Крах клиники Медиус - Владимир Козяев

–Я располагаю временем, мсье Кампана, и готов выслушать. Надеюсь, ваши коллеги тоже никуда не торопятся.

–Разве что на тот свет, но это успеется, – буркнул Янг.

–У моих родителей было двое детей: я и старший брат Поль. Вышло так, что он познакомился с девушкой, косоваркой, в скаутском лагере во Франции. Это было несколько лет назад. В-общем, закрутился у них amour, брат совсем потерял голову. Они разъехались и потом долго переписывались, после чего Поль получил приглашение от ее семьи и поехал в Косово, которое было административной единицей Сербии. Это случилось три года назад. Брат собирался жениться на этой девушке, и она была не против, да только началась эта всеобщая балканская заваруха. Вы знаете: сначала Хорватия и Босния, потом Косово и Сербия. Ну, и все пошло кувырком. Родители девушки были арестованы почти сразу, а ее забрали в военную комендатуру через несколько дней.

Соседи шептались, что вся их семья сочувствовала сербам.

Мне было все известно, потому что до этого момента брат довольно часто писал, а у нас всегда были доверительные отношения.

В последнем письме- можно сказать, записке, – Поль сообщил, что он должен вытащить из застенков свою невесту, или погибнуть сам.

Больше от него я ничего не получал.

Примерно через год со мной связался один человек, который сидел в тюрьме вместе с братом, и которому удалось сбежать из-под стражи и выбраться на Запад.

Это самая трагическая страница…

Голос у Маркуса задрожал, он замолчал. В камере воцарилось молчание, все ждали окончания истории.

Наконец молодой человек справился с волнением и продолжил:

–Поль рассказал ему следующее. Не достигнув успеха в попытке проникнуть в военную комендатуру и разузнать о судьбе девушки и ее родителей, он решился на безумный план: взорвать саму комендатуру.

План не удался, ведь брат всегда был сугубо мирным человеком и не разбирался в военной технике. Правда, при этом он был физически очень силен.

Когда-то он собирался стать ихтиологом, но любовь, ворвавшаяся в его жизнь, перечеркнула все планы.

Короче, взрывное устройство, которое Поль собрал сам и пытался взорвать внутри комендатуры, сработало у него в руках. Ему оторвало обе руки по локоть и страшно обезобразило лицо. Частично он потерял зрение.

Поль выжил, организм у него был могучий. После всего случившегося его использовали как донора внутренних органов- вырезали почку и часть печени. Даже после этого брат остался в живых, хотя и почти потерял возможность человеческой речи.

Эти изверги, называемые врачами, оперировали его без наркоза, и он от боли откусил себе часть языка.

В Приштине есть частная клиника- солидное коричневое двухэтажное здание с большими пуленепробиваемыми окнами. Ее хозяин- некто Лютори Дервиш, садист и палач в белом халате.

Брата резали там. Там же содержатся другие арестанты, судьба которых – стать поставщиками внутренних органов для богатеев.

В этой клинике Поль и встретил моего информатора, которому тоже удалили почку. Узнав о его плане побега, брат попросил – конечно, если удастся вырваться из этого ада, – найти меня и рассказать эту историю.

Потом Поля забрали из клиники и куда-то увезли. Думаю, его нет в живых…

……………………

Макс был потрясен, услышав подлинную историю арестанта 001, воспоминания о котором преследовали его до сих пор.

Теперь же тень этого благородного человека встала перед ним в полный рост немым укором за содеянное.

Эмоции захлестнули сыщика, и он чуть было не выдал себя, забыв на какое-то время, что он «вице-консул».

–Осталось рассказать немного, – вздохнув, нарушил повисшую тишину Кампана. – Рассказ потряс меня, и я решил действовать. Никакого конкретного плана у меня не было, но мысль о мести мучителям моего брата застилала мне разум.

Шло время, но я не мог решить, что делать в данной ситуации. Отец давно оставил нас, мать трудилась на двух работах, и мы с ней редко виделись. Она всегда была не от мира сего и отличалась крайней непрактичностью. Короче, не было смысла посвящать ее в мои планы.

Судьбе было угодно, чтобы я случайно познакомился с хорошей девушкой, которая, как впоследствии выяснилось, работала медсестрой в частной больнице в Реймсе. Это небольшой город недалеко от Парижа. Когда, по прошествии некоторого времени, я услышал от нее, что в этой больнице пациентам пересаживают донорские органы, доставленные откуда-то из балканских стран, решение мгновенно пришло мне в голову.

Разумеется, соваться в эту клинику Роберта Дюбуа смысла не было никакого, но вот поехать на войну и свести счеты с убийцами брата стало для меня делом чести.

–Позвольте поинтересоваться: и каким же образом вы собирались это сделать? Врачи и военная администрация участия в боевых действиях не принимают.

–Могу за него ответить, – неожиданно проговорил до этого момента молчавший Пит Браун, – Кажется, теперь я понял замысел коллеги. Поправь меня, Маркус, если ошибусь.

Дело в том, господин вице-консул, что мы попали в плен не в результате боевых действий. Наша группа шла с заданием совершения диверсий в тылу противника. Целью была Приштина, точнее, ряд объектов внутри города. Мы попали в засаду, один из членов нашей группы был убит, но я успел сжечь карту, где были указаны эти объекты.

Среди них была и клиника Медиус. Вот почему этот парень так рвался участвовать в рейде, хотя нашего боевого опыта у него не было.

Я прав, Маркус?

Француз согласно кивнул и опустил голову.

……………………………

Встреча продлилась еще с полчаса.

Пипсен задал арестованным заученные вопросы, получив на них сомнительной правдивости ответы.

В заключение он взял у всех четверых письма родственникам, которые обещал переслать адресатам.

–И все же, мистер Мосс, где я мог вас видеть? – вместо прощания опять спросил детектива Пол Янг.

–Я не тот, на кого похож. Но вам меня больше увидеть не удастся.

И детектив, постучав в дверь, шагнул из камеры в коридор.

Более отвратительного настроения у него никогда еще не было.

Впервые за много лет он желал выкурить сигарету, а еще больше хотел напиться.

Глава 19.

В Приштину возвращались уже на бронированном Мерседесе с тонированными окнами.

Пассажирский салон был отделен от места водителя звуконепроницаемым стеклом.

На заднем сиденье притулился нахохлившийся Пипсен, рядом с ним уселся полковник Сым.

Детектив демонстративно отвернулся и смотрел в окно. Он уже переоделся в камуфляж и ничто в его внешности не напоминало о недавнем величии.

–Вы отлично справились с ролью вице-консула, – произнес полковник, – Мы получили от этих людей документальное признание их намерений совершить террористические акты в Приштине. Теперь их судьба предрешена, таковы суровые законы