Змеиный гаджет - Дарья Донцова

Он дверь салона захлопнул.

– Мы сегодня собирались все вместе в заповедник отправиться на зубров полюбоваться. Лиза мечтала там побывать. Приехать надо к восьми утра, тогда животных увидишь. Позже они спят. Я встал в пять, а жены в кровати нет. Пошел машину заводить, подумал, что она дочь поднимает. Вожусь возле джипа, Инга с Лизой одетые выходят. Я обрадовался:

– Вот молодцы какие! Садитесь.

Жена молча прошла мимо, а девочка мне язык показала.

– Ты нам не нужен. Дурак! Поедем вдвоем на автобусе.

Лиза права, я и впрямь дурак, зачем ковер купил? Вот хочу его выбросить. Инга велела тебе передать: вещи ее не трогай, в гардеробную не ходи, отправляйся за покупками сию секунду. Вот список.

Сел за руль и умчался. Мне Костю жалко стало. С другой стороны, он же знал, на что идет, когда женился на богатой капризной бабе! Просто я обрадовалась, что хозяйки дома нет, и Лизку она увезла. От девчонки покоя не было. Инга очередную няню выперла, новую не нашла. Елизавета стала моей головной болью. Инга, правда, ее с собой на службу брала. Девчонка там делала что хотела. Хозяйка на работу в районе часа всегда отправлялась. До тринадцати часов девчонка меня успевала до нервного припадка довести. А тут счастье привалило: нет обеих.

Я в магазин смоталась, часа через два вернулась, кофейку сварила, сижу на кухне, телик включила, местные новости как раз начались.

Алевтина оперлась о стол.

– И узнаю жуть кромешную! Автобус-экспресс в шесть пятнадцать от остановки отошел. Немного проехал, и в него бензовоз влетел. Там и взрыв был, и пожар, и менты прикатили, и мужики с брандспойтами, и «Скорые». Да толку от последних? Диктор сообщил: живых не осталось.

Я подумала, хорошо, что на работу всегда пешком хожу. Вот так воспользуешься транспортом и сгоришь. Людей жалко до слез. Вдруг меня как стукнет по голове. У этого маршрута начало неподалеку от нас на шоссе, а конечная точка в заповеднике с зубрами! Инга с Лизой! Они, наверное, на этот автобус сели.

Алевтина откинулась на спинку стула.

– Чуть в обморок я не упала, руки трясутся, ноги дрожат. Плохо дальше помню. Константин домой приехал, еще какие-то люди примчались. Где Андрей находился, чем занимался, не знаю, не до него тогда было. Единственное, что в мозгу отложилось: я перед уходом домой в его спальню заглянула, сказала:

– Андрюша, у меня завтра выходной. Но если вдруг тебе понадоблюсь или Константину Петровичу плохо станет, сразу звони, я прибегу.

Парень рожу скорчил.

– Отчиму только хорошо будет, да и мне тоже. А ты тут завтра не нужна, гости придут.

Я растерялась.

– Гости? Поминки до похорон не устраивают.

Андрей оскалился.

– Не сомневался, что ты про мой день рождения забудешь. Я вечеринку устраиваю.

Невзорова прервала рассказ.

– Вот вы бы как поступили, услышав такое заявление сына покойной?

– Не знаю, – честно ответила я, – обычно я держу свое мнение при себе, но в данном случае могла бы его и высказать.

– Вот и я не сдержалась, – кивнула Алевтина, – укорила его: «У тебя мать и сестра погибли!»

Юноша встал.

– Уходи, обойдусь без скандалов поломойки. Завтра не появляйся.

Меня его тон возмутил.

– Я не поломойка, а ты здесь не хозяин.

Он подбородок вздернул.

– Ты нанята грязь таскать, а я сегодня владельцем всего стал. Я наследник!

Невзорова опять поправила бусы.

– О как! Ощутил себя враз богатым барином.