Признания грешницы - Анна Данилова

– Гера, дорогая, так нельзя! Существует великое множество способов, как лишить человека жизни. И единственный, более-менее безопасный – это инсценировка несчастного случая!

– На это потребуется время, а его у меня как раз и нет! Я должна как можно быстрее избавиться от него, пока он ничего не рассказал обо мне Леве. Если Лева узнает, что случилось со мной после выпускного бала и где я провела почти три дня, не знаю, сможет ли он после этого остаться со мной.

– А ты что, преступница? Что ты такого сделала, чтобы стыдиться? Вы с Наташей просто заблудились в лесу…

– Да, но выпили шампанского… много… Купались в Волге, нам было так хорошо, так весело… Мы и не заметили, как все наши куда-то исчезли, а к берегу подошла лодка… Ты же знаешь, здесь повсюду рыбаки… Кто мог подумать?.. Эмма, ты же понимаешь, если бы они не взяли нашу одежду, мы бы с Наташей убежали. А так – куда? Мы же были почти голые! Мокрые. Мы замерзли… А они… Они предложили нам переночевать в санатории… Все, Эмма, не могу больше об этом говорить!!!

– Гера, дорогая, ты, наверное, устала и хочешь есть. Постарайся абстрагироваться и ни о чем не думать. Поспи, приди в себя, успокойся. Тогда и решим, что делать!

Эмма встала, поцеловала Геру в макушку.

– Сейчас спущусь в погреб, принесу твоих любимых соленых песочников. У меня их – море! Сейчас картошки нажарим, с грибками, а?

– Эмма, что я наделала? Даже представить не могу, что думает обо мне Лева. А Дина Робертовна?! Они, наверное, в шоке от моего поступка. Моя свекровь наверняка видела, как я сажусь в машину и уезжаю. Получается, что я как будто бы подбросила ей детей и сбежала. Куда? С кем? Подумает еще, что у меня кто-то появился? Любовник?!

– Я так тебе скажу, – отозвалась Эмма из кухни, – если они тебя знают, то ничего плохого не подумают. Наоборот, будут волноваться, решат, что с тобой что-нибудь случилось, что ты попала в беду, понимаешь? Но в этом случае, конечно, Лева будет переживать больше всех. Ведь вы с ним все это время были как одно целое. Он не поймет, почему ты, попав в беду, не рассказала ему об этом, не поделилась, как с самым близким человеком. Даже если предположить, что ты исполнила задуманное, то есть лишила жизни Рыбина, что потом? Вот возвратишься ты домой к Леве и что скажешь ему? Где была? Что делала? Почему поступила так?

– Эмма, я не знаю, что скажу ему. Я вообще ничего уже не знаю…

– Гера! – Эмма возникла в дверях кухни с картофелиной в руке. – Дай-ка я еще раз посмотрю на тебя… Я редко ошибаюсь в таких делах… Ты, случайно, не беременна?

– Да. Это так.

– Тогда все просто объясняется. И все страхи, связанные с так называемым твоим разоблачением, тоже понятны.

– Считаешь, что в том, что я сделала, виновата только беременность? И что же теперь делать? Вернуться к Леве и все ему рассказать?

– Главное – не спешить и все хорошенько обдумать. Если бы ты мне хотя бы позвонила перед тем, как решиться на эту поездку, то мы бы с тобой подумали вместе…

– Я нарочно не звонила, – нервно перебила ее Гера. – Чувствовала, что ты будешь меня отговаривать.

– Гера, дорогая, но убить человека – не так-то просто. К тому же как ты будешь жить с этим всю оставшуюся жизнь? Может быть, лучше было бы действительно все рассказать Леве? Ты, беременная, рискнула все бросить и приехать сюда, чтобы разжиться оружием, впутала в эту историю мирно живущую в Испании Наташу…

– Хорошо, я не стану ее впутывать! – воскликнула Гера, сжимая кулачки. – Поеду в город одна. Вот научусь стрелять и поеду. Хотя, чтобы выстрелить в упор, не обязательно тренироваться. Но я убью эту гадину, убью!

И она снова зарыдала. Эмма обняла ее за плечи, прижала к себе.

– Извини меня… Тебе нельзя волноваться. Подожди минутку, я приготовлю тебе травяной чай. Не хватало еще, чтобы ты из-за этого негодяя потеряла ребенка!

В дверь постучали. Обе женщины вздрогнули.

– Это Наташа, – сказала, глотая слезы, Гера. – Это она, я точно знаю.