Полковники из МУРа - Алексей Макеев

– Ничего не понимаю, – честно сказал Гуров. – А вы кто же такой?

– Я здесь за сторожа, – уклончиво ответил парень. – Позвольте, я запру дверь!

– Подождите! – взмолился Гуров. – Но у меня же план! Не могут же так вот просто выпасть из отчета несколько десятков человек! Вы должны мне помочь!

– Это уж вы там у себя разбирайтесь! – снисходительно сказал парень. – Я тут ни при чем.

– Скажите хотя бы, в какие районы выбыли прежние жильцы, – попросил Гуров. – И как давно это случилось.

– Да мне-то откуда знать? – скривился парень. – Мое дело десятое. Говорю же, за сторожа я.

– Вы из строительной организации? – предположил Гуров.

– Да какая разница! – пожал плечами молодой человек. – В общем, вы идите – у меня там чай стынет. Нет тут никого, и в ближайшее время вряд ли появится! – он засмеялся, посчитав, видимо, что удачно пошутил.

Гуров все-таки предпринял еще одну попытку выудить хотя бы крохи информации. Изображая полную растерянность и неуклюжесть, он торопливо раскрыл папку, роняя на землю листы бумаги и бланки с печатями, достал ручку и, устроив на колене что-то вроде планшета, жалобными глазами посмотрел на сторожа.

– Скажите хотя бы, в чьем ведении сейчас находится этот дом! – с отчаянием сказал он. – Это муниципальная собственность или дом перешел в частные руки? Ужасная путаница с этим новым жилищным законодательством! Исчезают целые дома, квартиры превращаются в магазины, люди выбывают неизвестно куда!.. А с меня спрашивают за каждую фамилию!

Молодой человек досадливо покачал головой, презрительно сплюнул и нехотя сказал:

– Ну да, частная собственность это! Довольны теперь? Что это вам дает? Кто владелец, я все равно не скажу – у меня инструкции. Короче, разбирайтесь у себя там – больше я с вами разговаривать не буду. И так столько времени потерял…

Гуров решил, что настаивать дальше будет уже небезопасно, и развел руками.

– Ну что ж, – сказал он со вздохом. – И на том спасибо! Извините, что отнял у вас время, – сами понимаете, начальство требует!..

Он наклонился и принялся подбирать рассыпавшиеся бланки. Сторож посмотрел на него сверху вниз, ничего не сказал и с треском захлопнул дверь. Лязгнул засов.

Гуров сердито запихал бумажки в папку, сложил ее и несколько секунд постоял, прислушиваясь. Дом по-прежнему был погружен в безмолвие. Гуров оценивающе оглядел строительные леса, окна на верхних этажах и, найдя прореху в сетке, пошел прочь.

К вечеру позвонила Екатерина Ивановна Григорьева и сообщила, что выезжает автобусом в Москву и утром уже будет на месте. Она говорила сдержанно, без эмоций, и лишь голос ее звучал безмерно устало. Гуров пожелал ей счастливого пути и, закончив разговор, строго посмотрел на Крячко.

– Завтра Григорьева будет здесь, – сказал он. – Встреча ее со следователем неизбежна. Если Саленко узнает про телефон, наверняка вызовет владельца на допрос. Придет тишайший Борис Иванович Иванов, наврет с три короба, скажет, что произошла ошибка, что у него никогда не было телефона и что он в жизни не слышал фамилии Григорьев, и на этом все кончится, ввиду отсутствия состава преступления. Заниматься этим номером будет предложено нам, но наши с тобой карты уже будут раскрыты. И назавтра этот номер телефона попросту вычеркнут из справочника или передадут какому-нибудь приюту для бездомных животных.

– Куда-то вы клоните, товарищ полковник! – многозначительно произнес Крячко. – Уж не предлагаете ли тряхнуть стариной?

– Почему бы не попробовать? – пожал плечами Гуров. – Я уверен – если мы официальным путем будем добиваться осмотра этого здания, то в конце концов получим аппетитную румяную дырку от бублика, и ничего больше. Собственно, сделай мы всего лишь официальный запрос в комитет по имуществу, дабы выяснить имя владельца, результат будет тот же. Четырехэтажные дома покупают влиятельные и предусмотрительные люди.

– Совершенно с вами согласен, – важно кивнул Крячко. – При этом они оформляют их на имя дальних, но очень недалеких родственников, с которых взятки гладки. Например, на Бориса Ивановича Иванова из какой-нибудь Вятки, который с трудом может связать два слова, потому что родился еще во времена нэпа… Твой прогноз, Лева, обоснован, я считаю. Если идти официальным путем, все так и получится. Если настоящие хозяева телефона не обнаглели вконец, конечно… И еще один вариант, – он смущенно кашлянул. – Я подумал, может, Григорьев что-то напутал? Вдруг он из пальца этот номерок высосал? С потолка взял?

– Не думаю, – мрачно сказал Гуров. – Он его в ночь своей смерти диктовал. Не то время, чтобы дурака валять. Я уверен, телефон подлинный, и пока он – наша единственная зацепка.

– Наверное, ты уже все продумал? – с усмешкой спросил Крячко. – А в твоих планах для меня место имеется? Или я опять в резерве?

– Хотелось бы мне оставить тебя в покое, да боюсь, в одиночку мне не справиться, – серьезно сказал Гуров. – Предлагаю принять участие.

– А если засвечусь? – хитро спросил Крячко.

– Если засветишься, – грозно сказал Гуров, – я тебе сам голову оторву!