Долина ужаса - Артур Конан Дойл

По долине, извивавшейся между зубчатых скал, полз маленький поезд. В вагонах, вмещавших всего по двадцать или тридцать человек, только что зажгли лампы. Они горели тускло и слабо освещали пассажиров, в основном рабочих, возвращавшихся домой после трудового дня. Судя по их закоптелым лицам, это были большей частью шахтеры. Почти все они курили и иногда переговаривались.

В одном из вагонов сидели двое в полицейских мундирах, привлекавших к себе настороженное внимание не только рудокопов, но и едущих женщин-работниц и двоих-троих стариков, в которых нетрудно было узнать местных мелких лавочников. В углу, поодаль от всех, расположился молодой человек. На вид ему не менее тридцати лет, он среднего роста, у него свежий цвет лица. Проницательные серые глаза поблескивали сквозь очки и доброжелательно посматривали на соседей. Эти взгляды позволяли сделать вывод об общительном характере; поверхностный наблюдатель предположил бы даже, что это недалекий простак. Однако более пристальное внимание позволяло угадать в очертании его подбородка и суровой складке губ, что под наружным добродушием темноволосого молодого мужчины крылась незаурядная сила. Раза два он пробовал заговорить с ближайшим соседом-шахтером, но, получив краткие неприветливые ответы, замолк и стал хмуро смотреть в окно на открывавшийся пейзаж. Груды шлака громоздились по обеим сторонам железнодорожной линии; за ними поднимались вышки угольных шахт. Группы жалких деревянных домишек с плохо освещенными окнами жались друг к другу. На частых полустанках толпились закоптелые жители: долина Вермиссы не привлекала к себе праздных людей, здесь велась жестокая борьба за существование. На лице молодого пассажира, который смотрел из окна вагона на безрадостную местность, выражалось смешанное чувство брезгливости и любопытства. Не раз, достав длинное письмо, он снова и снова пробегал его глазами и что-то писал сбоку. В конце концов он вытащил из сумки револьвер и переложил его в потайной карман. Как ни быстро это было сделано, человек, сидевший на соседней скамье, успел все заметить.

— Вот как, приятель, вы, видно, готовы ко всему?

Молодой незнакомец улыбнулся с некоторым замешательством.

— Да, там, откуда я еду, иногда оружие необходимо.

— А откуда вы едете?

— Из Чикаго.

— Здесь вы впервые?

— Да.

— Оружие наверняка вам и здесь пригодится.

— Почему вы в этом так уверены? — живо спросил молодой человек, явно заинтересованный.

— Разве вы не слышали о том, что у нас тут происходит?

— Нет, ничего.

— А я был уверен, что о нас говорят повсюду. Не огорчайтесь, скоро услышите. Но что заставило вас сюда приехать?

— Я слышал, что здесь можно легко найти работу.

— Вы член Рабочего союза?

— Естественно.

— Тогда, пожалуй, работу получите. У вас есть тут друзья?

— Нет, но я их приобрету.

— Каким образом?

— Я принадлежу к ордену масонов. Почти в каждом городе есть ложа, а где есть ложа, там у меня окажутся друзья.

Слова собеседника сразу произвели сильное впечатление на рабочего. Он с подозрением оглянулся на сидящих вблизи пассажиров. После этого он поднялся, сел рядом и протянул руку. Они обменялись рукопожатием.

— Я верю, но никогда нелишне удостовериться.

Правой рукой он дотронулся до своей правой брови. Незнакомец тотчас же поднес левую руку к левой брови.

— Темные ночи неприятны, — произнес сосед.

— Да, для странствующих иностранцев, — ответил молодой человек.

— Этого достаточно. Я брат Сканлейн, триста сорок первая ложа, долина Вермиссы. Я рад видеть вас у нас.

— Спасибо. Я брат Джон Макмэрдо, двадцать девятая, Чикаго. И я рад встрече с братом.

— В округе наших много. Нигде в стране орден так не процветает, как в долине Вермиссы. Но молодцы вроде вас нам очень нужны. Одного не понимаю: почему здоровый человек из Рабочего союза не нашел себе места в Чикаго?

— У меня было много случаев хорошо заработать, — ответил Макмэрдо.

— Тогда почему уехали из Чикаго?

Макмэрдо указал в сторону полицейских и слегка улыбнулся.

— Эти двое джентльменов, вероятно, с удовольствием приняли бы эстафету в отношении меня от своих чикагских коллег.

Сканлейн сочувственно кивнул, искоса взглянув на полицейских.

— У вас были большие неприятности?

— Да.

— Тюрьма?

— Еще не время толковать о таких вещах, — ответил Макмэрдо, как бы сожалея, что уже сказал больше, чем хотел. — Имелись веские причины для моего отъезда из Чикаго, удовольствуйтесь этим. Кроме того, кто вы такой, чтобы задавать вопросы?

Серые глаза Макмэрдо блеснули раздраженно за стеклами очков.

— Не сердитесь, я не собирался вас обидеть. И уверен — наши ребята отнесутся к вам хорошо, что бы вы там ни сделали. Куда вы сейчас направляетесь?

— В Вермиссу.

— Это третья остановка отсюда. Где намереваетесь поселиться?

Макмэрдо вынул письмо и прочел адрес.

— Джейкоб Шефтер, улица Шеридана… Мне рекомендовал его знакомый в Чикаго.

— Я сам живу в Хобсоне, так что этого адреса не знаю. Кстати, мы подъезжаем к Хобсону, и на прощание я хочу дать вам один совет. Если вы столкнетесь с трудностями в Вермиссе, идите прямо в Дом профсоюза и спросите Макгинти. Он мастер вермисской ложи, и в Вермиссе все делается, как того хочет Черный Джек Макгинти. Может, мы встретимся в ложе. Прощайте.

Сканлейн направился к выходу, и Макмэрдо снова остался наедине со своими мыслями. Уже стемнело, и красные отсветы горнов мелькали во мраке.

— По-моему, ад должен выглядеть именно так, — произнес чей-то голос.

Макмэрдо оглянулся и увидел, что один из полицейских встал и всматривается в окно.

— Наверняка, — поддакнул второй констебль. — И вряд ли в преисподней обитают дьяволы хуже местных… Полагаю, вы новоприезжий, молодой человек?

— Что вам-то до этого? — мрачно ответил Макмэрдо.

— Да ничего. Просто я посоветовал бы вам осторожнее выбирать себе здесь друзей. И уж никак я не поспешил бы подружиться со Сканлейном или с кем-нибудь из этой шайки, ничего не зная о них.

— Что вам за дело, кто мои друзья? — прогремел Джон так громко, что все пассажиры повернулись к нему. — Разве я спрашивал у вас совета?

Нагрубив, он широко осклабился, точно оскалившая зубы собака. Добродушных полицейских ошеломила подобная враждебность.

— Не обижайтесь на нас, — примирительно произнес один из них. — Мы хотим вам добра, поскольку вы новичок в долине Вермиссы.

— Да, этой долины я не знаю, но мне хорошо знакомы вы и вам подобные, — с холодным бешенством выпалил Макмэрдо.