Дело полусонной жены - Эрл Стенли Гарднер

На яхте царило зловещее настроение. Возбужденные пассажирыне находили себе места. Они то разбредались по каютам, то вновь покидали их.

Команда продолжала свои бесплодные поиски, и сквозь густойтуман долетали глухие удары весел по воде.

Мейсон вместе с Деллой Стрит держались особняком, стоя наносу яхты. От холодного и сырого воздуха Делла продрогла.

– Какую цель вы преследуете, шеф? Почему мы не можем уйти вкакое-нибудь другое место, туда, где тепло и уютно?

– Хочу здесь дождаться прибытия полиции.

– Зачем?

– Во-первых, хочу знать, будут ли искать какие-нибудь уликиздесь, на носу яхты. И еще одно. Надеюсь своим одиночеством подтолкнутького-нибудь из пассажиров припасть к моей жилетке и пооткровенничать.

– Вы хотите, чтобы я осталась здесь, с вами?

– Нет, если ты озябла.

Делла начала делать разные гимнастические упражнения,пытаясь согреться.

– Сейчас разгоню свою застоявшуюся кровь. В конце концов,это понятно: нас подняли среди ночи, мы стоим здесь на холодной палубе в густомтумане. А в моей каюте, по-моему, поселилось привидение… Шеф, а каково сейчасположение с покупкой этого острова?

– Что ты имеешь в виду?

– Как вы думаете, Бентон купит эту землю?

– Думаю, что нет.

– Вы хотите сказать, что убийца Скотта Шелби ничего невыиграет от этого преступления?

– В данной конкретной операции выигрыша не будет. Бентонзнает теперь о существовании арендного договора. И хотя он не зарегистрирован,Бентон не сможет заявить, что ему ничего не известно о договоре. А если СкоттШелби умер, то всякая возможность компромисса тем самым исключается. Во всякомслучае, до тех пор, пока не будет назначен законный наследник, а это длительныйпроцесс. Вероятнее всего, Бентон откажется от этой покупки.

Делла слушала с таким вниманием, что незаметно для себяперестала заниматься гимнастикой.

– Продолжай, – смеясь, сказал Мейсон. – Что ты хотеласказать?

– Из этого следует, что убийцей не мог быть ни один из тех,кто… Вы опрокинули всю мою стройную версию. Я ведь предполагала… – И онаумолкла, задумавшись.

– Я сообщил тебе, какие последствия вытекают из этогоубийства согласно закону. Но это, возможно, не имеет отношения к мотивупреступления.

– Как же так?

– Убийца ведь может не так разбираться в законах, какадвокат, – усмехнулся Мейсон. – Убийца мог не проанализировать ситуацию. Он могпросто считать, что Шелби мешает ему заработать на этой сделке.

– Каким образом?

– Потом, – ответил Мейсон. – Делла, к нам кто-то подходит.

Во мглистой полутьме стали вырисовываться контурычеловеческой фигуры.

– Хелло! Я и не знал, что здесь кто-нибудь находится, –непринужденно приветствовал их Лаутон Келлер.

– Вы кого-нибудь ищете, мистер Келлер? – спросил Мейсон.

– Нет, решил сделать пробежку, чтобы согреться. Я намекнулБентону, что было бы неплохо угостить разбуженных среди ночи гостей горячимгрогом. Однако он заявил, что не желает, чтобы представители полиции унюхализапах спиртного. А я сейчас много бы дал за стаканчик горячего рома.

– Заманчивая идея, – согласился Мейсон.

Все несколько принужденно рассмеялись. Лаутон спросил:

– А выяснили, зачем Шелби среди ночи отправился на нос яхты?

– Видимо, нет, – ответил Мейсон. – Однако я ни с кем необщался, так как предпочитаю не обременять свои мозги пустыми и надуманнымиверсиями.

Лаутон Келлер продолжал:

– Следовало бы сожалеть о погибшем. Однако лично я считалего шантажистом и негодяем. И все же я не хотел бы заключать эту выгодную дляДжейн сделку такой ценой.

– А вы размышляли о том, что смерть Шелби ничуть не меняетположения с этой сделкой?

– Как же это?.. Я полагал… Откровенно говоря, я вовсе неподумал об этом.

– Лучше спросите у Бентона о том, какое решение принял он.Наверное, он-то успел все обдумать. Нет, пожалуй, не следует его спрашивать обэтом. Это может быть воспринято как давление на него.

– Вы полагаете, что смерть Шелби ничего не меняет?

– Наоборот, все осложняется, – ответил Мейсон.

Келлер помолчал несколько секунд. Рассеянным жестом вынул изкармана сигарету, зажег спичку и закурил. При слабом свете спички было видно,как дрожали его пальцы. Делла взглядом постаралась привлечь к этому вниманиеМейсона. Тот нахмурил брови, приказывая ей молчать.

Озадаченный словами Мейсона, Келлер повернулся, чтобы уйти.Затем передумал.

– Я хочу вам кое-что сказать. Не знаю, важно это или нет.

– Слушаю вас.

– Марджори Стенхоп ходила по палубе незадолго допроисшествия.

– Откуда вам это известно? – спросил Мейсон.

– Я видел ее.

– Где?

– На палубе. Окно моей каюты выходит на палубу. Я встал,закурил и выглянул в окошечко, размышляя о том, рассеется ли туман до утра икогда мы вернемся домой.

– А палуба была освещена?

– Нет. Но было достаточно светло, чтобы я мог увидетьгуляющую по палубе женщину и узнать в ней Марджори.

– Она шла по направлению к носу яхты или к корме?

– К корме.

– И при этом выглядела фланирующей или идущей к какой-тоцели?

– Казалось, она куда-то направлялась.

– Вы говорили об этом кому-нибудь?

– Нет, никому. Только вам. Вы полагаете, что следовалорассказать всем?

– Руководствуясь своей собственной совестью.

– А я не знаю, как мне поступить. Думаю, что полицейскиезасыпят нас ворохом вопросов.