Костяной шар - Елена Анатольевна Леонова

— То есть вы не помните о том проекте?

Фатима затянулась сигаретой, промолчав.

— У нас есть документы, а точнее, паспорт проекта, где ваша фамилия фигурирует как ответственный заказчик. Вы участвовали в работе самым непосредственным образом.

— Возможно. Но я так и не понимаю: в чём ваш вопрос? Допустим, я помню тот проект. И что?

— Можете назвать фамилии сотрудников от «Ай-Ти-Лайн», с кем вы общались?

— Господи! — профессор улыбнулась, но сознавая, что следователь не отстанет, задумалась. — Так. Ну… Женя был, кажется, менеджер проекта. Ещё Владимир Суслов, он отвечал за архитектуру базы данных. М-м-м… больше никого не помню.

— А фамилия Журавлёв вам о чём-то говорит? — Саблин продолжал наблюдать за профессором, которая всем своим видом показывала, как ей не нравится их общение. Впрочем, ответного раздражения следователь не испытывал. Ему нравилась эта обаятельная, своенравная и яркая женщина. В ней чувствовалась доброта и мудрость, несмотря на резкое поведение.

— Журавлёв? — с вопросительной интонацией произнесла профессор, однако её лицо не выражало удивление.

— Да. Журавлёв. Он был разработчиком на проекте.

Фатима пожала плечами.

— Давайте я вам помогу, — Саблин вздохнул. — Вы общались с ним, работая тогда в университете, а потом познакомились с его женой, Софьей Журавлёвой, когда поехали в Даурию в Забайкальский край.

— Ну приехали! — Фатима затушила сигарету в пепельнице. — Вам бы следовало парой ходить. А то спрашиваете одно и то же по сто раз!

— Не понял, — нахмурился следователь.

— Ваш учёный напарник, Смирнов, в воскресенье спрашивал меня то же самое. Точнее, не буквально, но о Журавлёвой. Она его мать.

— Филипп? — не сдержал изумления Саблин. Он не знал о встрече писателя с Идрисовой, хотя предполагал: Смирнов это сделает. После того, как они в Даурии увидели Фатиму на фото с матерью писателя, было очевидно, что Филипп начнёт выяснять связь двух женщин. Опять писатель ничего не сказал следователю, действуя самостоятельно!

— Да-да. Он интересовался Монгольской империей и древним городом в пустыне Гоби — Хара-Хото.

Саблин достал пачку сигарет.

— Вы позволите?

— Курите на здоровье.

Мысли майора сбились с нужного для разговора настроя. Значит, Филипп начал искать то, что открывает ключ, найденный на мысе Рытый. Ожидаемо. Но, чёрт возьми, получается, он уже спрашивал Фатиму про Журавлёву, а следовательно, если профессор как-то связана со смертью родителей писателя, то могла подготовиться к вопросам на эту тему. Плохо. Скорее всего, дальнейшие расспросы не имели смысла. Нужен другой план. И он у Саблина был.

Глава 27. Москва. Вторник. 11.30

— Дин, выйди, пожалуйста, — Саблин обернулся на старшего лейтенанта. Максимова, стоявшая в расслабленной позе, выпрямилась, удивившись такой просьбе, но ничего не сказала. Вышла из номера.

— Устраняете свидетелей, майор? — весело прокомментировала Фатима.

— Есть вещи, которые лучше обсуждать наедине.

— О-о-о! Вы меня заинтриговали. Но, предупреждаю, на свидания я не ходила лет пятнадцать.

— Не волнуйтесь, я не буду нарушать ваше воздержание.

Фатима рассмеялась.

— Так о чём тогда пойдет речь?

— Я знаю, что вы член Ордена Янтарной Бездны, — быстро произнес следователь. Любимый приём — сразу говорить о подозрениях, не ходя вокруг и около — частенько срабатывал, помогая следователю выяснить правду. Такой ход всегда приводил собеседника в замешательство, не давая придумать спасительные оправдания, а по реакции майор видел: попал ли он в точку.

Но Фатима, казалось, то ли не расслышала Саблина (это вряд ли), то ли сделала вид, причём очень искусно. Выражение её лица не изменилось, даже намёка на удивление или беспокойство не скользнуло.

— Ах, вот в чём дело, — произнесла она, — считаете меня сектанткой какой-то? Ну не ожидала от вас такого, майор! Напомню, я — учёный, а не шарлатан.

— Одно другому не мешает, — парировал следователь, — Мне доподлинно известно, что Константин Журавлёв состоял в упомянутой мною организации. Кстати, вы же, наверное, в курсе, что он мёртв? Да? Нет? Ну не важно. Так вот. Если вам интересно, то на его теле мы обнаружили татуировку из двух букв: «АА», которые, как вы, наверное, знаете, являются символом принадлежности к Ордену. Журавлёв работал на ваш университет, и поначалу я решил, что с вами связи быть не может. Ну мало ли у него было проектов, и где его завербовал Орден — одному богу известно. Но затем, когда я сложил факт вашего знакомства с Журавлёвым и его женой в Даурии, у меня наметились кое-какие подозрения. Да, да, — сказал Саблин с улыбкой, глядя на промелькнувшее удивление на лице Фатимы, — я был в Даурии вместе со Смирновым. И там случайно увидел фотографию, где вы засняты вместе с Софьей Журавлёвой. Интересное совпадение, не так ли? Софья нашла ценный перстень в Даурии, а по возвращении в Москву погибла при странных обстоятельствах, а затем и её муж, Журавлёв. Не говорю уже о Борисе Осипове, коллеге Софьи. Но и тут мои подозрения не выглядели ещё убедительными. В жизни встречается немало диких совпадений. Но я припомнил нашу с вами первую встречу в Питере. Тогда вы удивительным образом возникли в аудитории и снабдили Смирнова столь нужной ему информацией про Ноев ковчег, после чего наш общий знакомый отправился на поиски реликвии в Армению[6]. Там же, как ни странно, затем появились люди из Ордена. Опять совпадение? Не думаю. Ну и, наконец, у нас есть данные, что в этом районе, недалеко от гостиницы, где я имею честь с вами беседовать, недавно был замечен ещё один член Ордена, — Саблин сделал удивлённое лицо. — Ещё один общий знаменатель во всей истории? Как думаете?

Фатима слушала следователя теперь без улыбки, но старательно продолжая не выдавать своих эмоций. Она вздохнула, когда майор замолчал.

— Потрясающе логичное повествование. Ваш ход мыслей вызывает восхищение.

— Благодарю, — следователь получал наслаждение от общения с профессором: словесная игра, в которую они втянулись, затягивала. Но придётся напрячься, выводя Идрисову на признание. Хотя Саблин до сих пор не был уверен на сто процентов, что прав и Фатима — член Ордена.

— То есть правильно ли я вас поняла: вы считаете, я убила всех названных вами людей?

— Нет, ну что вы! Не вы, конечно. Вот только ваше участие очевидно. Думаю, вы поставляли информацию в Орден о находке Журавлёвой, о планах Смирнова, ну и так далее. Как профессионал в истории и археологии, вы смогли разглядеть в перстне из Даурии ценную реликвию и догадались, что снимки с Арарата подлинные. Сообщив об этом в Орден, вы тем самым дали ему возможность поучаствовать во всех историях. Ну а цель, само собой, получить уникальные знания и