Девушка из спасательной шлюпки - Эйлин Энрайт Ходжеттс

Он присмотрелся и увидел высокую молодую голубоглазую женщину. Ее рыжеватые волосы были стянуты в пучок на затылке, открывая бледное вытянутое лицо. Борясь с лихорадкой, он силился вспомнить, кто это. Эта женщина была с ним в одной шлюпке… А что же потом? Ах да. Она поблагодарила его после того, как он вытащил ту девчонку из воды. А теперь она злится… Не на него, а на других горничных. И решила высказать старшей горничной все, что думает.

– Моя сестра несколько импульсивна, но это еще не повод говорить о ней в таком уничижительном тоне, – заявила женщина.

– Она – работник «Уайт стар», и я буду говорить о ней то, что считаю нужным! – набросилась на нее мисс Стап. – Жалоб на нее за этот рейс накопилась целая куча! Так что пусть вылезает из своей койки, идет сюда и ответит на пару вопросов.

Высокая женщина шагнула вперед.

– Моей сестре нездоровится, – ледяным тоном ответила она. – И она не будет отвечать ни на какие вопросы.

Перед тем как сесть на «Титаник», Салливан провел в Британии всего несколько недель, но с напыщенными представителями этой страны ему нередко приходилось сталкиваться даже в Австралии. В голосе этой женщины слышалось аристократическое презрение англичанки, переступившей порог губернаторской резиденции в Сиднее, которая видит вокруг не людей, а только потомков сосланных каторжников. Ему не было дела, что презрение этой женщины адресовано мисс Стап, а не ему. За свою жизнь он не раз сталкивался с ей подобными и на дух таких не выносил.

Мисс Джессоп, не обращая внимания на перепалку, обратилась к другим горничным.

– Нужны чистые бинты и дезинфицирующее средство. А еще надо найти способ сбить температуру.

– Аспирин, – откликнулась высокая англичанка. – Он творит чудеса. У меня есть немного, если нужно.

Салливан удивленно посмотрел на нее. Ледяное презрение в ее голосе сменилось сочувственным интересом.

Она оттеснила мисс Джессоп и наклонилась, чтобы осмотреть его руки.

– Нельзя нырять в воду с такими ранами. Но, похоже, вам очень захотелось поплавать.

– Как это случилось? – спросила мисс Джессоп. – Как вы получили эти ожоги?

– Я же кочегар, – ответил Салливан.

Он увидел, как Диллон проталкивается в первые ряды, игриво улыбаясь горничным. Судя по всему, его соседи по каюте не спешили возвращаться, пользуясь предлогом побыть в компании симпатичных молодых женщин.

– Он из котельной команды, которую мы взяли в Саутгемптоне, чтобы потушить пожар в шестом бункере, – сказал Диллон. – Бедолаги несколько дней шуровали лопатами горячий уголь. Это работа тяжелая. Не хотите взглянуть и на мои ожоги? Думаю, мне тоже не помешает немного заботы.

– Думаю, вам следует вернуться в свою каюту, – рыкнула на него мисс Стап.

Высокая девушка взялась за плечо Диллона и развернула его лицом к себе.

– Говорите, в угольном бункере был пожар? – спросила она.

– С углем такое случается, – ответил Диллон. – Он иногда тлеет.

– Да, я знаю, что уголь тлеет, – фыркнула девушка. – Но вы говорите, что в одном из бункеров горел уголь…

– Нет, просто тлел, – возразил Диллон.

– Значит, пока мы плыли, на судне был пожар? – удивилась горничная.

– Не на самом судне, – небрежно ответил Диллон. – Только в одном бункере. Такое иногда случается. Ничего особенного.

Салливан вспомнил бесконечные часы и дни, когда он швырял лопатой тлеющий уголь в огромные топки котлов. Это сейчас Диллон говорил об этом пренебрежительным тоном, но, когда вербовщики «Уайт стар» прочесывали порт Саутгемптона в поисках работников для борьбы с пожаром, они были весьма красноречивы.

– Довольно! – мисс Стап гневно посмотрела на Диллона. – Не следует распространяться об этом. Подобные неосторожные высказывания могут навлечь беду на всех. Поэтому нас и заперли здесь и не пускают на берег. «Уайт стар» не хочет, чтобы мы общались с репортерами.

Несмотря на боль в голове и головокружение из-за лихорадки, Салливану не хотелось, чтобы последнее слово осталось за мисс Стап.

– Если пожар – обыденное дело, как говорит Диллон, – произнес он, – то почему бы нам…

– Помолчите, мистер Салливан, – оборвала его мисс Стап.

Салливан посмотрел вокруг в поисках поддержки, но все только молча отводили взгляд.

– Мы столкнулись с айсбергом, – холодно сказала мисс Стап. – Нам не следует упоминать ни о чем другом. Если вы так настроены против «Уайт стар лайн», идите работать в другую компанию. Я ни за что не выступлю против работодателей. Неосторожные разговоры о пожарах в бункерах могут повредить компании, и если мы не будем соблюдать осторожность, то лишимся работы. Я этого не допущу.

– Она права, приятель, – Бичем положил ладонь на плечо Салливана. – Забудь.

– А какой в этом смысл? – спросил Салливан, чувствуя, как разочарование на мгновение берет верх над лихорадкой и ознобом. – Нас можно запереть здесь, но остальные-то молчать не будут. Американцы уже ведут следствие. Они в конце концов докопаются. У них все наши офицеры и многие члены команды. Среди них Фред Баррет. Он знает о произошедшем в бункере. Ему известно, зачем нас наняли.

– Сидите спокойно, – одернула его мисс Джессоп и начала промывать нагноившиеся волдыри на ладонях Салливана.

Салливан заметил, что мисс Стап то и дело посматривает на него.

– Уверена, мистер Баррет понимает, что ему лучше держать язык за зубами, – наконец сказала она. – Пассажирам ничего не известно о происходившем на нижних палубах, а офицеры будут молчать. Так что американцы ничего не узнают о пожаре, если только кочегары или кто-то из матросов, работавших на нижних палубах, не вздумает проболтаться.

Мисс Джессоп оторвалась от работы. На ее юном лице промелькнула печаль.

– Немногие из них добрались до шлюпок, – сказала она. – Никто из механиков не выжил…

Злость придала Салливану сил.

– Значит, мы должны просто обо всем забыть? – неожиданно твердо спросил он.

– Это не имеет значения, – ответила мисс Стап. – Следствию нет дела ни до вас, ни до вашей кочегарной команды.

– Не имеет значения, – повторил за ней Салливан. – А ведь хорошая эпитафия, верно? Вы, дамы, все сели в спасательные шлюпки и уплыли. Вы хоть понимаете, что мы сделали для вас? Люди отдали свои жизни, чтобы на судне до конца горел свет. Там, внизу, творился кромешный ад, и все, черт побери, должны об этом узнать!

– Не нужно так выражаться, мистер Салливан, – зацокала языком мисс Стап.

– Нужно! – буркнул Салливан.

Он посмотрел на ее недовольное лицо с крючковатым носом. Конечно же, она ничего не знала. Она была старшей горничной, но никогда не спускалась в недра корабля, где огромные котлы превращали отсеки котельных в раскаленные печи. Она понятия не