Прыжок - Мартина Коул

Она сказала так в шутку. Марио это понял и широко, по-доброму улыбнулся матери — женщине, которую он любил больше всего в жизни.

— Прости меня, мама. Мне очень жаль, правда.

Маэв погладила его по щеке жесткими изработавшимися пальцами.

— Ничего, Марио. Поступай так, как тебе лучше, как ты чувствуешь. Что бы ты ни сделал, я тебя поддержу.

Марио ощутил, что грудь его вот-вот разорвется от любви, которую он испытывал к маленькой женщине, сидевшей перед ним. Он резко встал и вышел из комнаты, испугавшись того, что не сдержится и заплачет. Маэв проводила его любящим и спокойным взглядом.

У себя в комнате Марио открыл портфель и вытащил оттуда записную книжку. Он набрал номер на мобильном телефоне и сказал в трубку:

— Алло! Пьер? Можешь сделать мне одолжение, приятель? Мне надо узнать один адрес. Место назначения согласно авиабилету. Я думаю, билет для полета на отдых был забронирован по кредитной карте. Выясни это для меня, пожалуйста!..

Он сообщил необходимые данные о вылете Донны. Хотя Марио в глубине души надеялся, что его догадка неверна, он все же больше склонялся к тому, что в реальности это не так.

Донна стояла с чемоданом и портфелем в руках возле аэропорта в Коломбо. Жара была удушающая, тяжелая, влажная. Она расстегнула пуговицу на воротнике блузки и подула себе на грудь. Тем не менее блузка прилипала к коже от пота. К ней подошел носильщик и положил ее чемодан на маленькую тележку.

— Где ваш туристический автобус, мадам? — Он улыбнулся ей, выставив кривые коричневые зубы.

— У меня нет туристического автобуса, — объяснила Донна. — Мне нужно такси до Хиккадоа. В отель «Бэй Вью». Где здесь можно взять такси?

Мужчина снова улыбнулся. Он наклонился к ней, и от его темно-зеленой робы слегка пахнуло застарелым потом и салом.

— Я знаю очень хорошее такси, мадам. Я сам вас к нему отведу.

Донна пошла за невысоким мужчиной в сторону залитой ярким солнцем улицы. Везде, куда бы она ни посмотрела, ее поражало обилие цветов, темно-красных и лиловых. Жасмин наполнял воздух своим ароматом, небо было чистым, прозрачным, ярко-синим. Даже несмотря на свое усталое, возбужденное состояние, она не могла не оценить окружавшую ее красоту.

Носильщик подвел ее к ряду такси и вступил в переговоры с водителем. А потом повернулся к Донне.

— Это мой хороший друг, Рай, и он отвезет вас в отель. — Носильщик погрузил ее чемодан в очень старый и потрепанный «Нисан».

Донна сунула ему в руку банкноту в сто рупий. Спустя две минуты она уже ехала по дороге, ведущей в конечном счете в Хиккадоа.

Когда «Нисан» въехал в сам город Коломбо, Донна принялась в изумлении разглядывать местных жителей. Сари на женщинах были всех цветов радуги; торговцы продавали свой товар прямо на обочинах дороги; дети сновали по проезжей части, подвергая себя опасности. Машины теснились рядом с велосипедистами, туристическими и городскими автобусами.

Повсюду столбом стояла пыль, а уличные торговцы не обращали внимания на то, что она покрывает их товары, начиная с разных безделушек и заканчивая расписанными тыквами.

Невзирая на все тревоги и волнения, Донна обнаружила, что ее заворожили и этот город, и его обитатели. Но страшная жара и любопытство лишь на время отвлекли ее от мыслей о своей миссии. Когда же машина застряла в пробке и вокруг раздались истошные крики и гудки автомобилей, она откинулась на потрепанное сиденье «Нисана», прикрыла глаза и мрачно улыбнулась… В течение всей совместной жизни с Джорджио она делила с мужем каждое новое впечатление. Ни разу она не ездила за границу без него: «Если бы он сейчас был со мной, то отпускал бы забавные шуточки по поводу людей, такси и всего, что нас окружает. Он был бы расслабленным, уверенным в себе, обо всем судил бы со своей точки зрения и обращал бы мое внимание на то или на другое».

Жаркий, душный день вдруг показался Донне почти прохладным, а уличные сцены перед глазами — не такими уж яркими. Мысль о Джорджио напомнила ей, зачем она приехала сюда и почему находится здесь одна.

Спустя еще двадцать минут машина выехала на прибрежное шоссе, и они направились по этой узкой и грязной асфальтовой дороге к Моратуве — первому населенному пункту по пути в Хиккадоа.

Водитель Рай теперь мог немного расслабиться. И, радуясь тому, что у него появился клиент, он принялся болтать с Донной на почти чистом, без акцента, английском.

— Сколько времени вы будете в Хиккадоа?

Донна небрежно выбросила в окно окурок. И лишь после паузы ответила:

— Еще не знаю.

Рай как-то с опаской оглянулся на нее через плечо, продолжая осторожно вести машину.

— Вы должны там с кем-то встретиться?

— Вообще-то я приехала по делу. — Донна надеялась, что после этих ее слов он заткнется что он, узнав, что его пассажирка — не туристка, оставит ее в покое.

— А что за дело может быть в Хиккадоа у такой милой женщины, как вы? — с сомнением в голосе спросил водитель.

Донна тяжело вздохнула, уже раздражаясь от его упорства.

— Просто дело. И все.

Рай пожал плечами. Он слишком хорошо знал британцев. И сразу сообразил: настал момент, когда ему лучше замолчать.

Донна любовалась прекрасными очертаниями морского берега. Она снова расслабилась на сиденье, но испытывала при этом смешанные чувства: ее пугало, что она могла обнаружить в Хиккадоа, и одновременно она была довольна, что все-таки едет туда.

Марио вошел в ресторан «Амиго» и вежливо улыбнулся подошедшему к нему официанту.

— Вы заказывали столик, сэр? — спросил тот.

Марио встретился взглядом с темными глазами официанта, слишком пристально разглядывающего гостя. И понял: они признали друг в друге своих. Он как можно сексуальнее улыбнулся, отвечая на вопрос:

— Могу я видеть Алана Кокса? Скажите ему, пожалуйста, что пришел Марио Брунос. Он, я думаю, меня примет.

Официант кивнул, предложил Марио присесть у стойки бара и исчез из виду, поднявшись по лестнице на второй этаж. Минут через пять молодой человек повел Марио вверх по лестнице. Он еще успел принять заказ на напитки, прежде чем оставил Марио и Алана одних.

Алан смотрел на Марио с легкой улыбкой на лице, но в целом вел себя настороженно. Он знал, какая репутация сложилась у Марио, и мысленно спрашивал себя: «С кем этот молодой человек в семейной войне — на стороне Донны или на стороне Стефана?» Когда Марио, сидя на стуле, изящно скрестил ноги, Алан усмехнулся про себя: «По крайней мере, я знаю, с какой стороны постели он спит».

— Марио, чем я могу вам помочь?

Марио несколько секунд молча смотрел в лицо Алану, прежде чем ответил ему.

— Я пришел, чтобы попросить у вас совета и помощи.