доверили. А потом кто-то убил его.

— Кто? — хрипло воскликнул Жуков.

— Это я и выясняю. С вашей, Михаил Борисович, помощью. И я хочу теперь услышать ваш ответ на свой прежний вопрос: потеря этих денег сильно ударила по вашей компании?

Жуков прислушался к голосам за дверью.

— А как вы думаете? — спросил он устало. — Это была основная часть платежа. Денег нет — завтра срок истекает, банк наш счет заморозит. Ни горючего для самолетов, ни средств на зарплату персоналу. Слышите? Вон уже собрались, митингуют.

— Как же вы допустили, чтобы Бортников ехал один, без сопровождения?

— Но он же… Я ж его сам на работу сюда брал. Отец его тогда еще жив был, мы же с ним четверть века знакомы, в одном экипаже отлетали вместе сколько лет… Я ж Саньку вот таким пацаном знал. Он на моих глазах рос. Я ему, как себе, верил. Он у нас тут всей безопасностью заведовал.