Наследник собаки Баскервилей - Валерий Гусев

Муникации в канализации

Когда мы подходили к дому Зайцевых, Алешка спросил:

– Ленк, сколько времени?

Она отвернула рукав куртки:

– Без пятнадцати три.

– Укладываемся в контрольное время, - важно кивнул Алешка. - Логично, сэр?

– Логично. Только не очень понятно, - признались мы.

– Как я заметил, примерно в это время худосочный джентльмен с грязными коленками обычно уезжает на два часа на своем кабриолете. По своим темным делам.

– Ну и что?

– А вот что! - Алешка остановился и кое-что нам нашептал. - Понятно? Нам рисковать нельзя. Логично?

Не только логично, но просто здорово! Я не сомневаюсь: Алешка очень рано прославится.

– Ленк, - продолжал он свое командование, - мы изолируем худосочного, ты - собаку. Приступаем! Готовность номер раз!

Но "раз!" не получилось. И "два!" - тоже. Пришлось подождать.

Наконец худосочный джентльмен появился на шатком крыльце захваченного дома. Огляделся, как всегда подозрительно, и прошел к ракушке. Отпер ее, оставив ключ в замке, задрал створку. Вошел в гараж. Выгнал свою иномарку типа «Таврия». Снова вошел в гараж.

Вот тут и случилось и «раз», и "два".

Раз! Мы выскочили из засады, повисли на створке, и она послушно рухнула вниз.

Два! Щелкнул замок.

Мы не стали слушать, что он там будет орать, а подбежали к Ленке:

– Запускай!

Как только мы подошли к калитке, бешеный ротвейлер вылетел из своей будки и бросился к забору.

Впечатляющее зрелище! Грозный лай. Оскаленная слюнявая пасть. Толстые лапы на штакетнике. Сверкающие злобой глаза.

Но зря он так старался.

– Вперед, Норд, - тихо скомандовала Ленка.

Норд легонько толкнул мордой калитку, едва не сорвав ее с петель, вошел во двор и спокойно остановился напротив исходящего злобой ротвейлера. И мягко, с ленивым интересом посмотрел на него, склонив голову набок.

Ротвейлера словно выключили. Он, не спуская с Норда глаз, задним ходом вернулся в будку. С таким выражением на морде, будто если бы в будке была дверь, то он тут же запер бы ее на засов.

Норд тоже сделал несколько шагов. Остановился возле будки, оглянулся на Ленку.

– Лежать, - негромко сказала она. - Здесь место.

Норд плюхнулся на брюхо и положил голову на передние лапы.

– Вперед, ребята! - дала команду Ленка. - Только побыстрее!

Мы вошли в калитку и поднялись на крыльцо. Ротвейлер проводил нас тоскливым взглядом, но и только.

Не скажу, конечно, что мне было легко входить в чужой дом. Успокаивало только то, что мы делаем это с благородной целью. А не так, как это сделали нынешние его хозяева.

Мы вошли. Ничего особенного. Интерьер средненький. Без особых наворотов. Всего две комнаты и кухонка. В комнате - никаких подвалов с муникациями. Однако неприятный запах есть.

Алешка стал принюхиваться, как охотничья собака. И уверенно "взял след". Повел меня на кухню.

Это было самое маленькое и самое загаженное помещение. Мойка полна грязной посуды (так им и надо!), на столе объедки, огрызки и пустые бутылки вместе с окурками.

Здесь тоже не было никакого подвала. Зато в углу стояли две пары грязных резиновых сапог. А на табуретке валялся грязный оранжевый комбинезон.

Я беспомощно оглядывался, мечтая поскорее удрать, а Лешка уверенно принюхивался. Он удирать не собирался.