Уроки стриптиза - Наталья Перфилова

— Ты прав, старина, ты прав… — печально покачал головой Жорж. — Больше пить не стоит. — Ты забери бутылку от греха подальше, а я с этого момента начинаю трезветь.

— Отлично. — Серьезно кивнул Сергей. — Теперь тащи сюда доверенность, мне пора уже ехать…

— Слышь, Серж, я как то немного того, не в форме… Напиши все, что тебе надо сам. Лады? Документы в бардачке. Держи ключи.

— Давай. — Ковалев сунул ключи в карман и подошел ко мне. Он вытащил из моих онемевших пальцев нож и бросил на стол.

— Никогда не угрожай по напрасну. — Хмуро посоветовал он. — А уж если взялась за нож, так бей. — Бросив на меня еще один презрительный взгляд, он направился к двери и поманил Георгия за собой. Как только они вышли, я на цыпочках , стараясь не дай бог не скрипнуть рассохшейся половицей, понеслась к окну и прижалась ухом к слегка отошедшей от проема оконной раме. От того, что я услышала, у меня на голове просто зашевелились волосы.

— Пить больше не смей. — Холодным стальным тоном приказал другу Ковалев, — и глаз с девки не спускай, не дай бог опять орать начнет, или на помощь соседей звать. Если вдруг случится самое плохое, и меня повяжут менты, учти — я буду надеяться только на тебя. Само собой я ничего им про твое участие в деле не стукну, буду все валить на Эгле. Мол она все задумала, осуществила и т.д. и т.п. А меня, как мужа подруги, попросила просто забрать сумку, забытую ей в том самом месте… Подставила, как говорится, за здорово живешь… Но и ты должен будешь подсуетиться, тогда возможно мы сможем выйти сухими из воды. Останемся без бабок но хоть на воле…

— Что я должен делать? — Хрипло спросил Георгий.

— Сущую мелочь. — Хмуро отозвался Ковалев. — Ты сделаешь так, чтобы обе девки бесследно исчезли…

— В смысле? — Оторопел Жорж. — Ты что обалдел что ли совсем? Я на мокруху не подписывался. Да я просто не смогу…

— Сможешь. — Не терпящим возражения тоном сказал Сергей. — И сделаешь! Иначе мне придется все валить на тебя, ведь это ты у нас папашу строил из себя. А Эгле и Анна подтвердят каждое мое слово, будь уверен… Так что выбирай или они, или ты…

— Но как я смогу… — голос Георгия стал растерянным. — Я готов, но я не знаю…

— Запрешь их обоих в кладовке. — Деловито начал Ковалев, — потом через вентиляцию пустишь газ из кухонного баллона. И все. Ни крови, ни шума… Они быстренько сначала уснут, потом дышать перестанут. Жаль, конечно, что попользоваться не успели такой красотищей… Да хрен с ней. С деньгами мы и не таких милашек сможем отоваривать, хоть по дюжине в день… На чем я остановился? Ты погуляешь на улице минуток тридцать-сорок, потом все окна откроешь, чтобы проветрилось, этих в лес оттащишь или на худой конец в саду закопаешь, машину то я забираю… Потом все вещи из дома наши тщательно собираешь и гонишь в город, запираешься в своей квартире и носа не высовываешь. Про этот дом можешь смело забыть, я снимал его на имя одного малознакомого бомжа, который за бутылку любезно предоставил в мое распоряжение свой паспорт. Когда к тебе придут менты, ты с честным и трезвым лицом сообщишь им, что мы весь сегодняшний день провели с тобой вместе, играли в карты , а часов в пять мне позвонила приемная дочь Эгле и попросила приехать, ты дал мне ключи от машины, а сам остался дома. Все. Точка. И от этих показаний чтобы ни на шаг в сторону. Ясно?

— Да, в принципе, все понятно… — Не слишком уверенно проблеял Жора. — А если все будет нормально?

— Ну тогда, как только пересечем границу, мы с тобой напьемся на радостях, как последние свиньи…

— Тогда мне не надо будет убивать твою Эгле? — С тревогой спросил Жорж.

— Там посмотрим, — равнодушно отозвался Ковалев. — Вообще то опасно такой хвост оставлять за собой, и роль свою она уже по полной программе отыграла, лучше некуда. Да и менты от нее еще долго не отстанут, искать будут везде, где не попадя, не дай бог попадется … А с другой стороны я тоже не люблю руки то в мокром пачкать, да и мы к тому времени будем уже далеко… Ладно, что об этом сейчас толковать? Посмотрим, как вечером карты лягут, так и играть будем. Ну, с богом, Жорик!

— С богом. — Глухо отозвался тот и принялся открывать тяжелые металлические створки ворот.

* * *

Я опустилась на край табурета и провела языком по мгновенно пересохшим от страха губам. Ну что, дорогая, так тебе и надо тупице, за глупость беспросветную и слепоту! Ведь знала же , что нельзя доверяться этим людям, их льстивым словам и обещаниям, но все равно, как дура, брала их деньги, слушала, раскрыв рот, их насквозь пропитанные бравадой и ложью рассказы о жизни, а потом и вовсе вляпалась в полное дерьмо. Да еще и ребенка невинного собственной рукой притащила на край могилы… Нет, так сидеть и ждать у моря погоды нельзя, надо что то делать, причем немедленно, если я успею связаться с Кронбергами до того, как Сергей получит с них выкуп за малышку, я еще смогу как то выпутаться из этой ужасной ситуации.

Я торопливо сунула руку в игрушечную сумку, привязанную чьей то заботливой рукой к поясу Арининой куклы, и с радостью почувствовала, что девочка меня не обманула. У меня в ладони оказался маленький блестящий сотовый телефон. Рассмотреть его получше я не успела, а быстро спрятала в карман пиджака, так как половицы в сенях заскрипели и в гостиную ввалился пьяный Жорж. Он виновато посмотрел на меня и быстренько отвел глаза.

— Налей чаю что ли, раз коньяка больше нельзя, — попросил он и плюхнулся на табурет так, что тот буквально застонал под его внушительным весом. — Да покрепче давай, а то развезло меня что то порядком…

Я послушно наполнила чаем большой синий бокал и придвинула к нему. Руки у меня дрожали.

— Ты не бери в голову, — заметив это , сказал Жора, — не трясись. Не больно красиво, конечно, все получилось, но по большому счету ничего особенного. Дело житейское, как говорится. Я и то удивляюсь, сколько Серж терпел. В одной квартире с такой красоткой не каждый мужик в джентльменские рамки сумеет себя впихнуть. А сегодня нервы у всех на пределе, вот и сорвался… К тому же ничего ведь не получилось… — Он хмыкнул и откинулся на спинку дивана.

— Как думаешь, Сергей вернется? — Осторожно поинтересовалась я, отхлебывая из чашки крепкий ароматный напиток.

— А черт его знает. — Честно признался Жорж , пожав плечами. — Серж он такой… — Георгий на пару секунд замолчал, старательно ища подходящее слово. — Короче нецензурный… — наконец выдал он.

— Это как понимать…

— Да просто слов цензурных, чтобы его описать, я не нашел… вот и нецензурный…

— Но вы же вроде друзья. — Напомнила я.

— Ага, друзья! — Пьяно ухмыльнулся Жора. — Задушевные… — он с трудом выговорил это слово и с размаху поставил на стол чашку, едва не выплеснув себе на брюки все содержимое. — Я вот, к примеру, ни грамма не удивлюсь, если этот мой скользкий дружок, если все хорошо пройдет, просто-напросто ф-фьють и свалит один со всеми нашими денежками за бугор… А меня друга своего дорогого кинет…