Бой с ленью - Наталья Александрова

– Вот, это точно она! Оксана Раевская…

Очень ухоженная блондинка в красивом вечернем платье привычно улыбалась в объектив.

– До сих пор перед глазами стоит, как он ее ударил кулаком, и она упала… – пробормотала Катя, – а потом он достал из машины какую-то железяку…

– Катерина! – взорвалась Ирина. – Немедленно прекрати! Если он ее убил, то куда потом дел тело? На поляне ничего не осталось, я точно видела! А в багажнике у него был только ковер…

Катя насупилась и отвернулась.

– Хорошо, – строго проговорила Ирина, – но если ты своими глазами увидишь эту… как ее… Раневскую…

– Раевскую, – машинально поправила ее Катерина.

– Ну неважно – Раневскую, Раевскую… короче, если ты ее увидишь – ты успокоишься и прекратишь выдумывать всякие ужасы в духе Хичкока?

– Если я увижу ее живой, – уточнила Катя.

– Ну да, живой и здоровой!

– Ну допустим…

– Тогда собираемся! – энергично воскликнула Ирина.

– Куда? – удивленно протянула Катя, глядя на подругу.

– Ну не на кладбище же! Поедем в галерею, как она называется… «Райский сад»!

– Поехали! – согласилась Катя с некоторой опаской в голосе и направилась к дверям.

– Подожди! – остановила ее Ирина. – Ты что – прямо так и пойдешь?

– Да, а что? – Катя недоуменно захлопала белесыми ресницами. – Чем я тебя не устраиваю?

– Меня ты вполне устраиваешь, – вздохнула Ирина, – потому что я – твоя подруга и привыкла, но вот посторонних людей в галерее может не устроить твой внешний вид. Это твое зеленое платье… ты меня, конечно, извини…

– Чем оно тебе не нравится? – удивленно проговорила Катя, повернувшись перед зеркалом. – Между прочим, я его купила в Португалии…

– Ага, небось на дешевой распродаже! И потом, Катя, когда это было? Прошедшее время явно не пошло ему на пользу! И вообще – кем ты хочешь представиться в галерее? Португальской сборщицей винограда? Как ты хочешь, но в этом зеленом балахоне нечего и думать проникнуть к Раевской!

– Я не хочу никого из себя изображать! – гордо проговорила Катя, встав в третью позицию. – Слава богу, в художественной галерее я могу появиться в своем подлинном виде и под собственным именем! Я как-никак художник! Или ты забыла?

– Ничего я не забыла! – отмахнулась Ирина. – Только скажи мне, подруга, ты когда-нибудь выставлялась в этой галерее?

– Нет, – неохотно призналась Катя.

– Но хотя бы бывала в ней?

– Нет…

– То-то и оно! А знаешь, почему?

– Ну и почему же?

– А вот ты посмотри как следует на фотографию. – Ирина положила перед Катей злополучную журнальную страницу. – Что ты тут видишь?

– Убитую блондинку из леса! – выпалила Катерина.

– Опять ты за свое! А что ты видишь на заднем плане?

– Какие-то гламурные картинки…

– Именно! Хорошенькие кошечки, собачки, девушки с огромными глазами… твои панно явно не вписываются в стилистику этой галереи. Поэтому ты о ней ничего и не знала. Так что появляться в этом «Райском саду» в качестве художника тебе совершенно бесполезно. Твои работы они не примут на экспозицию, а тебя отфутболит первый же менеджер, и близко не подпустив к директору.

– Так что же нам делать? – пригорюнилась Катерина.

– Во-первых, не опускать руки! Мы должны прийти туда как потенциальные покупатели! Ну, или как представители покупателя. Тогда нас будут обхаживать, облизывать и непременно допустят до особы директора, что нам и требуется. Но представитель богатого покупателя не может появиться в этом зеленом балахоне! Давай посмотрим, что еще у тебя есть! – И Ирина направилась к Катиному платяному шкафу.

Однако содержимое этого шкафа не вызвало у нее восторга.

– Боже мой, – проговорила она, перебрав все плечики с одеждой, – вроде бы и много всего, но какой ужас! Зачем тебе столько одинаковых бесформенных балахонов?

– По-моему, такой фасон меня стройнит… – смущенно призналась Катерина.

– Ты так считаешь? – с сомнением проговорила Ирина. – Мне кажется, тебе уже пора отделаться от некоторых заблуждений… такие бесформенные чехлы могут стройнить разве что скелет из школьного кабинета биологии. И потом, почему у тебя все вещи такого странного цвета?

– Почему странного? – Катя явно обиделась. – Зеленый цвет мне идет… он вообще идет рыжим…

– Ну, во-первых, это заблуждение, – отмахнулась Ирина, – а во-вторых, я бы сказала, что все твои балахоны не зеленого, а какого-то грязно-болотного цвета… неужели ничего больше у тебя нет?

– Ну, вон там, в другом отделении есть терракотовый костюмчик…

– А, – Ирина явно обрадовалась, – мы же его покупали вместе с тобой перед презентацией… Почему же ты его совсем не носишь? Ведь это твоя единственная действительно приличная вещь!

– Да я как-то неловко себя в нем чувствую… – Катерина выглядела смущенной.

– Неловко? – подозрительно переспросила Ирина. – Ну-ка, надевай…

Катерина напряженно запыхтела и кое-как натянула терракотовую юбку.

– Ага! – воскликнула Ирина таким голосом, будто застукала подругу за жульничеством в игре в лото. – Да ты просто в него не влезаешь! Поэтому и не хочешь носить!

– Что значит – не влезаю? – обиделась Катя. – Ну, он просто немножко сел…

– Ничего он не сел! Такие вещи не садятся! Просто ты, Катька, снова потолстела!

– Глупости! Не может быть! Я много двигаюсь, устраиваю разгрузочные дни…

– Как часто? Раз в пять лет?

– Ну что ты пристала! Ну, не каждую неделю, но раз в месяц… или в два…

– А после разгрузочного дня устраиваешь два загрузочных! Катька, я тебя знаю! Ты должна взять себя в руки!

– Ну ладно, я обещаю – если все благополучно пройдет с этой самой Оксаной, я… я откажусь от сладкого! На целую неделю!

– На месяц, – сурово потребовала Ирина.

– Подруга, называется… – безнадежно протянула Катя. – Короче, сейчас-то что делать? Можно идти в зеленом платье?

– И не мечтай! Сейчас мы что-нибудь сделаем с этим костюмчиком – вот тут можно распустить, вот здесь – прихватить булавкой…

Действительно, через двадцать минут Ирина умудрилась втиснуть подругу в терракотовый костюм и даже придать ей вполне приличный вид.

– Вот теперь можно отправляться в «Райский сад», – проговорила она, удовлетворенно оглядев дело своих рук.

Галерея поражала своим великолепием еще на дальних подходах.

Ее вывеска сверкала всеми цветами радуги, переливалась и искрилась, как жена индийского магараджи. Окна были превращены в огромные аквариумы, и в них плавали сотни экзотических рыбок. Весь фасад вокруг входа был увешан гирляндами разноцветных шариков.