Печать фараона - Наталья Солнцева

- Какой пес? - ухватился за ниточку Смирнов.

- Шавка рыженькая, кудлатая, Люськой зовут. Я бабке сколько раз говорила, нельзя собаке человеческое имя давать! Неприлично это. А она выйдет, спустит шавку с поводка, а потом кричит на весь двор: «Люська! Люська!» Видать, кто-то обиделся, прибил собачонку или отвез куда.

- Помнишь, у метро рыженькая собачка бегала? - обратился сыщик к Еве. - С ошейником?

Та подняла брови от удивления, но послушно кивнула, подтверждая.

- Точно! Может, это Люська?

- Тьфу ты! Тьфу! - в сердцах сплюнула дворничиха. - Вот ведь назвали шавку! Она паршивенькая - лапы кривые, уши обвислые, хвост как у крысы. Смотреть противно. Бабку только жалко, убивается.

- Давай зайдем к хозяйке собаки, - предложила Ева. - Скажем, что мы ее Люську видели.

Смирнов улыбнулся - молодец, мол, догадалась, к чему он ведет.

- Идите, - махнула рукой дворничиха. - Второй подъезд, синяя дверь. Бабка постаралась, обновила. Ей, видите ли, так нравится.

Бабкину квартиру они нашли без труда - ярко-синий цвет сразу бросился в глаза, как только вошли в парадное.

- Зачем ты придумал про собачку? - шепотом спросила Ева.

- А как иначе расположить к себе сердобольную старушку? И дворничиха не сказала бы адреса. Увидишь, бабка нас примет с небывалым радушием и выболтает все, что знает.

- Или не знает, - скептически поджала губы Ева.

На звонок открыла маленькая кругленькая старушка с румяными щеками. Услышав о Люське, она засуетилась, пригласила Всеслава и Еву в комнату, тесную от старой мебели, плюшевых портьер и всевозможных безделушек. Гости едва поместились за круглым столом, уставленным вазами и подсвечниками.

- Я электричество экономлю, - объяснила пожилая дама. - Пенсия маленькая, а дети не помогают. Да бог с ними! Хоть бы сами прокормились. Так где вы видели мою Люську?

Слово за слово, выяснилось, что рыженькая собачка, которая «бегала у метро», совершенно не похожа на пропавшую Люську. Но старушка уже прониклась благодарностью к Смирнову и Еве - не поленились, пришли, уважили пожилого человека. Сие нынче редкость.

Она охотно рассказала о «Хозяйстве Зеленая Роща» все, что ей было известно.

- Сидела там женщина, хорошая, вежливая, записывала на работу желающих. Не всех, а кто прошел собеседование. Многие уходили ни с чем. Потом, когда набрали нужное количество людей, контору, или… как это теперь называется… офис, закрыли. Я своей племяннице посоветовала обратиться в это хозяйство, но ей отказали.

Ева изобразила такое огорчение, что пожилая дама растрогалась, принялась ее успокаивать.

- Вы весной приходите! Они опять будут сотрудников набирать.

- Откуда вы знаете?

- Так моей племяннице сказали. Да и вывеска осталась!

Сыщик задал старушке вопрос о происшествиях и несчастных случаях. Она развела руками, повторила сказанное дворничихой. Напоследок он показал ей фотографию Марины. Бабулька долго щурилась, сетовала на разбитые очки, извинялась.

- Даже если видела, не признаю, сынок! Я черты лица не различаю без очков-то, сдачу в магазине сосчитать не могу. А на новые пока денег нету.

Уходя, Ева достала из кошелька пару купюр, протянула старушке.

- Возьмите, сделайте себе очки.

Та застеснялась, но деньги взяла со слезами на глазах.

На улице Ева глубоко вдохнула морозный воздух, на выдохе из ее губ вырвалось облачко пара.

- Вот что мы имеем, - уныло произнесла она. - Зря потерянное время.

- Можно еще съездить в Зеленую Рощу, - предложил сыщик. - Поговорить с той женщиной, которая занималась набором сотрудников в хозяйство.

- Нет, с меня хватит! Ну, допустим, приходила к ней Комлева, и что? Или не приходила. Какая нам польза от этого факта?

* * *

Книжный магазин «Азор» оказался небольшим, но со вкусом отделанным - черные деревянные балки, стеклянные, оправленные в металл светильники, узкие фрески на стенах, изображающие египетских писцов, греческих философов и средневековых астрологов. Торговый зал был разделен на три зоны: в одной продавалась художественная и эзотерическая литература, в другой - антикварные книги, в третьей, самой маленькой, - карты для гадания, свечи, статуэтки из поделочного камня, благовония, песочные часы и сувениры в восточном стиле.

Хромов робко ходил вдоль витрин и прилавков, разглядывая диковинные вещицы. В магазине толпились покупатели, торговля шла бойко. В залах стоял насыщенный аромат сандала и можжевельника, индийских палочек, жасминового масла, от которого у него начала побаливать голова. Возможно, запахи были тут ни при чем, просто он растерялся от увиденного.

«А чего ты ожидал? - спрашивал себя Валерий. - Что бумаги, переданные адвокатом Шелестовым, окажутся фальшивыми, как и указанная в них недвижимость?»

Он делал уже третий круг по магазину, от волнения покрываясь испариной.

- Мистика какая-то…

Решившись, Хромов подошел к прилавку с антикварными изданиями, где стояли только два покупателя, и обратился к миловидной продавщице:

- Мне нужен директор. Где его найти?

Девушка смерила Хромова оценивающим взглядом. Внешний вид мужчины, интересующегося директором, не вызвал у нее доверия. Дешевая куртка, мятые брюки, серая кроличья шапка на голове - приличные люди одеваются по-другому. Однако нагрубить покупателю продавщица не посмела.

- Вера Петровна у себя в кабинете. А зачем она вам?

- Поговорить хочу.

- Я могу вам помочь? - принужденно улыбнулась девушка.

- Вы? Нет, не можете.

Валерий провел тыльной стороной ладони по лбу, вздохнул - он ужасно переживал. Как ему разговаривать с директором такого респектабельного магазина? Кем представиться?

- Идите во-о-он туда, - показала продавщица на проход за прилавком с многотомными изданиями большого формата. Их корешки тускло поблескивали золотым тиснением.

На ватных ногах Хромов добрел до двери с надписью «Директор» и постучал. Он чувствовал себя путешественником в неизведанный мир, где на каждом шагу подстерегают опасности.

- Войдите!

У Валерия вспотели ладони. Потянув за ручку, он, ничего не видя перед собой, шагнул вперед. За письменным столом сидела дородная дама с высокой прической, в светлой блузке с жабо, делающим ее и без того пышную грудь необъятной.

- Что случилось? - спросила она. Как будто приход Хромова очень удивил ее.

Он смущенно топтался, сопел и молчал.

- Вы ко мне? - начала раздражаться дама. - По какому вопросу?

«Сейчас она меня выгонит! - промелькнуло в уме Валерия. - И я ничего не узнаю».