Бумеранг с автопилотом - Дарья Донцова

Марина поджала губки.

– Ага, устроила! Всем растрепала, с кем ее муженек спит, список огласила. Результат? Климов шел на повышение, но после истерики бабы не дошел. В очереди на квартиру его из начала списка в конец переместили. На Новый год фига была мужику, а не премия. Кого гневливая дура наказала? Петю? Себя! И позор на семью еще навлекла. А Алла – другая. Даже мне никогда ни слова о выкрутасах Лени не скажет – могила. Но чуйка подсказывает, что жене все известно.

Глава пятнадцатая

– Дом небольшой, – сказала стройная брюнетка, – но зачем двум жильцам дворец?.. Вам кофе? Какой хотите? Капучино? У нас отличная машинка, прекрасно взбивает пену.

– Лучше чаю, – улыбнулась я.

– Покрепче? Насыпаю в бумажный пакетик ложку с верхом, бросаю его в чашку, заливаю кипятком. Леня говорит, что я, как урка[3] прежних лет, чифирем[4] балуюсь. А вы крепкий напиток уважаете? Или послабее?

Короткое время мы перебрасывались ничего не значащими фразами, потом замолчали. Алла первой нарушила тишину:

– Вы замужем?

Я кивнула.

– Как отреагируете, если точно удостоверитесь, что супруг вам изменяет? Только честно.

Я решила не лгать:

– Сделаю вид, что ничего не знаю.

– Почему? – прищурилась Комарова.

– В противном случае придется принимать решение, – откровенно призналась я. – Наш брак тогда с большой вероятностью даст трещину или совсем рухнет. Люблю супруга, не хочу его терять, поэтому готова на многое закрыть глаза. И уверена, что роман с любовницей – ненадолго, муж ко мне вернется. Продолжим жить вместе. Он понятия не будет иметь, что я в курсе его зигзага, а мне следует вести себя как обычно. Я мужа всегда прощу. Хотя, конечно, обидно будет очень.

Алла рассмеялась.

– Дай лапу, друг! Озвучили мои мысли! Но это теоретические размышления. На практике все сложнее.

– Почему-то уверена, что Иван так со мной не поступит, – улыбнулась я. – Мы не первый год женаты, и никаких попыток мужа свернуть на боковую дорогу не наблюдается.

– Я тоже так думала, – протянула хозяйка, – а потом появилась эта Чикунова. Не знаю, откуда она взялась. Простите, неохота все вспоминать, изложу сжато суть. Леня стал часто задерживаться в отделении, количество выходных у него сократилось. На меня времени у него почти нет. Сначала я не заволновалась. Нашему браку много лет, мы прошли через разные испытания, похоронили всех родителей. Жили в бедности, в бараке, в крохотной комнатенке, затем в коммуналке, и за неделю до зарплаты денег совсем не было. Теперь свой дом у нас. Муж начальником стал, его наверху ценят, хвалят. Я по образованию швея, у меня свое ателье, клиентов много. Не бедствуем, оба хорошо зарабатываем. Правда, я в семью больше денег приношу – бизнесом рулю, пусть малым, но успешным. Леонид – на окладе, взяток никогда не брал и не возьмет. Никогда сомнений в верности мужа не было. И вдруг…

Рассказчица подперла щеку кулаком.

– Открываю один раз почтовый ящик, а в нем записка: «Леонид спит с Елизаветой Чикуновой. Приезжай». Далее адрес, куда явиться надо, и время указано, когда парочку на месте, так сказать, любви застукаю. Не успела переварить информацию, как Леня звонит: «Задержусь. Домой поздно прикачу, ложись спать, не жди меня».

Алла откинулась на спинку стула.

– Вот как не заорала тогда: «Знаю про твою бабу!»? Сумела язык прикусить, ответила: «Хорошо. Если сон нападет, то лягу». Леня вернулся около двух часов ночи. Я спросила: «Как дела?» Он рукой махнул: «Завтра расскажу, на ночь неохота о неприятном говорить. А чего не спишь?» Ответила честно: «Тебя ждала. Есть хочешь?» Он кивнул: «Целый день не жравши». Я с ним супа похлебала – Леня не любит один трапезничать. Потом мы пошли в спальню, и случилось у нас то, чем муж с женой наедине занимаются. Сразу стало понятно, что информация про любовницу – ложь.

Алла взяла чашку с кофе, я молчала. Хозяйка продолжила:

– Вы не спросили, откуда у меня такая уверенность. Не принято никому об интимных отношениях рассказывать, но в данном случае придется. В сексуальном плане Леня не очень активен. В молодые годы, когда мы только поженились, у нас раз в неделю получалось. Потом реже стало. Он добрый, ласковый, нежный, но кое в чем не особо… ну… понимаете, наверное.

Я молча кивнула.

– А мне и не надо больше, я тоже более чем спокойная по линии секса. Совпали мы. Для кого другого такая жена, как я, – беда. И Леонид страстной женщине не подходит. А мы идеальная пара. Если бы муж завел другую, он бы после нее со мной ничего сделать не смог. Чисто физиологически. И я ему рассказала про записку, показала ее. Леня сначала обозлился, воскликнул: «Что за чушь?!» Потом в себя пришел: «Извини, сейчас тебе настроение испорчу. Не хотел рассказывать, да придется. Странные дела творятся. Позвонила мне домработница Кузовых. Еле-еле разобрал сквозь плач, что баба говорит: „Леонид Николаевич, скорее приезжайте! Игорь Петрович избил Ольгу Сергеевну! Только никому не говорите!“».

Алла закрыла глаза ладонью.

– Это наши хорошие друзья, еще с юности. Если что ему не по нраву, Игорь вспыхивает, как спичка. Он, когда учился в институте, мог ни за что наорать на Олю. Мне всегда хотелось ему наподдать. Ольгушка же спокойная, вопль мужчины над головой пропускает. А еще визжать Гарик всегда начинал, когда уставал, потом, с возрастом, истерики участились из-за нервного напряжения от каких-то неудач. Он художник, поводов для крика хватает. То его картину на выставку не возьмут, то в интернете обзовут маляром, то он в весе прибавил, потому что большой любитель пожрать, то Оля на него не так посмотрела. Все вокруг виноваты, один Гарик – с белыми крыльями. Но до сих пор он только переходил в режим воя и матерился заковыристо. А тут побои!

Хозяйка допила чай.

– Леня вмиг помчался к Кузовым. Объяснил свое прибытие так: «Если Оле нанесли травму, то можно вызвать „Скорую“. Врачи сразу поймут, что в данном случае кто-то кулаками поработал. Тогда доктора обязаны сообщить в полицию. А я туда приеду – улажу все». Мне он ничего сообщать не стал, знал, что я одного его не отпущу, тоже помчусь к друзьям.

Алла покачала головой.

– И что? Прикатил супруг в поселок, позвонил в калитку.