Афера - Мэтью Кляйн

Но другого выхода я не вижу. Я нужен сыну. Если я не помогу Тоби, он погибнет. На мгновение меня осенило: я оказался в этой ситуации не просто так. И дороги, которые мы выбираем, предопределены заранее. Предопределены решениями, сделанными многими годами раньше, а то и до нашего рождения. А когда нам кажется, будто мы делаем выбор, то никакого выбора на самом деле нет. Моя судьба — судьба человека, попавшего в тюрьму Ломпок, — была определена в тот день, когда у мелкого мошенника Карлоса Ларго родился сын. Карлос Ларго относился к нему весьма прохладно и вечно попрекал, но лишь потому, что его собственный отец обходился с ним так же. Я же обречен или повторять его ошибки, или пытаться искупить его грехи, жертвуя собой ради сына. На мне беды должны закончиться, решаю я — я искуплю все наши грехи.

* * *

В Пало-Альто я съезжаю с шоссе N I-280 на Сэнд-Хилл-роуд. Наверное, я решил поехать так не из-за живописных видов на овраги, а из-за расположенной там Стэнфордской больницы, где лежит Тоби.

Я оставляю машину на подземной парковке — случай теперь уже не экстренный — и поднимаюсь наверх, чтобы забрать сына. Врачи говорили, что днем его выпишут. Я предложу Тоби пожить у меня, даже спать положу на кровать — со сломанной ногой и трещинами в двух ребрах на полу он спать не сможет. Ухаживать за ним будет непросто — надо будет помогать мыться, кормить, придумывать всякие занятия, параллельно продумывая аферу. Но я готов. Теперь я заручился обещанием Профессора, и Тоби хотя бы на какое-то время в безопасности. И для него, и для меня будет лучше, если он будет рядом. Разве могу я упустить шанс снова стать ему отцом.

Поднявшись в лифте на второй этаж, я направляюсь к палате, в которой вчера лежал Тоби, но меня останавливает медбрат:

— Что вы хотели?

— Я пришел за сыном. Тоби Ларго. Он в сто восьмой палате.

— Тоби Ларго? — переспрашивает медбрат. — А его уже выписали.

Я непонимающе гляжу на него. Он еще раз проверяет по компьютеру.

— Все верно. Выписался около часа назад.

— Как это? Он ходить-то может?

— Так он не один уехал. Мать забрала.

Чертовка Селия. Опять самое сложное беру на себя я — заявляюсь без приглашения в особняк босса русской мафии, вытягиваю из него обещание не трогать сына и теперь могу поплатиться головой, — а Селия крадет у меня победу, просто заявившись в последний момент в больницу и устроив Тоби торжественное возвращение домой.

Наверное, у меня лицо скривилось от злости, поскольку медбрат даже поинтересовался:

— Мистер Ларго, вы в порядке?

— Все хорошо, — пытаюсь улыбнуться я. — Похоже, мы разминулись.

— Они, наверное, уже дома, вас ждут.

Парень пытается меня приободрить, но, к сожалению, прав он только наполовину. Они действительно дома, но не ждут меня.

— Спасибо.

Я уезжаю из больницы и выворачиваю обратно на Сэнд-Хилл. Я не должен зацикливаться на Тоби и Селии, и без того забот хватает — надо позвонить на работу и уволиться, начать разрабатывать план аферы, нанять людей, прикинуть возможные варианты развития событий. Но я все равно зол. Я собираюсь отказаться от всего, от обыденности и скуки, которой я так долго искал, и мне хотелось бы услышать хоть пару слов благодарности.

Я достаю мобильный из кармана и набираю номер Селии. После четырех гудков срабатывает автоответчик: «Вы позвонили Селии и Карлу. Нас сейчас нет дома. Пожалуйста, оставьте нам сообщение». Я не ожидал услышать мужское имя. Я давно не звонил бывшей жене и понятия не имел, что она с кем-то встречается, не говоря уж о том, что живет вместе. Пытаюсь представить себе мысли Тоби, прикованного к дивану, в то время как его мать и незнакомый мужчина занимаются любовью за стенкой.

Ничего не говоря, я вешаю трубку. И тут мне в голову приходит еще одна мысль. Правильный выбор ценен сам по себе, и не стоит ждать за него благодарности.

Еще раз все взвесив, я прихожу к заключению: пусть так, но все равно могли бы и позвонить.