Такса миссис Хадсон - Игорь Сергеевич Градов

— Все-таки непонятно, — перебил Холмса доктор Ватсон, — почему Мориарти так доверился циркачу? Это же серьезный риск! Салех — совершенно незнакомый, чужой человек, к тому же — иностранец. А если бы он струсил, испугался в последний момент? У профессора ведь есть немало помощников в преступной среде, настоящих мастеров своего дела, гениев взлома и кражи. Тот же Красавчик, например. Почему Мориарти не воспользовался их услугами?

— Он им не доверял, — ответил Холмс, — и правильно, между прочим, делал: соблазн оставить себе сокровища был слишком велик. Это же огромное состояние, по сути — богатство, хватит до конца жизни! Да еще детям с внуками останется… А мистер Салех просил в награду лишь бронзовый амулет да еще немного денег на дорогу, вот и все. И, главное, профессор не боялся, что циркач его обманет — Салех до дрожи боялся полиции! У него же в Лондоне никого нет, обратиться за помощью не к кому… И спрятаться ему тоже было негде, тем более — с ребенком.

А вот местные бандиты могли обмануть профессора: у них прочные связи в преступном мире, есть свои надежные норы… Залегли бы на дно, и ищи их! Или же вообще скрылись бы из Британии, перебрались куда-нибудь в Южную Америку или в Австралию… С такими деньгами хорошо везде, в любой стране мира! Конечно, в конце концов их бы нашли и примерно наказали, чтобы другим неповадно было, но это — лишние расходы и дополнительное время, зачем это профессору? С Салехом же, как думал Мориарти, такого быть не может, отсюда — и никакого риска. Нет, профессор все рассчитал правильно: египтянин от него никуда не мог деться, сам мечтал как можно скорее покинуть Англию и вернуться на родину. Значит, и проблем с ним не было бы никаких.

Но профессор ошибался — циркач все-таки намеревался обмануть его. Салех перед ограблением вручил дочери два мешочка — то есть с самого начала знал, что часть сокровищ оставит себе в качестве дополнительного гонорара… За риск, так сказать. Понять его можно: раз выпал такой уникальный случай, глупо им не воспользоваться. Басина сказала, что отец хотел, как вернется домой, открыть свою лавку, заняться торговлей и со временем стать богатым, уважаемым человеком. И обеспечить ее будущее…

Доктор Ватсон кивнул: вполне естественное желание для любого человека. Тем более что египтянин действительно сильно рисковал — и самим собой, и дочерью.

— Салех приказал Басине разложить украшения в два мешочка, — продолжил Холмс, — в один, побольше, для профессора Мориарти, во второй, поменьше, для себя. И туда же — бронзовый амулет. Но в темноте девочка перепутала мешочки и сунула амулет не туда, куда нужно. Салех собирался сразу после кражи исчезнуть из Лондона — сесть с дочерью на пароход и отплыть на родину. Он очень надеялся, что профессор не станет его искать — подумаешь, какую-то мелочь оставил себе, это же сущий пустяк, не стоит хлопот! Но обстоятельства сложились так, что бронзовый амулет достался профессору, а Салех не мог без него покинуть Британию. Ему оставалось только сидеть и ждать нового визита бандитов — он знал, что к нему обязательно придут. Второй мешочек он на всякий случай спрятал в клетке льва Симона. И Басина, разумеется, об этом прекрасно знала.

Когда появился бандит Красавчик, египтянин честно признался, что утаил часть украшений, но отдаст, если ему вернут бронзовый амулет. И попросил еще немного денег, помимо обговоренной суммы, — чтобы открыть свое дело. Сумма не такая уж и большая, вполне можно договориться… Если бы к нему пришел сам профессор или кто-то из его более-менее умных помощников. Однако, на беду, явился Красавчик, а он не был склонен вести переговоры или же торговаться — привык брать все сразу и силой. Бандит стал угрожать Салеху, требовал вернуть украшения немедленно, затем схватился за нож. Ну, а дальше вы знаете: завязалась драка, и в результате Красавчик оказался убит, а циркач попал в госпиталь с тяжелым ранением. Басина же сумела в суматохе сбежать и спрятаться в клетке Симона, где мы ее и нашли. К счастью, очень вовремя, бандиты не успели до нее добраться.

— Странно, что профессор допустил такую роковую ошибку, — задумчиво произнес доктор Ватсон. — Даже, пожалуй, две: не учел, что египтянин может его обмануть, и послал к нему бандита Красавчика, который умел только отнимать и брать грубой силой…

— Да, все верно, — согласился Холмс. — Мориарти недооценил мистера Салеха, думал, что тот слабый, запуганный человек, боится полиции и вообще всего на свете. Значит, находится полностью в его власти. А затем последовала и вторая ошибка: профессор решил, что громила Красавчик без труда вернет вторую часть сокровищ. Но мистер Салех оказался не робкого десятка, сумел дать достойный отпор, а затем вмешались мы с доктором Ватсоном. И Альма тоже помогала… Что ж, ошибки бывают у каждого, даже у таких гениев, как профессор Мориарти! Однако нельзя не отметить, что его план похищения царских сокровищ был, как всегда, весьма оригинален, точен и продуман до мелочей. Полицейские из Скотленд-Ярда никогда не догадались бы, что ловкий музейный вор — ребенок, пробравшийся в зал через воздуховод. И что он ловко разрезал толстое витринное стекло алмазом, а потом выбрался обратно… Они бы еще долго искали крупного, сильного мужчину и гадали, как тому удалось тайком попасть в зал, а затем незаметно исчезнуть из него.

— Теперь я понимаю, почему сэр Райли настаивал на том, чтобы бронзовый амулет непременно лежал там, где остальное золото, — протянул директор Приксвелл, — хотел, чтобы его не забыли при краже. Об этом, надо полагать, его попросил сам профессор Мориарти — чтобы рассчитаться с Салехом. Значит, сэр Райли не только знал о преступлении, но фактически был его соучастником!

Верно. — Шерлок выпустил в потолок маленькое, плавно покачивающееся колечко дыма. — Сомнений нет: сэр Райли, по сути, является преступником. У него имелся свой интерес в деле — хотел получить за украденные сокровища солидную страховую сумму. Это решило бы многие его проблемы, прежде всего — денежные. Я навел кое-какие справки и вот что выяснил: у Райли — очень сложное и запутанное финансовое положение. Все его предыдущие экспедиции закончились провалом, он почти ничего не нашел, а деньги потратил довольно солидные — по сути, все наследство, полученное от отца. Чтобы организовать новые раскопки в Луксоре, ему пришлось взять большой кредит в