Неполная дура - Дарья Калинина

— Грамотные все больно пошли! — проворчал он, когда Мариша как дважды два доказала ему, что через десять минут будет сведен мост Лейтенанта Шмидта.

— Как раз до него доедем, когда его сведут. Поехали за пятьсот?

— И зачем баб учиться берут! — продолжал ворчать водитель, пока подруги загружались в его машину. — Читать научились и думают, что все знают. Вот правильно на Ближнем Востоке вашей сестре не разрешали даже в школу ходить. А-то, блин, умные все стали!

— Ага! — с готовностью подхватила Инна. — У них на водительские права женщины до сих пор экзамены сдавать не имеют права. И в парандже семьдесят процентов населения ходит. Хотите, чтобы и у нас так было?

— Неплохо бы.

— Только уж тогда и вам одну небольшую хирургическую процедуру произвести придется, — окончательно озверев, заявила Инна. — Тоже, кстати говоря, очень отлично получится. Гигиена повышается и ощущения, говорят, потом от секса совершенно другие.

Не известно, понял ли ее водитель. Но он заткнулся и больше за всю дорогу не произнес ни слова. Лишь косился на подруг. И, доставив их до места, газанул прочь с такой скоростью, словно от ведьм спасался. Даже не объяснил, в какую сторону им двигаться. Впотьмах подруги долго блуждали между одинаковыми блочными коробками, пытаясь найти нужный им дом. Но все время попадались не те номера.

— Просто мистика какая-то! — воскликнула Инна. — Мы проходим мимо этого места уже в третий раз.

— Так уж и в третий?

— Точно тебе говорю. Вот этот куст шиповника выглядит словно черт с рогами. И я его пугаюсь уже в третий раз. А нужного дома все не видно!

— Потому и не видно, что мы по кругу ходим. И спросить не у кого!

Стоило Марише вымолвить эти слова, как, словно по заказу, из воздуха материализовался прохожий. Верней, сначала подруги услышали его голос, чуточку фальшиво выводящий мотив «Очи черные». Но недостаток вокальных данных с лихвой искупался страстностью исполнения. Затем из-за кустов появилась лохматая голова, а затем и весь певец.

— Очи ж-жгучие и пре-екрасн-ные!

Увидев подруг, он замер словно вкопанный.

— Раздери меня коза! Девчонки! А что это вы тут делаете?

Мужчина был изрядно навеселе, но не производил впечатление опасного. Росточком он был пониже Инны и уж точно ниже Мариши. Да и мощи в его субтильном тельце не наблюдалось. Казалось, все соки забрала кудрявая черная шевелюра. При этом он выглядел изрядным плутом.

— А не познакомиться ли нам? — внезапно подмигнув, предложил он девушкам.

— Мы на улицах не знакомимся! — кокетливо ответила Инна.

— А мы и не на улице! Мы в парке!

В двух шагах и в самом деле начиналась лесопарковая полоса.

— Арчибальд! — представился мужчина, делая попытку поклониться.

Попытка успехом не увенчалась. Он начал терять равновесие, и подругам пришлось спешно его ловить. Они придали ему вертикальное положение, похлопали, мужчина расчувствовался и сделал еще одну попытку представиться.

— Арнольд!

Теперь он вознамерился поцеловать руку Марише. Снова начал заваливаться на землю. И Марише пришлось взять его за шиворот.

— Прелестница! — возликовал мужчинка. — П-поз-звольте п-представиться — Аристарх! Вашу ручку!

Руку ему Мариша не дала. Очень надо, чтобы всякие личности, которые даже в собственных именах путаются, ей пальцы мусолили.

— Арик, — вместо этого произнесла она. — А скажи нам, где тут второй корпус вот этого дома?

— Этого?

Мужчина, окрещенный Ариком, попытался всмотреться в табличку и засиял.

— Так я же туда и иду! А вы тоже к Галке?

— Может быть.

— Пошли вместе! Я вас провожу! Дамы!

И, с неожиданной лихостью подхватив обеих подруг под руки, устремился вперед. Впрочем, надо сказать, что надолго его прыти не хватило. Ноги у провожатого начали заплетаться, а потом он и вовсе почти повис на подругах, лишь отдавая указания, где свернуть.

— Вот мы и приш-ш-ли! — наконец с большим трудом выговорил он, сфокусировав взгляд на подъезде дома. — В-вам какая к-квартира н-нужна?

— Тридцать пятая.

— Соседки! — неожиданно расчувствовался Арик и снова вознамерился лобызаться. — Пошли скорей!

Впрочем, на домофоне он набрал тридцать четвертую квартиру. Ему открыли, не спрашивая. И он принялся, цепляясь то за стены, то за перила, подниматься по лестнице, снова бодро перебирая ногам. Похоже, у него открылось второе дыхание. Добравшись до нужной квартиры, мужчина начал в нее стучаться.

— Галка! — конфиденциально шептал он в замочную скважину. — Открывай! Это я!

Дверь открылась, и на пороге возникла средних лет женщина с симпатичным, но одутловатым лицом, выдававшим в ней любительницу приложиться к бутылочке.

— Арон! Снова ты! Тебе что, не хватило?

Подруги изумились. Они впервые увидели еврея-алкоголика.

— Не хватило! — подтвердил Арик. — А у тебя есть?

— А кто это с тобой?

Галина подозрительно уставилась на подруг.

— Девочки хорошие, они меня к тебе и довели, — признательно посмотрел на подруг Арик. — Так что? Продашь? А то меня там люди ждут.

— Как же они тебя одного послали? Ты же на ногах не держишься! Обратно точно не дойдешь!

— Дойду!

— Ладно, — вздохнула Галина. — Чего тут понапрасну шуметь? Заходите! Только по одному.

Арик был увлечен ее мощной дланью в квартиру первым. А подруги остались на лестничной клетке. Но не растерялись и принялись звонить в дверь соседней квартиры, где должна была проживать девушка с белыми волосами — Этна. Они звонили и звонили, но все без толку. Галина уже снова открыла дверь и выпихнула на лестницу Арика, который прижимал к себе литровую бутылку водки «Санкт-Петербург». Недорогой, но вполне качественной. Если, конечно, она была разлита на заводе, а не в подпольном цеху.

Вот оно что! Вот в чем причина страстного стремления Арона попасть в тридцать четвертую квартиру. Соседка Этны — Галина торговала водкой из-под полы! Ну да, конечно. После одиннадцати часов вечера водку и прочие алкогольные напитки крепче пятнадцати градусов нельзя было купить ни в одном магазине города. Даже мартини попадало под этот запрет. А ведь всем известно, что самое веселье всегда начинается как раз после одиннадцати. И где взять в это время веселящий яд? Только вот у таких спекулянток. Вот потому Галина и не спит в такое позднее время. Ночь для нее — время бизнеса, самая торговля.

— Вы следующие, — сказала Галина, поманив подруг к себе. — Заходите обе!

Она впустила подруг в квартиру.

— Ну? Вам чего? Предупреждаю, у меня только водка и коньяк. Три звездочки. Самый дешевый. Приличный уже весь разобрали.