Тоннель в Паддингтоне - Кейт Андерсенн

— Крови?..

— Да, и это странно… Жертвы ран не имеют.

— Выходит, это кровь убийцы?..

— Весьма возможно… — протянул инспектор задумчиво.

Кензи предложила рабочую версию:

— То есть, жертва сопротивлялась и нанесла ему рану?

— Оба раза? Малоправдоподобно.

— Но двор был сильно изрыт!

— Сапогами констеблей — эти ребята стоять на месте не умеют. Под ногтями жертв не было кусочков кожи, на подошвах туфлей грязи почти нет, что было бы в случае оказания сопротивления невозможно. Девушек убили быстро. Одной и той же пенькой.

Кензи наморщила лоб. Инспектор терпеливо пояснил:

— Убийца не обрезал ее, а только отмотал гибкий край и воспользовался концом мотка. Потом смотал обратно. Вероятно, не заметил в темноте кровь.

— Какая бесчувственность… Так если во второй раз он снова отмотал…

— Кензи, я ведь не настолько глуп, как ты думаешь! — воскликнул инспектор. — Конец я срезал в качестве улики ночью. Но сегодня — на последних витках мотка снова была кровь, и дождь ее не смыл, к счастью, пусть Дятел и пророчил.

— Рана снова открылась… И она на руках. Верно?

Инспектор довольно кивнул.

— У Джека Джонса я не заметила никаких увечий.

— Это лишь предположение, хотя факт и говорит в его пользу. А вот если это женщина, она должна быть довольно сильной. Судя по количеству поклонников, Лорелея вряд ли под такое описание подходит. Нам точно нужно поговорить с Дидье — вдруг и он подозреваемый? Бечевка принадлежит ему, место преступления доступно ему в любое время, девушки — враги его возлюбленной. Он ведь тоже воздыхатель Лорелеи?

— Это если он знал про предательство ее «подруг», — возразила Кензи.

Инспектор весело вздохнул.

— Даже интересно взглянуть на эту таинственную особу — что в ней такого особенного?

— Она похожа на меня, вы сказали, — кокетливо откинула Кензи волосы со лба. — Смотрите на здоровье.

И засмеялась, поймав недоверчивый взгляд инспектора. Ткнула его в плечо:

— Поехали уже. Дорога свободна.

На нос вновь капнуло дождем.

* * *

На Моргейт-стрит снова пришлось задержаться — возле станции подземки случилось настоящее столпотворение. Кензи и Колин вытягивали головы с высоты своего гордого самодвижущегося экипажа, но ничего не разглядели. Когда едва не им под колеса вывалились смеющиеся счастливо Вуд Бейкер и Дороти Блер.

— Дора! — подпрыгнула Кензи на своем сиденье и свалилась бы, если бы вновь не рука инспектора. — Хватит меня обнимать, — шикнула она на него вполголоса.

— Кензи-и! — заскакала радостно Дороти на месте, но тут же одернула себя и чинно произнесла: — Мисс Мун, а что с вами случилось?..

Взгляд адресовался ее наряду и грустному состоянию много повидавшей сегодня прически.

— Нет, чтоб «спасибо» сказать, — прошипел и инспектор, но тут же с улыбкой приподнял шляпу: — Леди Блер.

Дороти засмеялась, прикрывая рот ладонью, как полагается.

— Ну, сколько вам говорить, инспектор — я же не леди… Что вы сделали с мисс Мун?

Толпа начала рассасываться и можно было бы ехать, сзади уже какой-то возница нетерпеливо прикрикивал на задерживающих движение.

— А с мисс Мун ничего не надо делать, — мило отвечал инспектор, — она сама все умеет. Мы направляемся в «Паризьен», вы с нами?

— Я в издательство, — отсалютовал Вуд. — Нарыли любопытной информации, хочу успеть к вечернему выпуску.

— А у нас — подозреваемый, — гордо объявил Дьюхарст, помогая Доре взобраться в экипаж — позади их с Кензи «козел» находилась открытая «кабина». — Даже два.

— Что?! — одновременно воскликнули и Дора, и Вуд.

— Тогда я с вами, — вскочил на подножку Вуд, и самодвижущийся экипаж тронулся с легкой руки Дьюхарста.

— А у нас — странная пропавшая рукопись, — таинственно сообщила шепотом Дороти.

— Про розового убийцу? Вы ее нашли?

— Нет, но кое-что узнали про ее содержание.

По дороге Дороти успела шепотом поведать гувернантке, что «настоящее имя Вуда — Вудроу», но это «чересчур броско для его профессии». М-да, а «Колин» только бы такому обрадовался. Шику и прочее. Ему ведь только в клаксоны и дудеть.

* * *

Жилю Дидье пришлось израсходовать всего тунца на сэндвичи. Но в первую очередь Дьюхарст и Мун навалились на прилавок с вопросами.

— Почему вы не сказали, что Лорелея ночевала у вас? — сдвинула брови воинственно Кензи.

Толстяк сменил пару цветов лица.

— Вы… не спрашивали, — наконец промямлил он то ли испуганно, то ли нагло.

Кензи ударила ладонью по дереву стойки в сердцах, а Дьюхарст, укоризненно покосившись на спутницу, уточнил:

— Что еще вы от нас утаили?

Кензи закатила глаза. Что за общие вопросы?

— Я… не…

— Она возвращалась сегодня утром? — напирал Дьюхарст, переходя наконец к конкретике.

Жиль замотал головой.

— Мы говорили с Джонсом, Дидье, — сурово сообщил инспектор. — Мы знаем, что Лорелея пряталась у вас на чердаке, инсценировав свое исчезновение.

— Исчезновение? — ахнул Дидье. — Но…

— Где она? — уже почти зарычал инспектор Дьюхарст.

— Она не… ушла вечером в пятницу… на прогулку с юным Джеком. Еще до первого убийства.

— «Не» ушла? — поинтересовался Вуд.

— Ушла, ушла, — раздраженно начал вытирать прилавок наполовину француз. Светя грязно забинтованным пальцем на правой руке. Ага! — И больше я ее не видел, вот! Но я не знал, что она исчезает. Просто… говорить не велели. Я думал… она с Джонсом амуры крутит, дело-то не новое.

Ого.

— И вы не ревновали? — подняла бровь Кензи.

Толстяк испуганно вздрогнул.

— Ведь вы тоже были в нее влюблены, — лезла Мун напролом. — Как Джонс. Но Лорелея любила Александра Бретта.

— Бретта? — громко повторила Дора, однако Вуд наклонился и что-то ей шепнул, так что девочка сразу понятливо умолкла. Только глазки светились, даром что в трауре.

Дидье потемнел лицом.

— И вам он не нравился, конечно, — заключила Кензи. — Что там с Бреттом, Дора? — переспросила она воспитанницу, не отводя взгляда от унылого владельца «Паризьен».

— Мы нашли его письма в рабочем столе Берты Дейл, — отвечала звонко девочка. — Любовные, — добавила она на всякий случай и чуть покраснела.

Кензи поджала губы. Посмотрела на Вуда строго —