Черные орхидеи - Рекс Стаут

Прошло около часа. Примерно в одиннадцать сорок пять, когда я сидел в конторе один, дверь из приемной отворилась, и появилась Энн в обществе Кремера. Она выглядела совершенно разбитой, да и Кремер не сиял. Я сделал вывод, что великой дружбы между ними не возникло.

– Где Апдерграф? – спросил Кремер.

– Наверху.

– Я хочу видеть Вульфа.

Я позвонил по внутреннему телефону, имел короткий разговор с Вульфом и передал инспектору:

– Он говорит, можете подняться. Там у него Хьюитт и Дилл.

– Я бы предпочел повидать его здесь.

Это раздражало меня, и я с нетерпением ждал, когда же начнется эксперимент Вульфа.

– Боже мой, – сказал я, – да вы просто рехнулись. Войдя, вы настаивали на том, чтобы подняться, да так, что едва не схватились со мной врукопашную. А теперь вам подавай другое. Если вы желаете, чтобы он спустился, поднимитесь и приведите его.

Он повернулся:

– Пойдемте, мисс Трейси, прошу вас.

Она колебалась. Потому я сказал ей:

– Фред Апдерграф наверху. Пойдемте все вместе.

Я показывал дорогу, они шли за мной. Я предпочел воспользоваться лифтом, так как иначе пришлось бы пройти в десяти футах от южной комнаты, а Роз могла воспользоваться моментом и захныкать.

Поднимаясь, я пытался представить себе, что происходит наверху. Мне рисовалась такая картина: один из цветоводов привязан к стулу, а остальные подносят горящие спички к его босым пяткам. Однако мы не застали ничего подобного. Миновав четыре помещения и двенадцать тысяч орхидей, мы вошли в пересадочную. Там Теодор мыл ершиком горшки.

– Доброе утро, мистер Кремер, – раздался голос Вульфа.

Теодор так орудовал ершиком, что вокруг летели брызги. Мы прошли в дезинфекционную.

Тут на низких обтрепанных скамьях сидели Фред и Дилл, а Вульф с каким-то прутом в руке показывал Хьюитту вмонтированное в стену устройство. Он напоминал юного пастушка и говорил с детским пылом:

– …Мы можем установить их здесь, закрыть дверь и привести систему в действие посредством клапана в пересадочной, которую я вам показывал, а сами заняться своими делами. Дважды в год мы обрабатываем всю оранжерею и всегда используем этот газ. Это много лучше всех старых способов. Вы должны попробовать.

Хьюитт кивнул:

– Пожалуй, я так и сделаю. Я было собирался, но мне сказали, что он очень опасен.

Вульф пожал плечами:

– Чем бы вы ни пользовались, все опасно. Нельзя уничтожить вредителей безопасными средствами. А о цене и говорить не стоит, даже если установить вмонтированную систему, что я настоятельно вам советую.

– Прошу извинить меня, – начал саркастически Кремер.

Вульф обернулся:

– Да, вы ведь хотели говорить со мной. – Он присел на упаковочный ящик, лишь частично уместившись на нем, и жеманно улыбнулся инспектору – так, как способен жеманиться только слон. – Итак, сэр?

Кремер покачал головой.

– Мне нужны вы, Гудвин и мисс Трейси. Мне и окружному прокурору. Мы едем к нему.

– Не думаю, чтобы именно это вы имели в виду, мистер Кремер.

– Какого черта, отчего же?

– Вы знаете, что я редко выхожу из дома. Вы знаете также, что граждане не обязаны следовать капризам окружного прокурора и бросать все дела по вашему зову. У вас что, повестка суда?

– Нет.

– Ну, так если у вас есть вопросы, задавайте их. Я к вашим услугам.

– Я ведь могу получить повестку. И окружной прокурор посодействует мне.

– Без сомнения, если захотите, – огорченно сказал Вульф. – Вы никак не можете усвоить одно. Вам не удастся вывести меня из себя. Это никому не удается, кроме мистера Гудвина. Какого дьявола вы меня сердите?! Вдобавок совершенно напрасно, потому что я собираюсь помочь вам. Хотите, я окажу вам услугу?