Фиговый листочек для меня - Джеймс Хедли Чейз

– Только не перестарайтесь в отношении докладов. Пусть он думает, что у меня ничего не получается. Теперь у меня предчувствие, что эта фиговая работа окажется куда более трудной, чем я предполагал.

У него был недоумевающий вид.

– Что заставляет вас так думать?

– Сами подумайте, – засмеялся я, залезая в машину. – Для вас это будет неплохой тренировкой.

Когда он включил мотор, я спросил:

– Вы говорили с почтальоном о корреспонденции Джексона?

– Еще нет. Я не забыл, но его трудно поймать. Надеюсь увидеться с ним сегодня вечером.

– Пожалуйста, – сказал я, отодвигаясь в сторону, поручив ему везти меня в Сирль.

Прежде чем расстаться с Андерсоном у офиса шерифа, я спросил его, где живет отец Сида.

– Белли Боткине?

Он удивился.

– Вы хотите с ним поговорить?

– Где мне его найти?

– У него очаровательный небольшой домик под самым Сирлем. Третий поворот налево по шоссе. Заблудиться невозможно. Другого дома там нет. Белли приезжает в клуб три-четыре раза в неделю. Его здесь все знают. Они с Китти превратили свое жилище в настоящее уютное гнездышко. Когда Китти умерла, мы боялись, что Белли это не переживет.

– Когда это случилось?

– Пару лет назад. В городе болтают, что она скончалась от тоски по сыну, но вы знаете, чего стоят эти разговоры. Доктор Стид определил воспаление легких.

– Я слышал, что Сид был настоящим повесой?

– Это верно, но вы же знаете, каковы матери. Она его боготворила. А вот Белли не ладил с сыном.

Прежде чем отправиться на поиски дома Белли, я остановился на лягушачьей фабрике Моргана и Везерспуна.

Гарри Везерспун я нашел за его письменным столом. Он посмотрел на меня довольно хмуро, когда я вошел в его офис, затем усмехнулся.

– Ах, мистер Уоллес. Частный сыщик, – сказал он, откидываясь на спинку стула. – Вы провели меня своей сказкой о сборе информации для писателей.

– Очень сожалею, мистер Везерспун, – сказал я, подходя к его столу, – но из прошлого опыта мне известно, что некоторые люди не любят разговаривать с частными сыщиками.

Он кивнул.

– Я не в претензии. Я слышал, вы надеетесь отыскать внука несчастного старого Фрэда?

– В этом городе великолепно работает беспроволочный телеграф.

– Совершенно верно. Тут ничего не может случиться без того, чтобы через полчаса всему городу не стало известно об этом.

– Я хотел бы задать вам один вопрос, мистер Везерспун.

– Спрашивайте, пожалуйста. Что вас интересует?

– Старый Джексон еженедельно поставлял вам определенное количество лягушек. Меня интересует: сколько вы ему платили?

Он бросил на меня испытующий взгляд:

– А что?

– Джонни Джексон должен быть его наследником. Судя по тому, как жил его дед, он тратил на себя очень мало, так что он наверняка накопил какую-то сумму.

– Полагаю, что так. Не вижу оснований не отвечать на ваш вопрос. Некоторые недели он сдавал товару больше, в другие меньше. Но в среднем он получал долларов сто пятьдесят в неделю.

– В какой форме вы расплачивались с ним?

– Всегда наличными. Я вкладывал деньги в конверт, их отвозили Фрэду, а тот присылал с ним расписку.

– Таким образом, он откладывал приблизительно по сотне в неделю?

– Трудно сказать. У него был сын. Митч. Может быть, он давал ему деньги. Я подумал о дыре под кроватью Джексона. Он наверняка складывал туда свои

капиталы. Даже если он действительно что-то давал Митчу, то все равно за последнее время поднакопилось порядочное количество.

– Грустно думать, что старик покончил с собой, – продолжал Везерспун, – но ему не для кого было жить. Нам его будет не хватать. Его ферма давала много товара.

– Думаете приобрести ее? – спросил я равнодушно.

Он ответил не сразу, снова бросив на меня любопытный взгляд.

– Да, пожалуй. Я знаю одного весьма энергичного фермера-лягушатника, которому я бы смог сдать эту ферму в аренду, если я ее куплю, но она входит в состояние старика. До тех пор, пока внук не будет найден или не будет доказано, что он умер, я ничего не смогу сделать.

– Ничего?

Я посмотрел на него.

– Как только я услышал о смерти старины Джексона, я сразу же подумал о покупке этой фермы. Я поручил своему адвокату заняться этим вопросом.

Я твердо смотрел ему в глаза, заметив, как он старательно отводит их в сторону.

– Я поручил ему дать объявление в газету для Джонни Джексона. Вот тут и вы могли бы помочь, мистер Уоллес. Если вы найдете следы Джонни, прошу передать ему, что я бы хотел с ним побеседовать. Он получит приличные деньги за ферму деда.

– А кто ваш адвокат?

– "Говард и Венболт". Мистер Венболт занимается всеми моими делами.

– Вы не возражаете, если я переговорю с ним?

– Почему я могу возражать? О чем, если не секрет?

– Я разыскиваю Джонни. Вы сказали, что и Венболт его ищет. Мы можем сэкономить друг другу время, не дублируя наши действия.

– Правильно. Его адрес в справочнике.

– Прекрасно. Ну что же, благодарю, мистер Везерспун. Будем надеяться, что нам удастся отыскать паренька.

На этом мы расстались.

Я доехал до дома Белли менее чем за пятнадцать минут. Описание Билла Андерсена было недостаточно точным. Маленькое бунгало как будто сошло с картинки: пропорциональное сооружение с белоснежными стенами, маленьким садиком, где по обе стороны аккуратно подстриженной площадки цвели потрясающие розы, которые можно увидеть разве что на выставке. Короткая гравенистая дорожка вела к металлической калитке от входной двери под козырьком. Этот игрушечный домик говорил о заботе, трудолюбии и любящих руках.

Возле дома в качалке сидел Белли, он курил трубку. На нем был надет белый костюм и панама.

Он наблюдал за тем, как я вылезал из машины. Я решил, что ему около семидесяти: худощавый, сильно загорелый с седой бородой. Мне он показался старым джентльменом, который очень много трудился, немного страдал, но в конце концов добился небольшого благополучия. Он мне сразу не очень понравился.

– Мистер Боткине? – спросил я, останавливаясь перед ним.

– Никто иной, а вы наверняка Дирк Уоллес, оперативник из агентства Пармелла?

Протянув руку, он улыбнулся:

– Не удивляйтесь. Новости быстро передаются в нашей глухомани.

– Я это уже понял, – засмеялся я, пожимая ему руку.