Оберег от испанской страсти - Дарья Донцова

— Ваня уехал! Помчались в ресторан.

Я вскочила и ринулась в ванную.

— Не задерживайся, — нервничала Рина, — времени мало. Не пей кофе, не принимай душ.

— Сама небось помылась и поела, — возразила я.

— Так я встала час назад, — начала оправдываться свекровь, — не дрыхла.

— Я тоже могла выйти раньше, — отбивалась я, влезая в джинсы, — но Иван никак не уходил.

— Холодные закуски, горячие, основное блюдо, десерт, — сменила тему беседы Рина, — наверное, этого хватит.

— За глаза, — согласилась я.

— Пирожки еще не помешают, — предложила Рина.

— Или блинчики, — облизнулась я, натягивая куртку.

Продолжая беседовать о меню, мы поспешили на улицу, пробежались до перекрестка и остановились у двери с вывеской: «ИNКОГNИТО».

— Близко как, — обрадовалась я, — не надо ехать на машине, всей семьей можем выпить.

Ирина потянула за ручку, послышался звонок, дверь распахнулась. Мы вошли в ярко освещенное помещение.

— Добрый день, дамы, — произнес мужчина лет пятидесяти, одетый в темно-синий костюм, — рад вас приветствовать. Позавтракать хотите?

— Я звонила вчера управляющему, — перебила его Рина, — насчет банкета.

Метрдотель взял со стойки гардероба телефон и нажал на кнопку.

— Пришли по поводу юбилея.

— Я уже тут, — раздалось слева.

Я повернулась. Невысокий широкоплечий темноволосый парень бесшумно спускался по лестнице. Над его верхней губой топорщились пышные усы.

— Разрешите представить вам Альберта Кузьмича, он займется вашей проблемой, — церемонно произнес метрдотель.

Я с огромным трудом удержалась от смеха. Мало того что сотрудника ресторана зовут, как кота, живущего в нашем доме, так он еще и очень похож на него. Усы у парня точь-в-точь как у грозного воспитателя бессовестных безобразников Мози и Роки.

— Навряд ли вы захотите сидеть в общем зале, — предположил «кот», — у нас для банкетов предусмотрены отдельные помещения. Сколько человек планируется?

— Около шестидесяти, — хором сказали мы.

— Прекрасно, — восхитился Альберт, — как мне…

— Таня и Рина, — представила нас свекровь.

— Восхитительно! Для шести десятков гостей есть два зала. Греческий. Римский. Оба хороши. Прошу сюда.

Мы поднялись по лестнице, сопровождающий толкнул резные двери. Перед глазами раскинулся зал.

— Столы разместим, как вы пожелаете, — окинув зал гордым взглядом, предложил Альберт, — а вот сцена фиксирована, ее нельзя перенести. Мы продаем банкетный пакет: музыкальная программа, еда и развлечение.

— Приятное помещение, — кивнула Рина. — А другой зал каков?

Мы переместились в соседний.

— Они одинаковые, — удивилась я.

— Не совсем, — возразил менеджер. — Вы как человек интеллигентный, образованный, сразу, конечно, поняли: колонны тут не в греческом, а в римском стиле, драпировка на стульях относит нас во времена императора Октавиана Августа. Даты его правления… — «Кот» заулыбался еще слащавее: — Может, сами мне их напомните? Когда Октавиан Август сел на престол?

— Нам больше нравится греческий зал, — быстро нашлась Рина, — хотя здесь симпатичные шторы с картинками.

— О да! — замурлыкал Альберт. — Это авторская работа прекрасного художника по тканям Серафима Кулова. Специально для «ИNКОГNИТО». Иллюстрации к жизнеописанию Коммода, составленному им самим. Удивительные драпировки. Я тоже восхищен ими. Секунду, хочу вам кое-что показать.

Менеджер пошел к одному из окон.

— Кто такой Комод? — шепнула мне на ухо Рина.

— Мебель с ящиками, — тихо ответила я, — как у тебя в спальне.

— Комод никак не может автобиографию написать, — заспорила свекровь, — парень о каком-то человеке говорит.

— Среди моих знакомых таких нет, — хмыкнула я.

— Я думала, что на гардинах изображены сцены из мультика про Астерикса, — шептала Рина, — а оказалось, это уникальная работа художника.

— Конечно, вы уже вспомнили, что Коммод, фамилия с двумя «м», древнеримский император, представитель династии Антонинов, родился в 161 году, а умер в 192, — сообщил Альберт, возвращаясь. — А сейчас обратите внимание на батареи, я специально раздвинул шторы, обогреватели украшены вензелями из лавровых венков. Я бы вам посоветовал этот зал. Спору нет, греческий очень хорош, но он менее торжественный. И музыкальная программа здесь интереснее, и развлечения оригинальнее.

— Как насчет еды? — спросила я, не успевшая позавтракать.

— Давайте сядем, — предложил Альберт.

Мы устроились за столиком, в руках служащего волшебным образом возникла папка.

— Могу от всего сердца посоветовать для встречи гостей свекольное гаспаччо в гласе с террином из помеламо, сопровождается крутонами айла. На первую закуску: мулинэ с кикотто и фуджикамо. Сет салатов на стол. У нас изумительный вокопако! Лучший в Европе. Маничи для него возим из Испании.

Я ощутила себя блохастой дворняжкой, которая ест исключительно с помойки, и вдруг… собачку позвали в аристократический дом, где подают вокопако. Есть от чего растеряться.

— Обожаю мулинэ, — затараторила Рина, — готова есть его целыми днями. Но хотелось бы попробовать, как здесь готовят это блюдо. Мы у вас впервые.

— Разумное желание, — согласился Альберт, — предлагаю вам отзавтракать у нас. Как вы только что правильно заметили, посещаете «ИNКОГNИТО» впервые, но, зная, что станете постоянными клиентами, я сделаю вам десятипроцентную скидку на чек.

— Отлично, — обрадовалась я, у меня в животе от голода к этому времени началось взятие Бастилии, — несите.

— Что именно? — осведомился Альберт.

Мы с Риной переглянулись.

— Попробуем то, что вы нам для банкета предлагаете, — решила я, — несите вокопако, мулинэ и какой-нибудь салатик. Еще кофе.

— Напиток какой? — спросил «кот». — Капучино, латте, франне имене, колатти, маргорено, гване, по-африкански, индонезийски, мароккански, гречески, турецки. В песке, на камнях, на раскаленном бармисту, на…

— Капучино, — пропищала я.

— Европейский, азиатский, континентальный, деревенский…

— Как в Милане, — выдохнула Рина.

— Прекрасный выбор, — потер ладони Альберт, — признаюсь, сам порой люблю что попроще. Миланский какой? Как в траттории, на бензозаправке, в торговом центре, у бабушки, у мамы, у папы, или…

— Деревенский, — остановила я менеджера.

— Молоко миндальное, соевое, арахисовое, коровье, козье, овечье, из корней одуванчика, фасолевое, имбирное, лягушачье…