Москву ничем не удивишь - Сергей Ермаков

Захожин решил срочно позвонить Насосову, пожаловаться на творящийся беспредел. Он отошел на кухню, вытащил из кармана телефон и набрал номер Насосова. Тот ответил сразу же и когда продюсер стал жаловаться на то, что его люди творят что хотят, что Вдовиченко ударил Татьяну, Насосов лениво зевнул в трубку и сказал:

— Что ж ты хотел, дело касается двух миллионов, ребята разнервничались, ну немного перестарались. А ты не лезь лучше, а то и тебе достанется.

Бляшкин зашел на кухню, увидел, что Захожин кому-то звонит, подошел к нему и показал, скрестив руки перед грудью — завязывай, мол, говорить. Захожин сразу же понял, что и правда лучше не лезть на рожон, а то и ему еще нос разобьют. Физической боли продюсер очень боялся. Он спрятал телефон в карман и больше звонить не стал. Бляшкин подтолкнул продюсера к залу, где верещал от боли Алмаз.

— Страшно? — спросил Вдовиченко, крутя певцу ухо.

— Да-да-а, — испуганно пролепетал тот, — не надо, я прошу тебя, отпусти ухо!

Вдовиченко сжалился над несчастным певцом, отпустил его покрасневшее и вытянувшееся, как у осла ухо и сказал:

— Короче завтра в это же время я буду тут и ты мне докладываешь как идут дела по сбору денег, последний раз я такой добрый, а завтра ухо отрежу. Вздумаешь снова бежать или прятаться, родню твою в Ростове вырежут. Мы уже связались с местными чеченами, они обещали заняться твоей роднёй…

— Погодите, что за дела? — опять вмешалась Татьяна, прижимая к носу красную от крови салфетку. — Что значит — «завтра тут же». Что вы из моей квартиры явку делаете? Нечего вам тут делать, забирайте Алмаза и уматывайте!

— Ты сиди и не тявкай! — повернулся к ней Вдовиченко, поигрывая ножичком. — Ты увязла, поняла? И ты тоже на счетчике, пока этот удод с нами не рассчитается. Нечего было его в гости приглашать. Он не рассчитается — с тебя возьмем, поняла?

· — А ну пошли вон отсюда!!! — вскочила с места Татьяна, но тут Петров коротким прямым ударом в скулу без замаха двинул Татьяне, она перелетела через спинку дивана, рухнула на пол, мир для неё сжался до состояния горошины и она потеряла сознание.

* * *

Краб и Матвей Спичкин зашли за порог съемной квартиры брата телеведущего Каспера и дверь в подъезд захлопнулась. Они прошли в квартиру. Обстановка единственной убогой комнаты Каспера состояла из стола, на котором стоял компьютер, стула, кресла с помойки, дивана и секции полированной стенки, изготовленной лет сорок назад. На мониторе компьютера жуткие монстры терзали и рвали на части брошенного без управления героя. Каспер присел за компьютер спиной к гостям, нацепил на голову наушники и, как ни в чем не бывало, продолжил играть.

— Имя какое-то у твоего брата странное, — сказал Краб Матвею, присаживаясь в кресло, — тебя вроде родители нормально назвали, а его-то за что так?

— Каспер — это не имя, это логин, прозвище проще говоря, — ответил Матвей, сев на диван, — он сам хочет, чтобы его звали, а имя у него вполне мирное — Вольдемар.

— А он что всегда так? — спросил Краб, кивнув на Каспера-Вольдемара, который резался в стрелялку.

— Он там живет в виртуальной реальности, — пояснил Матвей, — а здесь с нами вынужден находиться и это его тяготит.

— Я гляжу он кровожадный, — сказал Краб, кивнув на экран, где герой Каспера, вооруженный бензопилой резал на кровавые части наседающих монстров, — я слышал, что такие кровавые игры не в лучшую сторону влияют на психику.

— Ерунда, это ж компьютер, — возразил Матвей, — наоборот такие игры снимают лишнюю агрессию.

Он встал с дивана, подошел к брату, снял с него наушники и сказал:

— Поговорить надо, брат!

Тот сердито оттолкнул руку Матвея, пробормотал что-то про то, что ему во что б это ни стало надо закончить этот уровень и чтобы пока они ему не мешали. Выдернул провод наушников из монитора и в из колонок вырвался жуткий рев бензопилы, вой монстров и энергичная пугающая музыка.

— Вы… это… говорите… — предложи он, орудуя мышкой. — А я пока закончу уровень…

Краб подошел к столу, нагнулся над головой Каспера и полушепотом спросил его прямо в самое ухо:

— Ты зачем, Каспер, жену своего брата Элю полотенцем задушил, а? Твои отпечатки пальцев нашли на полотенце, которым она была задушена!

Каспер бросил мышку, повернулся на Краб и отстранился, поймав его проницательный взгляд. В это время злой монстр на экране монитора впился в его героя и порвал его на куски. Каспер посмотрел на экран, расстроено шлепнул ладонью по столу и воскликнул:

— Ну, вот из-за вас опять нужно загружаться и снова проходить всё!!!

— Да, ты уж пройди пожалуйста, — кивнул Краб, — потому что в камере следственного изолятора, куда тебя скоро посадят за убийство жены брата, проходить ты будешь только со шваброй ежедневно от стены до стены.

— Я не душил её, я дома был всю ночь!!! — попытался подняться Каспер, но Краб удержал его, не дал подняться.

— Ты играй-играй пока, — посоветовал Краб Касперу, — потому что в колонии, куда тебя упекут лет на восемь минимум, у тебя компьютера не будет! Закончи уровень и поедем сознаваться!

Каспер чирикнул, как воробушек — похоже до него стало доходить, что не только в виртуальном мире для него существует опасность, опасность вдруг возникла и в мире реальном. Матвей вздрогнул — жалось к брату боролась в нём с чувством возмездия за гибель жены.

— Я не душил её!!! — верещал Каспер, отталкивая от себя руку Краба, которую тот упрямо клал ему на плечо.

— Времени у нас мало, — нагнулся над Каспером Краб, — совсем мало, а все улики против тебя. Где дубликат ключей от квартиры Матвея, который ты сделал, когда он у тебя их оставил? И которыми открыл двери, чтобы войти в квартиру брата?

Краб силой личности совершенно подавил слабовольного Каспера-Вольдемара, который стал дрожать и распустил нюни. Даже всхлипывать начал, совсем скис и стал похож на засохший лимон. На вопрос Краба о ключе он безмолвно указал рукой на бар полированной стенки. Краб подошел к стенке, повернул ключик, открыл её и вытащил оттуда связку ключей и бросил их Матвею. Тот поймал ключи, стал их разглядывать и при этом лицо его становилось все более и более вытянутым, в нём перемешались все чувства — и ярость, и недоумение, и жалось, и гадливость.

— Это ключи от твоей квартиры? — спросил Краб.

— Да, — ответил Матвей, сдавленным от волнения горлом, — у меня точно такие же. Вот мерзавец, а еще брат называется. Как ты мог, мы же тебе как могли помогали. А ты её задушил…

— Я не убивал Элю, — жалобно пропищал Каспер, — я ключи сделал на всякий случай, мало ли ты потеряешь или забудешь где в очередной раз. Я дома был прошлой ночью…

— Откуда тогда твои отпечатки на полотенце? — спросил Краб.

— Не знаю, — вздрогнув всем телом, ответил Каспер и сжался на своем потрепанном стуле, всхлипывая и дрожа.