Дом одиноких сердец - Чингиз Абдуллаев

– Кто-то из родственников ваших сотрудников мог появиться вхосписе без разрешения?

– Абсолютно исключено. Ни при каких обстоятельствах.

– В этой смене имеется один заслуживающий внимания момент, –сказал Дронго, – все четверо оставшихся были из Николаевска. Насколько я понял,большинство врачей и санитарок из Санкт-Петербурга?

– Врачи – да, а санитарки – нет. Но вы правы, все же четверобыли из Николаевска. Что это нам дает? Вы думаете, что провинциалы большесклонны к убийству, чем столичные жители? Или наоборот?

– Нет. Я думаю о другом. А если кто-то из них отлучился втот вечер – ведь до Николаевска отсюда совсем близко. Сегодня Зинаида Вуткоушла к больному сыну, спросив вашего разрешения и поменявшись с другойсанитаркой. А если подобное было без вашего разрешения?

– Тоже исключено. Они знают, чем рискуют. У нас особотяжелые пациенты, с каждым из которых в любую секунду может произойти все, чтоугодно. С тем же Радомиром. Уйти отсюда без разрешения просто невозможно.Рискуете не только тем, что вас уволят, но еще можете и попасть под суд. Целыйбукет статей. «Халатность», «Ненадлежащее исполнение своего долга», «Неоказаниепомощи больному»… В общем, следователи найдут, если постараются. Нет, этотвариант тоже отпадает.

– Тогда остается последняя возможность. Завтра с утра намнужно ознакомиться с личными делами каждого из пациентов и побеседовать скаждым из ваших сотрудников. Только таким кропотливым образом мы можем найтитого, кто, возможно, был заинтересован в этом преступлении.

– Только учтите, что завтра Мокрушкина и Клавдии Антоновныне будет. Они дежурят сегодня ночью и завтра утром уедут к себе отдыхать.

– В таком случае мы поговорим с ними сегодня. Надеюсь, чтоДмитрий не обидится.

– Он будет ждать вас столько, сколько вам нужно, – заверилСтепанцев.

– В таком случае пригласите Клавдию Антоновну, – попросилДронго, – только сами здесь не оставайтесь. В вашем присутствии она будетнесколько скованна.

– Вы ее не знаете, – улыбнулся Федор Николаевич, – оначеловек смелый и мужественный. И никакой скованности не будет, даже если вместоменя здесь окажется министр здравоохранения нашей страны. Нельзя работать вхосписе столько лет и не быть мужественным человеком. А она тут такое видела!..Можно роман написать, и он сразу станет бестселлером.

Он вышел из кабинета так же быстро, как и вошел. Черезминуту в дверь постучали.

– Войдите! – крикнул Дронго.

Дверь открылась, и вошла Клавдия Антоновна. Она застегнулахалат и строго посмотрела на гостей, словно понимая, что ее пригласили длясерьезной беседы.

– Садитесь, – пригласил Дронго, показывая на стул.

Она села, поправив халат. Было заметно, что женщина страдаетварикозом – на ногах были заметные синие прожилки. Сказывалась многолетняяработа.

– Клавдия Антоновна, мы хотели с вами переговорить, – началДронго.

– Говорите, – кивнула она.

– Несколько дней назад у вас умерла ваша пациентка,Генриетта Андреевна Боровкова. В ту ночь, когда вы дежурили.

– Как раз в прошлую смену, – вздохнула она. – ТолькоБоровкова не умерла.

– Как это «не умерла»? – не понял Дронго.

– Ее убили, – спокойно, очень спокойно, сообщила КлавдияАнтоновна.

И в кабинете воцарилось гнетущее молчание.