Предатель - Алексей Макеев

– Вы поймите, Анна Григорьевна, ведь иногда человека одним только словом можно пришибить так, что ему жизнь не в жизнь покажется. Вот и расскажите мне, чем в тот день Дмитрий Данилович занимался.

Открыв органайзер, секретарша принялась добросовестно рассказывать.

– Пришел в тот день Дмитрий Данилович вовремя. Я подала ему чай с пирожными…

– Извините, но как-то странно слышать, чтобы мужчина любил сладкое, – покачал головой Крячко.

– Понимаю вас, но чего только в жизни не бывает. А Дмитрий Данилович действительно большой сладкоежка – он за один присест может коробку шоколадных конфет съесть, а уж когда волнуется, то шоколад у него просто плитками уходит, он его, как хлеб, ест, – объяснила она и продолжила: – Потом он на летучку к генеральному пошел – она каждый день проводится. Вернувшись, он своих подчиненных в кабинете собрал и уже наши проблемы с ними обсуждал – простите, но более подробно говорить права не имею.

– Понимаю и не настаиваю, – поспешно согласился Стас.

– Потом все ушли, и остался только Анатолий Петрович – было принято решение закрыть одну из проходных, вот они и обсуждали до самого обеда вопросы демонтажа оборудования и куда его потом поставить.

– А где обедал господин Васильев? – поинтересовался Стас.

– У нас две столовые: одна для персонала, а вторая – для высшего руководства, вот там он и обедал, – объяснила она.

– Может, он за обедом с кем-нибудь поругался? – задумчиво спросил Стас.

– Чего не знаю, того не знаю, – развела руками она. – Вы лучше у Тихонова спросите – это наш зам по производству, – объяснила она. – Они обычно вместе обедают.

– Всенепременно! – пообещал Крячко. – Ну а после обеда чем Васильев занимался?

– Встреч у него никаких назначено не было, и, насколько я помню, он ходил по комплексу, а уж с кем он там мог встретиться и поругаться, сами выясняйте. Тут я вам ничем не помогу.

– Да у вас только в этом здании одиннадцать этажей, и на территории небось какие-нибудь здания имеются. Тут, чтобы все обойти и со всеми поговорить, и месяца не хватит! – воскликнул Стас. – Ну а что он потом делал?

– Насколько мне известно, к главбуху ходил выяснять, почему кое-какую аппаратуру до сих пор не оплатили, и тот клятвенно заверил его, что на следующий же день деньги переведут. А тут и рабочий день кончился.

– И Васильев поехал домой?

– Да нет, у него дела еще какие-то были, и он в кабинете сидел, а потом пошел куда-то и вернулся только через час, – сказала она.

– И вы его ждали? – поинтересовался Стас.

– У нас так заведено, что, пока сам на месте, и секретарша его должна быть – мало ли что ему потребуется? – объяснила она. – Ну, вернулся он и через некоторое время домой собрался. Да, они меня еще до метро довезли! Вот и все! Что знала, то сказала! – закончила она.

– Я так понял, что Тихонов сейчас на том же совещании, что и Анатолий Петрович? – спросил Стас.

– Да, долго они сегодня что-то, – заметила она, глянув на часы.

И, словно в ответ на ее слова, дверь распахнулась и в приемную зашел мужчина лет тридцати пяти, который с удивлением уставился на Крячко и Никитина.

– Анатолий Петрович, это товарищи из полиции по поводу самоубийства Дмитрия Даниловича, а остальное они вам сами объяснят, – сказала Анна Григорьевна. – Я взяла на себя смелость оформить им пропуска и напоила чаем.

– И правильно сделали, – одобрил ее действия тот и, отперев свою дверь, сделал приглашающий жест. – Прошу!

Войдя внутрь и сев к его столу, Крячко с Никитиным на всякий случай предъявили ему удостоверения, а он, посмотрев их, спросил:

– Чем могу помочь?

– Кто из ваших мог довести Васильевна до самоубийства? – спросил в ответ Стас.

У Анатолия Петровича, что называется, челюсть упала.

– Да вы что? – обалдело спросил он. – Не скажу, чтобы Данилыча у нас все без исключения нежно любили, но уважали крепко – стоящий был мужик!

– А что это вы о нем в прошедшем времени? – удивился Крячко. – Он ведь еще жив!

– Да, говорят, надежд практически нет, – объяснил тот. – Хотя! Действительно, зря я так сказал! – поморщился он. – Просто с языка сорвалось!

– Кто же у вас так пессимистически настроен? – поинтересовался Крячко.

– Да Старков, генеральный наш, сегодня на совещании сказал, что, по всей видимости, не вернется к нам Данилыч, – объяснил Анатолий Петрович.

– Ну, вообще-то правильно, что он звонит и судьбой своего зама интересуется, – одобрительно покивал Стас.

– Да нет! Это он заведующего отделением реанимации попросил, чтобы тот ему ежедневно сообщал, как себя Васильев чувствует, – сказал Анатолий Петрович. – Генеральному же, если надежды никакой нет, нужно нового человека на место Данилыча присматривать. Мы, конечно, бюджетники, так что человека могут и со стороны дать, но ведь никто не запрещает подсуетиться и свою кандидатуру предложить.

– А вас, выходит, не назначат? – сочувственно спросил Стас.

– Сто пудов, – уверенно ответил тот. – Я на этом месте до тех пор, пока новый человек не придет – сами знаете, новая метла за собой новые веники приводит.

– Так вы, получается, человек Васильева? – поинтересовался Крячко.

– С большой натяжкой – просто отец мой вместе с ним работал, вот и попросил меня взять, когда у меня самого со службой не сложилось.

– Что так? – удивился Крячко. – Вы же, как я понял, из ФСБ? – Анатолий Петрович кивнул. – Ну и чем же вам там не понравилось?

– Это им мой характер не понравился, – поправил тот.

– Понимаю, – покивал ему Стас. – Я и сам не подарок! А в каком звании ушли?

– Майором, – вздохнул тот.

– Да, обидно! – заметил Крячко. – Но давайте к делу вернемся. Как вы думаете, что же такого могло у Васильева случиться, что он решил руки на себя наложить?

– Ума не приложу! – развел руками Анатолий Петрович. – Не было причины! Во всяком случае, на работе!

– Намекаете, что это жена бывшая могла его довести? – спросил Стас.

– Не знаю, я ее никогда даже не видел, но отец говорил, что стерва еще та.

– Ничего не могу на это возразить, – согласился с ним Крячко. – Я ее допрашивал, и дамочка она малоприятная. Видимо, это действительно ее рук дело, – вздохнул Стас и неожиданно попросил: – Слушай, майор! Если ты тут последние дни дорабатываешь, сделай одолжение!

– А в чем дело? – насторожился тот.

– Покажи, что у вас здесь как, – демонстрируя любопытство, объяснил Крячко. – Ну, то, что можно. Веришь, столько лет прожил, а никогда в таких заведениях не был – интересно же! Нет, мы все понимаем! Никаких вопросов задавать не будем, никуда не полезем и все в этом духе. Покажи, а?