Декамерон по-русски - Анатолий Ромов

— Действительно красивая история.

— Красивая, не красивая, но мне это дорого. И Стиву дорого. А вот маме Стива и его брату — нет.

— Вы сказали, брат вашего мужа живет в штате Виргиния?

— Да.

— Где именно там?

— Есть такой городок, Фредериксбург. Так он живет даже не в самом городке, а рядом, в лесу. В какой-то хижине.

— В хижине?

— Ну не знаю… Стив сказал, это дом почти без всяких удобств.

— Почему же он живет в таком доме?

— Так ему захотелось. Джейсон говорит, что это ради творчества. Он делает абстрактные металлические композиции из стальных прутьев, листового железа и так далее. Я уже говорила, он пробовал их выставлять в Гринвич-Виллидж^[2], но потерпел полный провал. Так вот, ради этих железок и дома в лесу он оставил все. Жену, детей, квартиру в Нью-Йорке, профессорскую должность в Джульярдской школе. Это его дело, пусть живет как хочет, не пойму только, чем я ему насолила.

— Вы пробовали поговорить с ним, объясниться как-то?

— Пробовала, когда он приезжал к Стиву из Виргинии. Бесполезно. Он и разговаривать со мной не желает.

— А со Стивом вы на эту тему говорили?

— Говорила. Да он и так все отлично понимает. Но он очень любит мать. А поскольку меня он тоже любит, ему приходится разрываться между… между двумя женщинами. — Улыбнулась. — Ну вот, теперь вы посвящены во все семейные тайны клана Халлоуэй. Можете делать свои выводы.

— Сделаю. Хорошо, что вы все мне рассказали.

— Не знаю, хорошо это или нет. Я хочу найти Стива или следы Стива. И не хочу, чтобы его убийство осталось безнаказанным — если его убили. Остальное не важно.

— Понятно. — Молчанов прислушался. — По-моему, приехала машина.

— Да, это машина.

— Посмотрю, кого принесло. Не обращайте на меня внимания, сидите. Вообще, чувствуйте себя здесь как дома.

Выйдя на участок, Молчанов увидел «понтиак», стоящий рядом с «вольво» и джипом. Чуть в стороне прохаживался Костомаров.

Пожав Молчанову руку, Костя тронул пальцем дужку очков. Близоруко поморгал:

— Слушай, надо поговорить.

— Так давай поговорим. Вообще, что ты здесь стоишь, пошли в дом.

— Нет, в дом мы не пойдем. — Выдержав паузу, Костя снова тронул очки. — Поговорить нам надо не в доме, будет важный разговор. Кто у тебя сейчас?

— Все свои. Оля, Слава Угрюмцев, Инна.

— Подожди… — Костомаров оглядел участок. — Нет, все равно поговорить надо не в доме.

— Ради бога, давай поговорим где хочешь. Предлагай.

— Вот там, в дальнем углу, кусты, идем туда. Как будто нормальное место.

— Ну дела. — Молчанов покачал головой. — Хорошо, идем.

Пройдя в дальний угол участка, они сели на свежесрубленную скамейку, устроенную между оградой и кустами шиповника.

— Тут дело такое, Паш… — Костомаров смахнул с рукава невидимую пылинку. — Дело такое… Если человек, который мне доверился, узнает, что это выплыло, нам с тобой кранты. Нас пришьют. Просто пришьют, и все. И не будут ничего спрашивать.

— Понятно. Какой человек тебе доверился?

— Какой человек… — Костя посмотрел в землю. — Тумба. Ты знаешь, кто такой Тумба? Сосо Тамбиев?

— Конечно. Пахан измайловцев, злейший враг Буруна.

— Мне удалось с ним встретиться.

— Так ты с ним провел эти два дня?

— С ним я провел только один час, сегодня рано утром. А вчерашний день весь прошел впустую. Пытался найти общий язык с одним из людей Буруна, неким Серафимом Викторовым по кличке Вексель, он мне многим обязан, но… Он крутился, вертелся, но так ни слова и не сказал о том вечере. Боится Буруна. Но Вексель, сам того не заметив, подал мне одну мысль.

— Какую?

— Значит, Паш, то, что я тебе сейчас расскажу, не должно выплыть. Никогда и нигде.

— Не должно, значит, не выплывет. Так какую мысль подал тебе Вексель?

— Выйти на Тумбу. Я когда-то защищал Тумбу в суде и понадеялся, что, если с ним встречусь, смогу как-то договориться. И знаешь — мы с ним договорились. Нашли общий язык.

— Нашли?

— Да. Я ему объяснил, что мне нужно узнать только одно: какая подоплека стоит за тем вечером, когда Инна и ее муж зашли в ресторан. Тумба, естественно, об этом вечере ничего не знает, ему и этот вечер, и Инна, и ее муж до лампочки. Но он мне предложил вариант.

— Что за вариант?

— Чтобы ты понял, что к чему, сразу объясню суть дела. Среди людей Буруна у Тумбы есть свой человек, «крот», который работает на него. Причем этот «крот» в тот вечер, когда в ресторане сидели Инна и ее муж, был там. Это установлено.

— И кто он, этот «крот»?

— Некто Максим Гудилин по кличке Гудок. Слышал когда-нибудь о таком?

— Слышал. И видел его фото, оно есть у нас в компьютере.

— В дорогомиловской группировке Гудок сейчас второй человек после Буруна. Тумба считает, так высоко подняться Гудку удалось после того, как тот его предал.

— Гудок его предал?

— Так считает Тумба. В разговоре со мной он объяснил: он считает, что Гудок предал его и теперь работает на Буруна. А ему поставляет информацию только для вида. Но поскольку Тумба еще не убежден, что Гудок его предал, он предложил мне его проверить.

— Каким образом?

— Найти человека, который смог бы с ним переговорить с глазу на глаз, выдав себя за доверенного Тумбы. Связь с Гудком Тумба этому человеку обеспечит. У Гудка во время этой встречи наш человек может спрашивать все, о чем хочет. В том числе и о том, что стояло за конфликтом, случившимся в ресторане между Инной, ее мужем и Буруном.

— И что за это хочет Тумба?

— За это Тумба хочет, чтобы наш человек во время этой встречи Гудка замазал. Дал ему деньги. И чтобы на нашем человеке во время этого разговора был рекордер с компакт-диском. Разговор должен быть записан, и запись разговора передана Тумбе.

— Понятно. Чтобы потом шантажировать Гудка.

— Вот именно.

— И что ты сказал Тумбе? Что ты это покупаешь?

— Я сказал, что это возможный вариант и что мне нужно подумать.

— Ты сам-то что думаешь по поводу этого варианта?

— В принципе, я считаю, вариант неплохой. Но его нужно тщательно обдумать. Встречаться с Гудком — все равно что совать голову к черту в пасть. Если Гудок поймет, что его кидают, он просто подождет, пока этот человек повернется к нему спиной, и застрелит. Так что самое трудное будет найти человека, который на это решится.