Смерть берет тайм-аут - Эйлет Уолдман

Я сделала пометку, что надо обсудить с Вассерманом все плюсы и минусы привлечения Блэкмора как свидетеля, и произнесла:

— Юпитер рассказал нам, что познакомился здесь со своей будущей мачехой. Собственно, он и представил ее своему отцу.

Доктор сурово взглянул на меня, как если бы я была его пациенткой, которая заговорила без разрешения.

— Правила конфиденциальности не позволяют мне обсуждать с вами никого, кроме Юпитера, — он посмотрел на часы. — О господи, у меня же встреча с пациентом, к которой я обязательно должен подготовиться, — он поднялся. — Молли! Проводи мистера Хоки и миссис Эпплбаум.

Молли вышла на террасу и неловко остановилась у стола, будто ожидая указаний.

— Хло Джонс умерла, — произнес Эл, и его отрывистый голос заставил доктора еле заметно вздрогнуть. — Какой смысл теперь хранить тайну?

Я удивилась. Обычно Эл не так резок со свидетелями и никогда не нервничает из-за них. Видимо, доктор действительно вывел его из себя.

— Здесь находится много людей, чьи наследники предполагают, что мы будем соблюдать секретность и после их смерти, мистер Хоки, — ответил доктор.

— Конечно, мы это понимаем, — постаралась я успокоить его.

Плохой полицейский — это одно, но настраивать против себя потенциального свидетеля никуда не годится.

— Анонимность — необходимое условие вашей программы.

— Именно так А сейчас прошу меня извинить, — и Риз Блэкмор направился к выходу.

— Доктор Блэкмор, — окликнула я, но он даже не обернулся.

— Мы можем получить судебный ордер, — сказал Эл.

Доктор резко остановился и повернулся к нам. Его рот подергивался, ему стоило явных усилий сохранять спокойствие. Я кивнула Элу и надела фуражку хорошего полицейского.

— Эл! Этого совершенно не нужно, — возразила я. — Доктор Блэкмор, мой партнер только хотел сказать, что мы вправе получить предписание для сбора материалов, которые помогут в работе защиты. И естественно, мы хотим этого избежать так же, как и вы. Понимаете, мне совсем не улыбается тратить дни и даже недели в Оджай, тщательно исследуя папки, кассеты и личные бумаги. Можете себе представить, сколько это работы?

Даже хороший полицейский иногда может напугать. Доктор побледнел и приобрел цвет своей прически. Я мило улыбнулась и продолжила:

— Мы имеем моральные обязательства перед Юпитером точно так же, как и врачи перед пациентом. Я думаю, вы понимаете. Если бы вы смогли немного рассказать о его отношениях с Хло, мы бы избежали всех этих бюрократических формальностей.

Он бросил взгляд на часы и опустился на стул:

— Могу уделить вам еще две минуты.

— Прекрасно. Огромное вам спасибо, доктор Блэкмор. Итак, мы закончили на том, как познакомились Юпитер и Хло. Они были здесь вместе?

— Да.

— Чем страдала Хло?

— Насколько я помню, зависимостью от кокаина. Чтобы сказать точно, нужно проверить записи. Кокаин, может, еще и героин.

— Вы можете мне позвонить, когда проверите информацию, — сказала я. — Вы не знаете, как Хло смогла позволить себе это лечение? Кто за нее заплатил?

Доктор посмотрел на Молли.

— Она попала в нашу специальную программу, — сообщила та. — Есть спонсоры, которые дают так называемую стипендию для тех, кому лечение может помочь, но у кого нет на это средств.

Как же так случилось, что ни один из моих бездомных, сидящих на героине клиентов не слышал о такой программе?

— Как ей удалось получить эту стипендию? Она писала какое-то заявление?

— Один из наших спонсоров порекомендовал ее для участия в программе. Если хотите, я проверю ее папку, — предложила Молли и вздрогнула под неодобрительным взглядом доктора Блэкмора. — Но вообще-то эта информация конфиденциальна, — произнесла она.

— Мы знаем, что Юпитер и Хло были очень близкими друзьями. Возможно, больше, чем друзьями, — заявила я.

Доктор решительно покачал головой:

— Если вы имеете в виду сексуальные отношения, то могу вас уверить, что это невозможно. Лечение, которое проходят здесь клиенты, включает в себя погружение в прошлое и поиск травмы, после которой они стали принимать наркотики. Они становятся хрупкими и ранимыми. Слишком опасны любые физические отношения. Я категорически запрещаю такое поведение.

А моя мама категорически запрещала заниматься сексом на заднем сидении припаркованной машины.

— Может быть, они нарушили запрет, — предположила я.

Блэкмор фыркнул:

— Не может быть. Что ж, беседа наша уже затянулась. Я охотно помогу Юпитеру, но не за счет разглашения конфиденциальной информации о других клиентах. Пожалуйста, можете получить ваш ордер, если хотите узнать что-нибудь о Хло Джонс или о ком-то еще, кроме Юпитера.

Он поднялся и направился к выходу.

Я вопросительно посмотрела на Эла — он незаметно подмигнул мне. Я повернулась к Молли. Та нервно заправляла волосы за уши.

— Кажется, я вывела его из себя, — вздохнула я.

Она нахмурилась:

— Боюсь, Риз не может адекватно судить обо всем. Думаю, он переживает, что это все плохо отразится на клинике. Возможно, теперь люди несколько раз подумают, прежде чем приехать сюда.

— Вы так считаете?

Молли пожала плечами:

— Я не знаю. Точно знаю, что случившееся не имеет никакого отношения к центру. Но, видимо, проблема в том, что они проходили лечение одновременно и успешно выполнили программу. Особенно если учесть, что оба опять принимали наркотики, когда все произошло.

Эл оторвался от своих записей, а я вопросительно подняла брови:

— Они опять принимали наркотики?

Молли залилась краской и быстро оглянулась, будто желая удостовериться, что рядом нет никого, кто может сообщить доктору Блэкмору о ее опрометчивом поступке. Затем она наклонилась ко мне и заговорила быстро и тихо:

— О Юпитере точно не могу сказать, но были такие разговоры. А Хло опять пристрастилась к кокаину. Хотя, может, и не прекращала. Во всяком случае, она проходила интенсивную терапию незадолго до того, как ее убили, и когда здесь появилась, то была не в себе.

— Из-за наркотиков? — спросил Эл.

Молли кивнула:

— Кокаин.

— Вы уверены? — спросила я.

— Уверена? Нет, но я всегда точно определяю, когда кто-то под кайфом.

— Да уж, здесь этому можно научиться.

Молли печально улыбнулась:

— Это верно.

— Когда Хло появилась здесь во второй раз?

Она откинулась в кресле, немного успокоившись: