Оберег от испанской страсти - Дарья Донцова

В зал впорхнул официант с подносом.

Оставалось лишь гадать, коим образом «кот» смог передать ему наш заказ. За считаные секунды перед нами с Риной возникло штук пятнадцать вилок, ножей, ложек и каких-то странных приборов, смахивающих на помесь штопора с пилой для дров.

Лицо свекрови на секунду стало растерянным, и я поняла, что даже она, никогда не путающая ложку для мороженого с ложкой для варенья и оной же для меда, не знает, как пользоваться некоторыми приспособлениями. Затем на столе появились крохотные плошечки. В одной лежала горошина, в другой два тонюсеньких ломтика чего-то черного, в третьей несколько макаронин.

— Мы всегда сопровождаем трапезу музыкой, — торжественно заявил Альберт, — классической. Что желаете послушать? «Реквием» Моцарта? Или минорную органную токкату Баха?

— На ваш вкус, — пробормотала Рина. — А среди развлечений только… э… концерты?

— Во время десерта мы проводим конкурс эрудитов, — с готовностью ответил «кот», — вопросы простые, не хотим, чтобы люди чувствовали свою необразованность. Ну например: «Какой срок определен Уголовным кодексом за совершение грабежа в составе преступной группы?» Это все, конечно, знают. Разрешите осведомиться о ваших ощущениях от пищи?

— Замечательно, — промямлила я, так и не поняв, что секунду назад было у меня во рту.

Микроскопический размер порций не позволял включиться вкусовым рецепторам.

— Принесите счет, пожалуйста, — сдавленным голосом попросила Рина.

В зале снова материализовался официант, свекровь открыла поданную им кожаную папку.

— Простите, здесь, видимо, опечатка. Итого: двенадцать тысяч.

Я подумала, что за несколько граммов еды и сто двадцать целковых будет с избытком, но промолчала.

— Ну что вы, счет верен. Понимаю, за идеальное обслуживание и потрясающий вкус еды оплата показалась вам мизерной, но мы не грабим гостей, — промурлыкал Альберт Кузьмич, — вашу скидку я уже включил в счет. Поэтому заплатите совсем мелочь.

— А в какую сумму нам обойдется банкет человек на пятьдесят? — только сейчас догадалась поинтересоваться я.

Менеджер чуть наклонил голову.

— Аренда зала, развлекательная программа всегда фиксированы — полтора миллиона. Чек за еду зависит от вашего заказа. Мы советуем рассчитывать на двадцать тысяч на человека. Это без алкоголя.

Рина закашлялась.

— Дарим имениннику торт с фейерверком, — продолжал Альберт, — элитный десерт получите совершенно даром. Ни копейки не отдаете за него.

Я вынула кредитку.

— Спасибо. Мы подумаем.

Свекровь схватила свою сумочку и опрометью кинулась к лестнице. Я поспешила за ней.

— Они сошли с ума! — возмущалась Рина, когда мы шли к дому. — Двенадцать тысяч за одну лапшину, которую мы сжевали под похоронную музыку? И это его заявление про шкаф, который фиг знает когда жил!

Я рассмеялась.

— Вроде императора звали Коммод. С двумя «м». Меня более всего впечатлили занавески и вопрос про Уголовный кодекс.

Рина нахмурилась.

— В Москве можно найти ресторан с нормальными ценами, с простой, но вкусной едой, и с человеком, который для развлечения гостей покажет забавные фокусы?

— Наверное, — вздохнула я, — просто нам пока не везет.

— Сегодня я точно найду подходящий! — топнула ногой свекровь. — Обзвоню всех знакомых! Сяду на телефон! Танюша, адрес магазина, где продают рубашки-трансформеры, я сбросила тебе на ватсап.

— Спасибо, — обрадовалась я.

— К сожалению, лавка находится на краю Москвы, — пояснила Рита, — зато круглосуточная.

— В каждой ложке дегтя есть бочка меда, — улыбнулась я, села в машину и взяла зазвонивший мобильный.

— Выспалась? — спросил муж.

Вопрос меня удивил.

— Я давно встала.

— Да? Думал, ты хочешь подремать подольше, — сказал Иван.

Я вспомнила, что, не желая рассказывать ему о походе в ресторан, соврала, и издала нечленораздельное:

— М-м-м-м.

— Где ты находишься? — спросил Иван.

Пришлось опять лгать:

— В пробке застряла.

— Думаю, тебе надо съездить к Регине Львовне Ливровой, матери Анны, — посоветовал муж, — возможно, дочка рассказывала ей о своих делах.

— Ты прав, — согласилась я, — но дорога дальняя, несколько часов езды. Может, лучше податься туда завтра часиков в шесть? Тогда я за один день обернусь.

— Прописана мамаша в Васюкине, — стал объяснять ситуацию Иван, — Димон ей дозвонился. Мобильный ее не отвечал. К домашнему подошел мужчина, он сообщил: «Регина давно живет в деревне Окуловка, в шести километрах от Москвы. У нее детский пансион семейного типа. В Васюкине она формально зарегистрирована, свою избу продает». Тебе на дорогу немного времени надо. Улица Партизанская, один.

— Уже еду, — обрадовалась я, вбивая адрес в навигатор. — Ой, как здорово! Магазин руба…

Я прикусила язык.

— Какой магазин? — не понял муж.

— Надо зарулить за кормом для кабачков, — выкрутилась я, — по дороге будет зоолавка.

— Бульдожки давно растолстели, — заметил Иван. — Если и дальше кормить их, как сейчас, Мози и Роки превратятся в тыквы.

— Эти овощи круглые, а собаки овальные, — возразила я.

— А потом станут арбузами, — договорил муж.

— Скорей уж дынями-торпедами, — резюмировала я и вырулила на шоссе.

Пейзаж на Садовом кольце меня поразил, машины летели птицами, никаких заторов. Радуясь удаче, я нажала на педаль газа. В мрачной реальности московского автовладельца, который проводит сутки в пробках, часами ищет место для парковки, бывают светлые минуты.

Удивляясь собственному везению, я в рекордно короткий срок добралась до МКАДа, без задержки очутилась у съезда на подмосковное шоссе и увидела вывеску «Чудо-рубашка». Я хотела повернуть руль, но тихий внутренний голос остановил меня. Сначала разговор с Региной Львовной, потом личное дело, торговая точка открыта круглосуточно. Успею купить сорочку.