Киллера заказывали? - Борис Бабкин

– Как? – огрызнулся Огурец. – Ведь пробовали по номеру определить, но ничего не вышло. Мне что, ходить по улицам и слушать голоса, чтоб узнать записанный на автоответчик?

– Как хочешь, так и делай. Но я должен знать…

– Не гони пургу, Макарыч, – остановил его вошедший лысый атлет. – Сейчас все на уши встали. Кто-то очень серьезно занялся вами, лесопромышленниками. Надо вычислять кого-то из вас. Передел начался с Лапина. И младшего его наверняка закопали. Менты уже труп Тольки ищут. Кого-то по этому делу уже арестовали. Так что след ведет к господам директорам. Сколько вас?

– Девять, – ответил Макарыч.

– Значит, осталось семь, – усмехнулся атлет и провел ладонью по загорелой лысине. – Повар готов, Бурка тоже… Ага, и Славик Лапа – жмур. Выходит, шесть. Но кто же стоит за этим юмористом, кто звонил? И ведь не шутил он, псина. Теперь шарь его. А видать, серьезный фраер, да и…

– Слушай, Топор, – остановил его Огурец, – ведь базарок наверняка идет. На кого мужики кивают?

– Ну-ка не строй из себя заершенного! – отрезал Топор. – Ты кто есть-то? Огурчик малосольный. Поэтому знай свое место. Спросят – вякать будешь.

– Что?! – зло воскликнул тот. – Да ты особо-то не выступай! А то ведь…

– Слушай, малосольный, – усмехнулся Топор, – не заводи меня, а то покалечу.

В руке Огурца блеснуло лезвие выкидного ножа. Топор выхватил пистолет. Щелкнул взведенный курок.

– Убери перо, – спокойно посоветовал он, – а то я могу разнервничаться и выстрелить.

Огурец сложил нож, сунул в карман.

– Вали отсюда! – Топор кивнул на дверь.

– А ты разблатовался, – посмеиваясь, проговорил вошедший Эдуард. – Спрячь пушку, а то выстрелит, и исчезни. Ты не в свой ребус нос суешь. Здесь мозги нужны, а у тебя там мускулами все заплыло. Сдерни!

– Лады, – придерживая ударник большим пальцем, согласился Топор, – как скажешь. Покедова! – Кивнув, он вышел.

– Зря ты с ним сцепился, – сказал Огурцу Эдуард. – У Топора мозгов нет, а злопамятен… Подловит где-нибудь и кончит. У него это запросто.

– Я его сам выпасу! – процедил Огурец. – Сделаю ему малосольный. Буржуй сказал, – взглянул он на Макарыча, – чтобы ты подключил своих к поиску этого шутника.

– Да я и сам уже дал команду, – кивнул тот. – Если честно, то мне как-то не по себе. Как только звонок, внутри все дрожать начинает. Ведь он как позвонит со своим вопросом – все, можно считать, отжил.

– Да хорош тебе, – усмехнулся Эдуард. – Все путем. Кстати, Буржуй просил передать, что совет собирается. Хотели в воскресенье, но в связи с убийством Повара и Бурки решили сегодня вечером. Так что приезжай.

– Буду, – хмуро ответил Макарыч.

– Бурку убили, – посмеиваясь, говорила Мила. – Похоже, у них начинается война друг с другом. Выходит, Славку не просто так забили. Это было начало.

– А не боишься, – спросила Ангелина, – что и ты можешь попасть в это дело? Ведь у тебя есть акции фабрики и в лесодобыче тоже.

– Не боюсь. У меня эти самые акции вот-вот купят. К тому же пока у меня и нет ничего. Нужно соблюдать какие-то формальности, тем более что у Славки есть жена. Может быть, даже судебное разбирательство предстоит. Если, конечно, та сучка осмелится подать…

– Я бы на ее месте это обязательно сделала, – не дала ей договорить Ангелина.

– Тогда мне пришлось бы убить тебя, – хмыкнула Мила.

– Ну уж это как вышло бы. Прежде всего я бы ничего не отдала, как эта Настя.

– Значит, хорошо, что ты не она, – рассмеялась Мила.

– А знаешь, – помолчав, сказала Ангелина, – что-то я не пойму тебя. Ты хочешь расправиться с Настей и сделать ее жизнь невыносимой. Ее же по твоей просьбе Сурен уволил из ларька. Зачем тебе это? – Она пожала плечами. – Свое ты получила. А у нее сын. Кроме того, не она увела у тебя Славку, а он сам сделал выбор. Ведь ты с ним рассталась раньше, чем он познакомился с Настей. Я не понимаю тебя. Настя пыталась заставить Славку отдать тебе…

– Перестань, – недовольно остановила ее Мила.

– И все-таки я считаю, что лучше оставить Настю в покое. У нее сын, и она ничего у тебя не просит. А ведь могла бы, и суд заставил бы тебя…

– Ты плохо обо мне думаешь, – усмехнулась Мила. – Я, прежде чем что-то делать, страхуюсь.

– Понятно. Значит, испугала Настю несчастным случаем с сыном… А знаешь, я уверена, что Настя и так ничего не взяла бы. Она гордая.

– Послушай, подруга, – недовольно сказала Мила, – ты на чьей стороне?

– Я говорю то, что думаю. Например, мне жалко Настю.

– С чего бы вдруг? – Мила разозлилась.

– Просто говорю, – повторила Ангелина, – что думаю.

– Уж не вспомнила ли ты, что я Славку у тебя отбила? – Мила рассмеялась.

– Да я и забыла об этом, – с деланным равнодушием отозвалась Ангелина. – Сама знаешь, я с Пашкой душа в душу жила. Правда, Бог детей не дал, но что поделаешь. Хотели взять ребенка в детдоме, но Паша погиб. Вот и живу как хочу. И не то чтоб счастлива, но на жизнь не ропщу. Все имеется – квартира, машина, деньги. Мужиков меняю как перчатки. Нет такого, кто в душу запал бы. Когда ты со Славиком рассталась, мы с ним пару раз переспали. Потом он с Настей сошелся. Не буду врать, хотела я его к себе забрать. Не пошел. И знаешь, в отличие от тебя, живя с Настей, он блудом не занимался. Когда с тобой жил – погуливал. И ко мне захаживал не раз. Да ты ведь знала об этом. – Улыбаясь, Ангелина посмотрела Миле в глаза. – Тебе же Славка нужен был для прописки. Помню, как ты заявила: главное – удачно выйти замуж, получить прописку, родить ребенка, а там пусть катится куда хочет. Вот так у тебя и вышло. Но ты вдруг начала Настю…

– Может, хватит об этой шлюхе? – зло перебила ее Мила. – Да, я знала, что Славка по бабам ходит. И что с тобой спит иногда, тоже в курсе была. С ним я жить не хотела. Получила все, к чему стремилась. Но знаешь, когда он к этой шлюхе ушел, злость разобрала. Да он тоже, видно, пристроился лишь на время. О дочери он же ей не говорил. Настя, когда узнала от адвоката, дар речи потеряла. Почему же он, если уж так любил ее, не сообщил ей о дочке?

– Может, решил потом сказать. – Ангелина пожала плечами. – Они и прожили-то всего ничего. С тобой он три года был, год шлялся, а потом четыре года с Настей. Она же без него год пацана растила.

– Полтора, – поправила ее Мила. – Он даже не подозревал, что у него сын на стороне есть. Случайно узнал. И привез эту шлюху сюда. Она же училась в медицинском…

– В педагогическом, – поправила Ангелина, – забеременела и уехала. Заочно окончила. Но и теперь нигде устроиться не может. А вот зачем ты ее с работы уволила?

– Я хочу, чтоб она убралась из Москвы. Ее счастье, что квартира на нее записана. А то бы уже давно на вокзале ошивалась со своим выродком.