Убийство на стороне - Дей Кин

Город назывался Эль-Пасо. Судя по карте, которую он видел у заправщика машин, они находились недалеко от Лоредо.

Под именем Джима Бурдика Хенсон купил в Сан-Антонио у продавца старых машин «форд» 1952 года.

Этот отель представлял собой довольно старое деревянное строение. Его холл выглядел почти современно, но номер, который им отвели, был совсем не таким. Чтобы попасть в него, им пришлось подняться на два этажа и затем пройти по длинному коридору. Вся мебель в номере состояла из старой железной кровати, выкрашенной белой краской, замызганного туалета, стула и нескольких «плечиков» для платья и пальто. Но номер был чистый, а в дальнейшем им, вероятно, придется жить и не в таких условиях. Во всяком случае, они уже проделали немалый путь от Чикаго.

Хенсон снял пиджак, ботинки и принялся наблюдать, как раздевается Ванда.

– Как ты себя чувствуешь, милая?

Она сняла через голову платье и расстегнула лифчик.

– Устала, но совершенно в порядке. Сколько мы сегодня проехали?

– Немного. С этим возвращением и остановкой в Дилли, чтобы починить радиатор, с этим горе-механиком мексиканцем мы сделали не более трехсот миль.

Ванда бросила лифчик на спинку стула.

– Уф! Какое облегчение! А сколько осталось до Лоредо?

Хенсон взглянул на карту.

– Расстояние здесь не обозначено, но, судя по всему, я сказал бы – между двумя и тремя сотнями миль.

Ванда продолжала стриптиз. Она сняла нижнюю юбку и свои маленькие трусики.

– Ты обязан это знать, потому что ты инженер.

– Да, мне хотелось бы им быть.

Ванда наклонилась вперед, чтобы лучше разглядеть корни своих волос в старом зеркале.

– Черт! Мне опять надо краситься. Корни волос посветлели.

Хенсон бросил карту на пол.

– Как же я буду счастлив, когда это кончится!

– Почему?

– Ты мне нравишься такой, какая ты есть на самом деле, натуральная.

Ванда повернула голову и спросила:

– Ты хочешь сказать, что тогда я нравилась тебе больше?

– Я хотел сказать, что люблю тебя такой, какая ты есть.

Ванда вытащила из саквояжа бутылочку с краской и, перед тем как направиться в ванную, присела на край кровати.

– Приятно слышать. А ты чувствуешь, как я тебя люблю?

Хенсон погладил шелковистую кожу девушки.

– Могу тебя заверить, что это взаимно.

– Я тебе еще не надоела?

– А разве у меня такой вид, а?

– Нет, – призналась Ванда, растягиваясь на кровати и не выпуская из рук краску. – Я никогда не думала, что можно быть до такой степени счастливой. Обними меня, Ларри! Один разик, прошу тебя!

– Ты же знаешь, что тогда произойдет.

– А это плохо?

– Нет.

Хенсон повернулся на бок и сжал ее в своих объятиях. Все это казалось ему совершенно естественным, так и должно происходить между мужчиной и женщиной. Ванда любила любовь, для нее это была не обязанность и не прихоть. Для нее это было так просто, как дышать или пить воду. И он до сих пор не обманул ее ожиданий. Она придвинулась к нему еще ближе.

– Как ты думаешь, нам будет трудно пересечь границу?

Хенсон поцеловал ее в кончик носа.

– Никаких трудностей, если верить механику гаража в Сан-Антонио. Вот потому я и подписался «А.А.А.», автомобильная американская ассоциация. Если я правильно помню, ее контора находится на Сан-Вернардо-авеню. Мне придется только сказать им, что мне нужна туристская карточка на имя мистера и миссис Бурдик для поездки в Мексику. К тому же эти карточки действительны в течение шести месяцев, а не тридцати дней, как нам сообщили в Чикаго. А за шесть месяцев никакой черт не помешает нам уехать на край света.

– А язык?

– Я говорю по-испански как на родном языке, я изучал его в колледже и с тех пор не переставал практиковаться на нем, пользуясь каждым случаем, каждой оказией. Например, я разговаривал по-испански с нашими инженерами, возвращающимися из Латинской Америки. Кто знает, может быть, я предчувствовал наш медовый месяц.

– А теперь внимание! Мои губы находятся возле твоих!

Хенсон поцеловал Ванду в висок и принялся искать документы Джима Бурдика в кармане пиджака, висевшего на спинке стула. Она прижалась к нему еще плотнее. Хенсон посмотрел бумаги. Они были в полном порядке – паспорт с темной фотографией и свидетельство о рождении.