Покаяние «Иуды» - Ахмет Хатаев

— Выделки, иначе говоря, если будет представлять для нас интерес, — уточнил он, глядя на то, как у шпиона побагровели кончики ушей.

— Извините, у меня в последнее время проблемы со слухом, — выпалил Постоюков. — А насчет денег можете не беспокоиться, я заплачу за ваши труды.

— В таком случае вам нужно договориться с Юрой о последующих встречах, а я подключусь, когда вернусь.

Спустя пять минут, условившись с Юрой о встрече на послезавтра, Постоюков удалился. Эди и Юра поднялись в номер.

— Кто он? — спросил Юра, как только закрылась дверь за его спиной.

— Агент-нелегал, с которым тебе придется в дальнейшем общаться, — ответил Эди, глядя на то, как Юра уставился в него вопросительным взглядом. Затем, дав ему возможность собраться с мыслями, спокойно уточнил: — Да, агент-нелегал спецслужб противника и Николай введет тебя в курс предстоящей с ним работы.

— Меня?

— Тебя, но уже в качестве сотрудника белорусской контрразведки.

— Но как просто ты с ним говорил.

— Юра, я с ним говорил как корыстолюбивый ученый и спортсмен, который не против случайного заработка и который, естественно, ничего не знает о его и его приятелей шпионской деятельности. И тебе следует придерживаться этой же линии поведения, иначе он раскусит тебя как грецкий орех и рассмотрит под увеличительным стеклом твои чекистские внутренности.

— А смогу ли я так? — задумчиво спросил Юра.

— Сможешь, другого такого, как ты, нет. Рассуди сам. С Постоюковым ты только что познакомился и даже назначил ему встречу. Шушкеев, о котором он просил, знает о твоем посредничестве со следователем Бородиным при решении вопроса о снижении ему срока лишения свободы. Бизенко считает тебя своим ангелом-спасителем. Понимаешь, сам того не зная, ты оказался в центре борьбы между западными разведками и советской контрразведкой. Но, имей в виду, при встречах с Постоюковым, Шушкеевым или еще с кем-нибудь из им подобных, надо напрочь забывать, что ты контрразведчик. Ты есть приятель Эди, с которым вместе помогал им, чтобы заработать деньги для своей научной деятельности. Об остальном тебе расскажет Николай. Это понятно?

— Вроде по-нят-но, — протянул Юра, чем вызвал у Эди недоуменный взгляд. Уловив его, Юра тут же исправился: — Так точно, все понятно!

— Теперь вижу, что вроде понятно, — заметил Эди, сделав ударение на слове «вроде».

— Все равно надо будет хорошенько подучиться у зубров контрразведки, — твердым голосом произнес Юра, вопросительно глядя на Эди.

— И это правильно. Учиться необходимо всем и особенно, как ты говоришь, зубрам контрразведки, ведь они должны быть готовы адекватно отвечать не только на вопросы молодых чекистов, но и на любую угрозу со стороны спецслужб противника.

Поговорив еще некоторое время, они поехали на главпочтамт, откуда Эди позвонил Моисеенко и кратко рассказал ему о результатах прошедшего суда.

Выслушав не перебивая, тот спросил:

— Есть ли возможность узнать, где наши приятели будут отбывать сроки?

— Думаю, для Юры это не составит большого труда. Я о нем вам говорил.

— Помню. Пусть разузнает и сообщит вам. Только заранее отблагодарите его, чтобы не сомневался. Так будет вернее. А сами приезжайте, надо потолковать кое о чем… — Затем, не дожидаясь ответа, продолжил: — Кстати, как там Леночка? Надеюсь, ей удалось повстречаться с отцом?

— Удалось, и не раз, она довольна.

— Вот и хорошо. Позвоните, когда доберетесь, хочу с ней пообщаться, я же обещал ей помочь с участием в Софийской ярмарке. Так что жду.

Вслед за этим в трубке послышались короткие гудки.

«Надо же, категоричным стал. Командует, словно на плацу. А это не входит в наши планы. Надо будет заставить его поволноваться и проявить такт в общении с независимым ученым и спортсменом, что позволит выяснить, насколько он заинтересован в продолжении контакта», — решил Эди, вновь набирая тот же номер телефона.

И как только услышал знакомое «алло», бросил в трубку:

— Вы так быстро отключились, что я не успел сказать о своих планах ехать домой. Моя родня, наверно, волнуется, не имея от меня никаких вестей.

— То есть как домой, ведь мы же договорились? — растерянно промолвил Моисеенко.

— Ваш требовательный тон меня несколько смутил, что я решил…

— Нет, нет, вы не так меня поняли, — прервал его Моисеенко. — Я хотел лишь укоротить время нашего общения и тем самым сберечь ваши деньги. Тем более, подробно мы сможем поговорить при встрече.

— О-о, оказывается, вы о моем кошельке беспокоитесь, а я, грешным делом, подумал, что решили покомандовать. А это у меня вызывает резкое неприятие.

— Эди, приезжайте, и все ваши сомнения будут развеяны приличным гонораром.

— Понял. В таком случае на днях будем в Москве.

— Прекрасно, а родне позвоните или пошлите телеграмму.

— У них нет телефона, к тому же им необходимо меня воочию видеть, а не разглядывать послания.

— Тогда поедете из Москвы.

— Я что-нибудь придумаю, — сухо заметил Эди и повесил трубку, а про себя произнес: «Вот так, господин резидент, и будем общаться, и никак иначе, а то надумал командовать целым подполковником КГБ, как какой-нибудь своей шавкой», — заключил Эди, улыбаясь кому-то невидимому, и направился к выходу.

И уже на подходе к ожидающей его машине заметил, как спокойно сидевший до этого за рулем Юра, выскочил и крикнул:

— Смотри, сзади!

Обернувшись назад, Эди увидел набегавшего на него молодого человека, который со словами: «Падла, это тебе привет от Справедливого», — выбросил к его животу правую руку с финкой.

Молниеносно оценив ситуацию, Эди левым предплечьем жестко отбил руку нападавшего в сторону от себя и молниеносно ударил его ниже кадыка острием плотно сжатых между собой кончиков пальцев правой руки, отчего тот сразу упал на колени, схватившись за горло. Выпавшая из руки финка с тяжелым стуком ударилась об асфальт у ног хрипящего блатного.

Наблюдавшие эту сцену немногочисленные прохожие остановились в оцепенении. Им в редкость было видеть подобное безобразие в центре города, где блюстители закона неусыпно берегли общественный порядок, и потому кто-то из них начал возмущаться: «Здесь людей убивают, а куда смотрит милиция?» Другой — без всяких лишних слов просто крикнул: «Милиция, милиция».

Тем временем Эди быстро покинул место стычки и юркнул в машину Юры. И они поехали, наблюдая за тем, как в толпе замелькали милицейские фуражки.

— Спасибо, что предупредил, иначе этот огромный тесак он всадил бы мне в спину, — обронил Эди, продолжая обозревать толпу.

— Когда увидел, что он напрямую понесся к тебе, я понял, что не к добру все это, и потому заорал, — радостно промолвил Юра, бросив на Эди восхищенный взгляд. — Вот только не понял, чем ты его ударил и почему нож не забрал.