Тур в никуда - Марина Серова

Я села за столик, и ко мне тут же подошел темнокожий официант в белоснежных брюках, футболке и фирменной шапочке. Из меню я выбрала одно из традиционных парижских блюд – хрустящие сэндвичи с сыром и ветчиной, приправленные соусом из дижонской горчицы.

Впервые такие сэндвичи я попробовала пару лет назад, когда отдыхала во Франции. Они мне очень понравились, и теперь, увидев в меню знакомые названия, я, не раздумывая, заказала их.

Сэндвичи здесь, как и в Париже, оказались очень вкусными.

Потом мне захотелось попробовать еще каких-нибудь сладостей, и я выбрала яблочный пирог. Он тоже оказался очень вкусным – в меру сладким, но не приторным.

Я вернулась в отель, приняла душ.

Вскоре в гостиную выползла сонная Елизавета. Я спросила ее, чем она собирается заняться до вечеринки у Роберта Болтона.

– Я, пожалуй, еще посплю, – ответила Новохатская, – а потом буду собираться на пати.

Я подумала, что если до начала вечеринки Елизавету сопровождать никуда не требуется, то почему бы мне не отправиться прогуляться по городу? И даже не городу, а…

А махну-ка я в Майами! Ведь Норт-Бей-Виллидж граничит как раз с районами Майами: Майами-Бич, Мидтаун, Даунтаун, Арт-Дистрикт. До них и езды-то всего около пятнадцати минут.

Так я и сделала. Свой осмотр я начала с Даунтауна – деловой части города.

Недолго думая, я впрыгнула в первый вагон монорельса под названием «Метромувер», устроилась возле окошка и начала рассматривать Даунтаун сверху.

Следующим пунктом у меня был район Оушен-Драйв – сердце Майами-Бич. Затем я осмотрела Бэл Харбор, самый элитный район, и Саут-Бич. В Ар-Деко-Дистрикт я подошла к дому, где жил Версаче и на ступеньках которого он был убит. И под конец своего путешествия по Майами-Бич я прошлась по пешеходной Линкольн-роуд.

Я уже подходила к своему отелю, как меня окликнула дама лет шестидесяти пяти в элегантном белом костюме.

– Простите, вы не могли бы сфотографировать меня? На фоне отеля «Корал Бич», – уточнила она.

– Конечно, – ответила я.

Я сделала несколько снимков и вернула даме ее фотоаппарат.

– Большое вам спасибо, – с чувством произнесла она.

– Не стоит благодарности. – Я ответила так, как обычно отвечают американцы в таких случаях.

Но вдруг я увидела слезы на ее глазах.

– Что с вами? – спросила я. – Вам нехорошо?

– Нет, нет, все в порядке, это сейчас пройдет. – Она попыталась улыбнуться. – Просто, понимаете, с этим отелем у меня связаны воспоминания… о моем покойном муже. Правда, это было давно. – Она вздохнула. – Но для меня это как будто бы было вчера, – продолжила она. – Мы с ним встретились на обычной вечеринке, встретились случайно, а потом протанцевали всю ночь. А мне накануне нашей встречи приснился такой сон! – Женщина улыбнулась сквозь слезы. – Как будто бы я повстречала молодого человека, но лица я его не видела. Было просто предвкушение счастья. А наяву почти так все и случилось, как в моем сне. Мы и не заметили за танцами, как настало утро. Потом он спросил меня, не соглашусь ли я выпить с ним кофе. Я с радостью согласилась!

Слезы на глазах женщины уже высохли, она и в самом деле выглядела счастливой, как тогда, в самом начале своего жизненного пути.

– А что же произошло потом? – спросила я.

– Мы стали встречаться, узнавать друг друга. И я поняла, что встретила своего принца на белом коне, того человека, о котором мечтала всю жизнь. Да, он был добрым, нежным, заботливым. Он был просто необыкновенным!

– Что же было дальше? – спросила я.

– Мы поженились и жили долго и счастливо, были вместе и в радости, и в горе, в болезни и в здравии.

Дама подняла на меня глаза, полные слез.

– Незадолго до его смерти мы приезжали сюда на отдых и останавливались в этом отеле.

Я распрощалась с дамой и, растроганная историей ее любви, отправилась в отель.

Елизавета с мрачным видом смотрела на свои разложенные вечерние туалеты и почем зря ругала Ким Кардашьян.

– Уж без нее вся светская жизнь Америки точно остановится. Ну, вот представь себе, не будет ее. И что делать? Кто будет ходить по красным дорожкам в «голых» платьях?

Потом Новохатская язвительно прошлась по племяннице Алека Болдуина, а далее – по внешности немецкой модели Тони Гаррн. Досталось также и не стареющим душой ветеранам модельного движения Хайди Клум, Еве Герциговине и Каролине Курковой.

Перемыв косточки почти всем моделям мира и высказав свою точку зрения на то, как должны одеваться, после долгих раздумий и мучений Елизавета наконец выбрала шифоновое небесно-голубое платье с бретельками из страз, слегка закрывающее колени.

А я остановила свой выбор на шелковом жемчужного оттенка платье, задрапированном наподобие греческой туники, и черном шерстяном кардигане с металлическими пуговицами. Ансамбль дополнили изящные туфли, тоже отделанные металлом, и сумочка на тонком ремешке.

Елизавета позвонила администратору, чтобы тот вызвал такси.

Мы вышли из отеля, и у входа я попросила Новохатскую сфотографировать меня на фоне «Корал Бич».

Даже и не знаю, что вдруг это на меня нашло. Может быть, так повлиял рассказ дамы о своей любви? Потом и я щелкнула Елизавету пару раз.

Мы довольно быстро доехали до апартаментов, принадлежащих Роберту Болтону. Они находились в экстраординарном жилом элитном здании высотой в восемнадцать этажей. Само здание, выложенное из камня в кремовых тонах, напомнило мне огромную ракушку. Более того, здание было украшено множеством завитушек, которые как раз и придавали строению сходство с этим морским животным. Собственно, холл тоже изобиловал декором в этом же стиле.

Жилище Болтона занимало последний этаж. Скоростной лифт, отделанный сверкающими вставками из хрома, почти за одну минуту – во всяком случае, так мне показалось – домчал нас до последнего этажа.

Мы вышли из лифта и тут же оказались в очень большой комнате с огромными панорамными окнами от пола до потолка. Комната была окружена просторной террасой в бразильском