Агония обреченных - Анатолий Кулемин

— В Центре, — пожал Роуч плечами.

— Хант?

— Нет, он ничего не знал. Он думает, что моя задержка в Майями на сутки вызвана встречей с руководством «Омеги», но это всего лишь версия для него. Нет, — Роуч уверенно мотнул головой, — Хант ничего не знал.

— Тогда остается одно: сработала либо разведка Кастро, либо… — Бредли открыл глаза и посмотрел на Роуча пронизывающе. От этого взгляда, от той интонации, какой это было сказано, у того внутри все оборвалось. — Либо разведка Москвы. Другого на ум мне ничего не приходит, и что-то другое предположить трудно.

Такой вердикт сломал Роуча; на него было жалко смотреть: остановившийся взгляд, лицо — маска. Потерянно улыбаясь, он смог лишь выдавить из себя:

— И что теперь? Что мне делать дальше?

— Ну, для начала вы скажите мне, где и когда планируется операция на Кубе. Это я должен знать для того, чтобы определить степень нависшей над вами угрозы, — пояснил Бредли в ответ на молчаливый, вопросительный, полный безысходности взгляд Роуча.

«Пока он „подвешен“ надо его додавить, — просчитывал в уме Бредли. — Сейчас он как под гипнозом, будет отвечать на все вопросы; когда успокоится и встанет на ноги, будет поздно; закроется. Тогда подобные вопросы задавать ему уже не только бесполезно, но и опасно».

В эти мгновения Роуч действительно словно находился в сомнамбулическом состоянии; он начал отвечать заторможенно, глядя в пустоту.

— На Кубе планируется крупномасштабная военная операция: высадка десанта при поддержке авиации…

Роуч замолчал и спрятал лицо в ладони; его подавленное состояние граничило с нервным срывом.

— Это я знаю, дальше, — давил Бредли. — Это у вас возникли проблемы, не у меня, поэтому не заставляйте себя подстегивать.

Роуч отнял от лица руки, глубоко вздохнул, откашлялся и постарался взять себя в руки:

— Да, да… Конечно… Извините… Высадка десанта планируется в районе города Тринидад.

— Дата проведения операции?

Роуч медленно качнул головой:

— Точная дата еще не определена. Предварительная — девятое — одиннадцатое апреля.

— Сколько человек будет задействовано в десанте?

— Около полутора тысяч.

— Задача группы «Москит»? — Этот вопрос был проверочным; задача группы «Москит» Бредли была известна; ему было важно, как ответит Роуч и можно ли ему верить. Роуч ответил правдиво.

— Ликвидация кубинских лидеров: Кастро, его брата и Че Гевары. В первую очередь — Фидель Кастро.

— Место, время и способ переброски группы, — продолжал жестко Бредли.

— Быстроходное судно. Высадка «москитов» запланирована западнее Тринидада — точное место еще не определено — одновременно с высадкой основного десанта. — Роуч отвечал уже вяло и даже с какой-то усталостью и безразличием.

«Это — война. — Бредли достал пачку сигарет, но закурил не сразу, долго в задумчивости разминал в пальцах сигарету. — Если Америка поддержит десант авиацией и операция пройдет успешно, мы вступимся за Кубу, а это — война. Как сообщить об этом в Центр… и когда; нет времени… как всегда — не хватает времени».

— Вот что, мистер Роуч, с этой минуты вы от меня — ни на шаг, — закурив, распорядился Бредли. — Если каким-то путем им станет известно носителем какой информации вы являетесь, вас попросту выкрадут. Они и так уже подобрались к вам на расстояние вытянутой руки. Оставьте бутылку в покое, — повысил голос Бредли, — успеете… работа на сегодня еще не закончена.

Роуч, собиравшийся было налить себе коньяк, повиновался молча; замечание о том, что работа еще не закончена, заставило его посмотреть на Бредли с любопытством.

— У вас должен быть запасной канал связи с курьером на случай форс-мажорных обстоятельств.

— У меня есть номер телефона, по которому я должен позвонить в случае непредвиденной ситуации, — подтвердил Роуч. Та уверенность, с которой говорил Бредли, невольно вселила в него надежду.

— Звоните. — Бредли встал, перенес телефонный аппарат с тумбочки на журнальный столик и поставил его перед Роучем. — Звоните и назначайте встречу через час… — Бредли на секунду задумался. — Ну раз прошлая встреча назначалась около университета, назначайте и эту около университета, только на этот раз около университета Барри. У центрального входа главного корпуса. Ваши приметы — те же.

— Да, но…

— Сейчас, по телефону, вы объяснять ничего не будете, а при встрече сошлетесь на здоровье. Расстройство желудка; от этого не застрахован никто. Звоните.

С этими словами Бредли достал из кармана коробочку — ту самую, которую некоторое время назад Роуч передал Марте — и положил ее рядом с телефонным аппаратом. Отличие этой коробочки от той заключалось лишь в том, что сейчас в ней находились пять желатиновых капсул не с ядом, а с лекарством от простуды. Эти капсулы Бредли купил в аптеке когда, проводив Марту в аэропорт, возвращался в отель.

— Я должен был не только проконтролировать вашу встречу с курьером, но и обеспечить передачу посылки в любом случае, — вновь опередив Роуча, ответил Бредли на его недоумевающий взгляд. — Вам просто повезло, что я решил не отдавать посылку курьеру, не выяснив ситуации с вами. Представляете, в каком цвете вы бы выглядели, если бы я отразил все обстоятельства этой операции в своем отчете по возвращении? Да к тому же если выяснится, что в группе «Москит» действительно действует враг.

Роуч в эти минуты соображал медленно, но все же соображал, поэтому он задал тот вопрос, ответ на который Бредли искал долго, на протяжении всего своего пути в отель, а нашел его и продумал уже на подходе к отелю.

— Но как вы отчитаетесь за эту посылку, когда вернетесь в Вашингтон? — спросил Роуч.

— Мне не надо отчитываться. После того как вы передали бы посылку курьеру, эту я должен был бы уничтожить. Звоните. На встрече я вас буду страховать.

Роуч снял трубку и, набирая номер, проникновенно проговорил:

— Мистер Бредли, я — ваш должник.

— Хорошо, что вы это осознаете. И упаси вас Бог где-нибудь, когда-нибудь, кому-нибудь проговориться об этом своем… проколе и о том, что я вас покрыл. Я — выкручусь; вы — утонете.