Мулатка в белом шоколаде - Дарья Калинина

– А ты против?

Кира вовсе не была против. Если уж не залив, то в такую жару сгодится и парк. Тем более что там такие красивые острова, на которых можно чудно позагорать. На Кире было ее любимое белье леопардовой расцветки. Оно вполне годилось и в качестве купальника. Во всяком случае, Кира успешно использовала его в этом качестве второй сезон подряд. И никаких проблем не возникало. Никто и не догадывался.

– Поедем на моей машине, – по-хозяйски распорядился Пантелеймонов, даже не спрашивая, что думает на этот счет сама Кира.

И едва та открыла рот, чтобы возразить, тут же добавил:

– У меня в машине стоит кондиционер.

Кирин рот закрылся сам собой. В такую жару, которая неожиданно наступила в городе, этот аргумент был исчерпывающим.

– Ладно, – буркнула она, не желая показывать, что страшно довольна. – Ты же все равно настоишь на своем. Пользуешься моей кротостью.

– Нет, если хочешь, то мы можем поехать и на твоей машине, – неожиданно предложил ей Пантелеймонов.

Тут уж наступил черед Киры заволноваться.

– Что ты! – воскликнула она. – Не надо! Я совсем и не хочу.

– Точно? – пытливо посмотрел на нее Пантелеймонов.

– Да! Да! – заверила его Кира.

– А то смотри, – якобы все еще колеблясь, произнес Пантелеймонов.

– Поедем на твоей!

– Ну, как хочешь, дорогая, – ласково пропел Пантелеймонов.

И уже садясь в прохладный салон его «Тойоты», Кира невольно задумалась. Как это так ловко у него получилось? Похоже, он все же умудрился обвести ее вокруг пальца. Что думал на этот счет Пантелеймонов, оставалось загадкой. Выглядел он очень сосредоточенным. И даже не улыбался и не шутил.

– Настя по телефону мне сказала, что хорошо разглядела прощальный подарок Петеросяна, – сказал он, когда они уже подъехали к парку и, оставив машину, шли по мостику. – По ее словам, вещица очень занятная. И самой Кате она тоже понравилась. Она так и сказала: если уж не обручальное кольцо, то пусть хоть это.

– И как он выглядел?

– Сейчас узнаем, – пообещал Кире Пантелеймонов. – Кажется, вот и они!

Им навстречу в самом деле шла Настя в своем крохотном топике. А рядом с ней вышагивал длинный, словно журавель, парень с таким же длинным тонким носом. Что роскошная Настя, которая с возрастом должна была расцвести еще больше, нашла в этом худосочном субъекте, Кира понять так и не смогла. Но, похоже, между молодыми людьми царили любовь и согласие.

– Я нарисовала вам его, – сказала Настя, когда вся компания расположилась за столиком в маленьком летнем кафе.

Собственно говоря, тут было всего несколько столиков. Да и те пустовали. Отдыхающие предпочитали располагаться на скамеечках или прямо на траве. Некоторые приносили с собой покрывала и устраивались позагорать прямо у воды, ничуть не смущаясь грохочущим за оградой парка потоком автомобилей.

Кира с интересом посмотрела на лист белой бумаги, который протягивала им Настя. На нем и в самом деле был изображен браслет в виде виноградной лозы с тяжелыми налитыми плодами и мастерски прорисованными листьями.

– Как красиво! – искренне восхитилась Кира. – Настя, где ты научилась так рисовать?

– Так я же закончила художественную школу! – рассмеялась Настя. – И в прошлом году поступила в Муху.

Мухой называли Мухинское художественное училище. Очень престижное учебное заведение с большим, а в некоторые годы и просто огромным конкурсом.

– И Юра там же учится, – ласково поглядывая на своего бойфренда, сказала Настя. – Мы там с ним и познакомились.

– И ты это нарисовала всего за час? – удивилась Кира.

– Ну, большого умения эта картинка от меня не потребовала, – усмехнулась Настя. – Просто растительный орнамент в объемном изображении.

– Не скажи, – покачал головой Пантелеймонов. – Теперь мы точно можем сказать, что такого браслета среди драгоценностей Кати не было.

– Я нарисовала его очень точно, – похвасталась Настя.

– Зрительная память у нее на пятерку, – подтвердил Юра, любовно гладя девушку по густым волосам на затылке.

– А почему вам вообще понадобилась моя консультация? – спросила у Пантелеймонова Настя, шикнув на кавалера. – Разве сама Катя не могла вам рассказать или даже показать браслет?

Пантелеймонов промолчал, отводя свои черные глаза. И тогда Настя посмотрела на Киру.

– Что случилось? – тревожно спросила она у нее.

Так мастерски прятать взгляд, как это умел делать Пантелеймонов, Кира не могла. И сказала правду.

– Не может быть! – побледнела Настя. – Не стала бы Катька себя травить из-за этого адвокатишки!

– Ты сама говорила, она была в отчаянии!

– В отчаянии, потому что ей уже тридцатник натикал, а замуж ее никто не брал! – отрезала Настя. – Вот она и убивалась. Но не по адвокату! Уж никак не по нему! И убивать бы она его не стала никогда в жизни! Он же ее содержал!

– В самом деле?

– Да, – закивала головой Настя. – Я-то знаю! Она сама мне хвасталась, что Петеросян все ее счета оплачивает. И на сотовый телефон всегда деньги сам кладет. И если Катя отдыхать ехала, он ей путевку оплачивал, даже если она без него отправлялась. И вообще за все платил!

– А сама Катя разве не работала?

– Работала, – нахмурилась Настя. – Но и там ее держали тоже только благодаря хлопотам Эдика. Он за нее просил, вот ее и взяли.

– Выходит, она его использовала?

– Эдик свое удовольствие от общения с Катей ведь тоже имел, – пожала плечами Настя. – Так что все было справедливо. Но повторяю, Эдик для Катьки был словно дойная коровка. А кто же режет полезное животное?

Рассуждала Настя с мудростью, которая ее возрасту обычно не свойственна. Во всяком случае, вспоминая себя в ее годы, Кира с горечью призналась самой себе, что не могла похвастаться такой же рассудительностью. Похоже, молодежь нынче стала другая.

После разговора с Настей Пантелеймонов доставил Киру обратно к дому, где жила Катя. Всю дорогу он был молчалив.

– Думаю, что надо еще раз осмотреть Катину квартиру, – сказал он. – И если дареный браслет не обнаружится, то…

Он не договорил, но Кира поняла его и так. Если браслета нет, значит, кто-то его у Кати забрал. К этому времени квартира Кати была уже опечатана. Но Пантелеймонов, недолго думая, сорвал печати, заявив, что, во-первых, это всего лишь формальность, а во-вторых, всегда можно свалить вину на хулиганистых дворовых мальчишек.

Браслета в виде виноградной лозы в доме у Кати не оказалось. А ведь Кира с Пантелеймоновым обыскали все укромные уголки, где девушка могла бы спрятать украшение. Смотрели они и под бельем в шкафу, и за продуктами в кухонном шкафчике. Пантелеймонов даже заглянул в морозильную камеру, некоторые держат деньги и другие ценности среди замороженных пельменей и куриных окорочков, порылся даже в цветочных горшках.