Такса миссис Хадсон - Игорь Сергеевич Градов

таксы… И еще она ловко скрывает свои мысли и чувства! Полагаю, ей известно, где спрятан этот мешочек, а также почему отец это сделал. И почему он наотрез отказался отдавать его Красавчику — даже под страхом смерти. Мистеру Салеху, конечно, было хорошо известно, какую опасность для него и дочери представляет этот громила, однако он все-таки пошел против него. Не испугался даже бандитского ножа… Ради чего? Что там такое, в этом мешочке? Я внимательно изучил список украденных вещей и сейчас нахожусь в некотором недоумении. Разумеется, царские украшения — очень дорогие вещи, золото и большие драгоценные камни… Но не настолько же ценные, чтобы ради них рисковать жизнью своей единственной дочери! И своей собственной… Дело, полагаю, в каком-то конкретном предмете, который мистер Салех ни за что не хочет отдавать грабителям. Еще одна загадка, и очень интересная!

Шерлок походил по гостиной еще минут десять, затем спустился вниз, к миссис Хадсон, и попросил ни в коем случае не открывать двери незнакомым людям. Если бандиты догадаются, что наша девочка и есть тот самый цирковой «арапчонок»… Они, несомненно, придут, и тогда могут возникнуть большие проблемы. У всех нас…

Вскоре вернулся доктор Ватсон — постарался скорее закончить свои консультации, ему тоже захотелось услышать историю Басины. Шерлок рассказал все, что узнал от девочки, а потом поделился своими собственными соображениями. И задал Ватсону все тот же вопрос: где может быть спрятан мешочек?

Доктор немного подумал и ответил:

— Вряд ли мистер Салех выходил ночью в город, он плохо знает Лондон и неважно говорит по-английски, к тому же он страшно боится полиции. Значит, мешочек все еще где-то там, в цирке. Может быть, даже в той самой клетке, где сидела Басина. Недаром она сразу же побежала туда!

— Да, вполне возможно, — кивнул Холмс, — жаль, что мы не додумались до этого раньше и не обыскали львиную клетку. Что стоило бы попросить мистера Хальве увести Симона и самим осмотреть ее! Сказали бы, например, что хотим проверить условия, в которых содержится несчастный старый зверь…

— Что поделать! — вздохнул доктор Ватсон. — Хорошая мысль, как известно, всегда приходит постфактум! Конечно, нам надо исправить эту ошибку, но вот как? Самим залезть в клетку со львом? Не получится… На такое способна только наша храбрая Альма!

Я слушала этот разговор, сидя возле кресла Холмса, и похвала доктора Ватсона мне очень понравилась. Да, нам, таксам, отваги не занимать, как и сообразительности. Я подошла к большому трехстворчатому шкафу, где Шерлок хранил свою одежду, в том числе и для переодеваний, и два раза негромко гавкнула.

— Ты хочешь, чтобы я снова стал «леди Дитмар»? — удивился Холмс. — Хм, но это вызовет подозрение у мистера Альнутти… Да и у бандитов тоже — они наверняка уже следят за циркачами, ищут пропавшего мальчика. Слава богу, что они не знают, что он… в смысле, она… уже у нас. Но ты, Альма, разумеется, права: все-таки придется залезть ко льву в клетку. Надо только придумать, как это сделать — чтобы было безопасно и не рисковать тобой. Вдруг лев накинется на тебя?

Я скептически гавкнула: Симон уже совсем старый, охотничьего азарта в нем почти нет. Он, судя по всему, давно живет в цирке и вполне доволен своею судьбой. Но Шерлок, конечно же, был прав, все равно следовало соблюдать осторожность. Лев как ни крути, а все-таки хищник, и иногда бывает довольно агрессивен — особенно когда голоден или же сильно не в духе. Даже в таком весьма почтенном возрасте он может причинить немало неприятностей. И еще, разумеется, следовало остерегаться бандитов, друзей громилы Красавчика, — вот те точно очень опасны. И даже больше, чем любой дикий зверь…

Глава одиннадцатая

На следующий день рано утром я выскочила во двор и побежала своим привычным маршрутом — вдоль длинного забора. Как я и ожидала, тут же сверху, с соседней крыши, раздалось противное шипение.

— Снова Барти, дружка своего, ищешь? — спросил Пигсли.

— Нет, — с деланым равнодушием ответила я, — некогда мне. Дело у меня есть, важное.

— Какое? Небось новое преступление расследуешь?

Пигсли знал, что я иногда занимаюсь самостоятельным расследованием небольших дел, связанных, как правило, с обитателями нашего квартала.

— Тоже нет, — отрывисто гавкнула я, — мистеру Холмсу сегодня помогаю. Он попросил меня съездить с ним в цирк — ему зачем-то понадобилось залезть ко льву в клетку: решил ее обыскать, а я в это время должна отвлекать внимание ее хозяина, льва Симона. Чтобы тот, часом, не набросился и не покусал нашего великого сыщика. Так что лаяться и ругаться мне с тобой, рыжий, совсем некогда, прощай!

С этими словами я развернулась и помчалась домой. Но краем глаза успела заметить, что Пигсли сорвался с места и рыжей стрелой понесся по белым, заснеженным крышам соседних домов — передать как можно скорее эту важную новость коту Бальтазару. А тот найдет способ сообщить ее своему хозяину, профессору Мориарти.

Я вернулась в нашу квартиру, где меня уже с нетерпением ждали Шерлок Холмс и доктор Ватсон — давно одетые и готовые к выезду. Мы взяли кеб и немедленно отправились к цирку: нужно прибыть туда раньше профессора Мориарти.

Мы успели вовремя, приехали первыми. Холмс отпустил кеб, и мы незаметно пробрались ближе к цирковому шатру. Залезли в ту же самую повозку с сеном, что и раньше, и затаились. Нам все было хорошо видно: и сам цирк, и фургончики артистов, и клетки с животными. Прекрасное место для засады!

Вскоре со стороны Лейкер-стрит раздался глухой стук копыт, показалась знакомая нам черная коляска. В ней сидел Мориарти, он сам правил лошадьми. Профессор был один, без своей обычной свиты — грозных бандитов, но зато с любимым котом Бальтазаром.

Мориарти, судя по всему, решил, что столь важное и ответственное дело, как поиск сокровищ, нельзя никому доверять, и уж тем более — тупым громилам. Хватит, попробовали один раз! Я не могла с ним не согласиться: хочешь, чтобы все прошло так, как надо, делай сам. С другой стороны, Мориарти мог просто решить ни с кем не делиться. Тоже понятное желание.

Профессор не спеша вылез из коляски, привязал к уличной тумбе лошадей, взял на руки кота Бальтазара и пошел к зверинцу. Остановился возле львиной клетки и начал внимательно ее изучать. Ему никто не мешал: циркачи занимались своими делами, репетировали на арене, готовились к вечернему выступлению. Или же просто сидели у себя в фургончиках, отдыхали… Лев, как обычно, дремал в теплом домике, наружу не показывался