Чужие деньги - Марина Серова

Устав от непоняток, я рухнула спать.

Глава 5

Наутро я поехала к дому Мохова. На этот раз улицу Усиевича завалило снегом. Начало декабря выдалось мягким, но на вторую неделю на голову просто-таки хлынул снег.

На первом этаже злополучного подъезда мы разговорились с девчонкой-уборщицей. В прошлый раз я ее не видела. Она была в серых джинсах клеш и носила сережку в носу. Когда спросила, девушка рассказала, что появляется здесь дважды в неделю – для содержания подъезда в чистоте этого достаточно.

– Ой, вы об этом Мохове? Знаете, он ко мне приставал, – она хлопнула рукой по бедру и отвернулась к двери. – Мне сначала нравилось, а потом он начал звать к себе на квартиру. Вон ту, на четвертом этаже. Я не выходила на работу четыре дня после этого.

– У него был какой-то график, может быть, он на машине выезжал куда-то, на работу, например, или в магазин?

– На работу… ходил, да. Пешком ходил. По субботам иногда притаскивал девку к себе на четвертый этаж.

– А что за девушка, вы не помните?

– Что?

– Ну, как она выглядела, может, что-то с собой приносила?

– Нет, не помню. Вообще, ощущение, что после пропажи этого Витьки, мы просто… осиротели. Хожу тут, и как будто за мной ходят.

Девчонка действительно боялась Мохова. Она смахнула пыль с перил.

Я быстро поднялась на этаж Виктора и позвонила его соседям. Не той даме, которая общалась со мной в прошлый раз и мило отзывалась о Викторе, а в дверь напротив моховской.

– Идите отсюда, не открою!

– Я из социальной службы, мне нужно проверить квартиру Мохова. Дверь он мне не открывает.

– А-а, сейчас!

Марина Валкириевна (надо же, вот отчество у нее!) носила по восемь колец на всех пальцах. Она постоянно мне улыбалась и пыталась погладить по руке.

– Пропал он куда-то. Вас как по имени-отчеству?

– Татьяна…Татьяна Александровна. Виктор у нас волонтерил и не ходит к нам очень давно.

– Не знала я, что он волонтер в социалке. Я его только с банкой пива и видела.

– Он пил?..

– Ну, запои там были регулярные.

– Вы не знаете, на вашей лестничной площадке, может быть, тусовались какие-то люди? Может, угрожали вам или соседям вашим?

– Приходили ребята. Орали здесь. А что такое?

– Убили его, Марина Валкириевна. Причем убили его на вахте. Кроме работы в социальных службах, я еще и частный детектив. И мне пришлось прийти сюда.

– Вспомнила! Татьяна Александровна, машина очень долго стояла прям у наших ворот. И номер я записала.

– Покажите. И расскажите, пожалуйста, подробнее, что за ребята. Может, вы даже слышали, о чем они разговаривали?

– Чего нет – того нет, просто агрессивные вопли стояли на весь подъезд, – покачала головой женщина. – А ребята… Ну, парни, лет по двадцать пять – тридцать, наверное. Трое, мощные такие качки. Честно говоря, мне показалось, что бандиты, но знаете, Татьяна Александровна, с нынешней молодежью и не поймешь, может быть, мода такая, – сокрушенно покачала головой Марина Валкириевна.

– Парни… бандиты… – задумчиво пробормотала я и встрепенулась: – А поподробнее? С чего они вам бандитами показались? Ну и вообще, когда и как все было, расскажите, пожалуйста.

Марина Валкириевна рассказала все, что вспомнила. Примерно за неделю-полторы до гибели Мохова к нему вечером пришли трое парней. Он долго не открывал дверь, соседка – любопытная дама – подсматривала в дверной глазок, в чем, слегка покраснев, и призналась. Но ребята начали шуметь, кричать, что, мол, он за все ответит, и Виктор вышел на лестничную площадку. Они о чем-то спорили, ругались матом, потому понять суть их дискуссии оказалось нереально. Драться – не дрались.

Наконец качки, еще поорав на Мохова, ушли. Тот скрылся в квартире.

Как выглядели ребята? Высоченные, под метр восемьдесят ростом, накачанные, на физиономии достаточно симпатичные, но чересчур заросшие – «с модной нынче небритостью», – прокомментировала моя собеседница. Один темненький, двое светленьких. Темненький орал особенно активно, светленькие, по ее ощущениям, его только морально поддерживали.

Все были в коротких кожаных куртках, что и позволило Марине Валкириевне сделать законное предположение – парни приехали на машине. Ну и она выглянула из окна, увидела незнакомое авто, еще не занесенное снегом, и на всякий случай записала номера.

– Марина Валкириевна, да вы прирожденная сыщица, – похвалила я ее, записывая себе номер автомобиля. – Они только однажды к Мохову приходили?

– Я их только один раз видела, – развела руками женщина. – А там – не знаю. Может, и еще заходили…

Выйдя от словоохотливой соседки убитого Мохова, я села в машину и набрала номер.

– Танюх, тебя опять на дороге тормознули? – поддел Вольников ехидно.

– Да нет, Леш, не каждый же день, – фыркнула я в ответ. – Я с просьбой.

– Нет бы просто так позвонила, – продолжал подкалывать приятель. – На кофе пригласила бы, что ли…

– Ты не пьешь кофе, – отмахнулась я и попросила: – Пробьешь мне номерок? Тут машинка подозрительная была замечена у дома моего убитого…

– Диктуй, Танюш. Набери меня минут через пятнадцать, хорошо? А то закручусь и забуду.

Я отключилась и отправилась в ближайшую кофейню, ждать информации и пить кофе. Может быть, мне повезло, и я наткнулась на убийц? Ну а что, логично получается. За неделю-полторы до смерти Мохов общался с типами бандитского вида. Они на него орали, возможно, пытались запугать. Машина у подъезда – черная, марку мне Вольников подскажет. Как вариант, бандюки чего-то с Моховым не поделили, припугнуть его не удалось. Ну и, подумав, решили расправиться с парнем окончательно.

Если честно, не слишком мне верилось в такой расклад. Чересчур уж просто получается. С другой стороны, черная большая машина – просто совпадение? С третьей – мало ли черных машин, типа внедорожников, по Тарасову рассекает? Такое ощущение, что народ у нас принципиально не любит авто ярких расцветок. Самые ходовые – черные, серые, вяло-бежевые. Хотя и сама я предпочитаю подобные цвета – немаркие, незаметные, не привлекающие внимания, в моей работе это нередко бывает важным.

Наконец кофе в чашке закончился, пятнадцать минут, оговоренные Вольниковым, прошли, и я набрала его номер.

– Ну как, получилось? – поинтересовалась я с ходу.

– А то, – похвастался Леша. – Черный внедорожник «Киа», владелец Самойлин Валентин Петрович, зарегистрированный по адресу… Административные правонарушения – превышения скорости регулярно, обгоны в неположенном месте тоже, штрафы платит исправно. В аварии не