Сыщик поневоле - Михаил Александрович Михеев

– Ну да.

– Очень рад за вас… – Дежурно-нейтральная фраза на все случаи жизни. – А теперь извините, мне пора.

Остаток времени он провел в машине, слушая музыку. Под вопли рокеров, заунывный долбеж по струнам бардов и нестареющую классику советского периода (вот такой у него был вкус, и Виталий, не мудрствуя лукаво, попросту забил флешку всем подряд, главное, чтобы вперемешку) время текло чуть быстрее, а пропустить рейс он не боялся. Здесь все было по-простому. Самолет останавливался едва в паре десятков метров от окружающего территорию забора, и никто ради этого не собирался подгонять автобус. Спустились по трапу – и шлепайте своим ходом к калитке. У кого багаж – те могут пройти в здание аэропорта и получить его, у кого нет – тут вам и маршрутки, и такси, и автостоянка, на которой куча встречающих. Словом, минимум формальностей, а зона прилета со стоянки просматривалась отлично. И когда самолет, скрипнув то ли тормозами, то ли резиной, замер и начал глушить двигатели, Виталий уже находился возле той самой приснопамятной калитки.

Татьяну он увидел практически сразу. Невысокая, худощавая, на плечах – ярко-красный пуховик, в котором самому Виталию в такую погоду было бы жарковато, зато шапки на голове не наблюдается. Именно поэтому он и встретил ее фразой:

– Привет блондинкам!

– То есть? – выпучила на него глаза Татьяна.

Учитывая, что она была жгучей брюнеткой, это неудивительно.

– То есть я понимаю, конечно, ты – как беляш с вокзала. Горячая, сочная и опасная. Вот только уши отморозить не боишься?

Девушка рассмеялась. Получалось это у нее красиво, звонко, будто колокольчики звенели. Да уж, чтобы ее смутить, необычного приветствия маловато. С такими женщинами бывает стыдно, но не бывает скучно.

– Не боюсь. У тебя ведь машина?

– Ага. Багаж?

– Да, еще получить надо…

– Стало быть, пошли.

За то время, что они получали багаж, Виталий узнал, что прибыла его знакомая в командировку (но тс-с, это пока секрет, потом расскажу), долетела легко и даже с комфортом – решение принято было в последний момент, и начальство, за неимением обычных билетов, раскошелилось на бизнес-класс. В общем, все просто. Оказавшись же в машине, девушка оглядела салон с тем же восхищением, с каким минуту назад рассматривала пикап снаружи, и спросила:

– Дашь порулить?

– Не сейчас. Захочешь – скатаемся потом, устроим небольшой триал.

– Конечно, хочу! Совсем новая?

– Только вчера купил. А что, так заметно?

– Да ты как ребенок с новой игрушкой. Пока не наиграешься, никому не дашь… – Татьяна вновь рассмеялась. – Нет, ты бы себя в зеркало сейчас видел. Надулся, обиделся…

– Правда, что ли? – Виталий посмотрел на себя в зеркало, но признаков надутости не увидел.

– Нет, ты чудо! – она ловко перегнулась к нему и звучно чмокнула в щеку. – Ладно, давай, поехали уже, а то я с дороги и дико хочу принять душ!

Виталий кивнул, аккуратно вывел машину со стоянки и не спеша развернулся. Краем глаза успел увидеть идущую к «фольксвагену-поло» невзрачного, даже на вид дешевого сероватого цвета Саблину. «Амарок» еще разворачивался, а спортсменка уже газанула и лихо рванула в сторону города. Что-то царапнуло сознание, и лишь отъехав, Виталий сообразил: его коллега по преподаванию встречала мать, но, уезжая, садилась в машину одна.

Дорога была скользкая, покрытая тоненьким ледком, но машина шла уверенно. Правда, и покрышки соответствовали. Не самые брендовые, конечно, однако Виталию они нравились. Уже немало лет он оставался приверженцем одной марки, и она его пока не подводила. Так что вышли на шоссе и отделяющие их от города несчастные пять километров пролетели махом. Ну и переговорить заодно успели, причем тема оказалась достаточно интересной.

Начальство Татьяны не только виноделием занималось. Наученные горьким опытом жизни в не самом лучшем государстве, бизнесмены от бутылки, оказавшись в России, старались максимально закрепиться и расшириться. А потому они достаточно активно развивали в том числе и сеть фирменных магазинов. Ну а Татьяна приложила максимум усилий к тому, чтобы вовлечь в орбиту их интересов и данный далекий регион.

Почему именно этот? Тут все просто и меркантильно. Народ в здешней Тмутаракани обитал не то чтобы богатый, а, скорее, зажиточный. Во всяком случае, по сравнению с основной частью страны. И, соответственно, желающих пить не только водку, но и что-то более интересное на вкус, получая за свои деньги гарантированное качество, а не разбодяженную непонятно где подделку, хватало. Так что перспективы выглядели не то чтобы колоссальными, но вполне устойчивыми. Как, впрочем, и в нескольких других местах.

А далее начала суетиться уже Татьяна, которая неплохо понимала: всю жизнь в микрофон говорить не слишком перспективно. Хочешь жить хорошо – делай карьеру. А вот с ней не все так просто. Женщине тяжело всегда, хотя бы из-за высокой конкуренции и чисто женских заморочек с детьми – когда-то же они появятся. И остается или прыгнуть к боссу в койку, что ей не слишком хотелось, или попытаться сыграть в игру по своим правилам. Самый простой вариант – рвануть на периферию. Сложностей больше, но зато и перспективы выше. Разумеется, Москва и Питер звучат солиднее, но там уже все занято, а вот на новом поле, в провинции, можно и рискнуть. Татьяна не боялась ни работы, ни трудностей. А еще у нее имелся хороший знакомый, который, случись нужда, может пособить в перспективном начинании.

Ход мыслей простой и надежный. И помочь ей Виталий действительно мог. Как минимум сведя с нужными людьми. Плюс обеспечить на первое время жильем – в конце концов, скоро уезжать, а за квартирой все равно пригляд нужен. Единственно, не вовремя все. Творящееся вокруг безобразие и приезд Татьяны не сочетались абсолютно. Поэтому возможности, да и время, остававшееся в распоряжении Виталия, были сейчас заметно ограничены, в чем он честно признался. Правда, в результате, пока они петляли по городу, пробиваясь через воскресные пробки, он рассказал даме все, что творилось вокруг него за последнее время. Татьяна лишь махнула в ответ рукой – ей, женщине, склонной к авантюрам, это казалось забавным дополнением к приключению. Ню-ню, посмотрим, что ты дальше запоешь.

Зато в квартире Татьяна с Катериной моментально сцепились взглядами. Именно так, ни слова не говоря и ничего вроде бы предосудительного не делая. Поздоровались, выслушали положенные слова от хозяина («Это – Таня, это – Катя, прошу любить и жаловать»), вежливо улыбнулись, а через минуту, вновь попав в зал, Виталий имел сомнительное удовольствие наблюдать двух кошек со вздыбившейся шерстью. Именно с кошками эти двое у него и ассоциировались. Хорошо еще, была