Смерть на подиуме - Наталья Александрова

– Ты что, живешь тут?

– Да нет, это Тамара, она окончательно от мужа ушла.

Тамара, высокая сухопарая женщина средних лет с большимируками и ногами, была замечательной швеей. Этими самыми большими, казавшимисянеуклюжими руками она творила чудеса. Лине она досталась случайно – кто-то иззнакомых, у которых Тамара подрабатывала поломойкой, узнал, что у себя в городеРовно, в Белоруссии, она много лет работала в ателье готового платья. С тех поркак ее свели с Тамарой, Лина Муравьева избавилась от множества забот.

Крупные известные дизайнеры, кроме швей, имеют еще и опытныхзакройщиков, те берут на себя раскрой ткани, а дизайнер только рисует будущееплатье на бумаге. Лина предпочитала кроить сама – не от бедности, а так ей былоудобнее для работы. Ведь удачная линия кроя – это визитная карточка дизайнера иполовина успеха коллекции. Она и шить умела – рассказывала, как сама шила своипервые модели, но теперь глупо было тратить на это время. Сейчас за шкафомстрекотала машинка, Тамара даже не вышла посмотреть на гостей.

Серж разобрал пакеты и сказал, что займется ужином.

– Ты учти там мои интересы! – крикнулаТина. – Я ведь все подряд есть не могу!

– Уж как-нибудь, – донеслось из-заперегородки, – не первый год в этом котле варюсь, все про вас знаю!

Через некоторое время по мастерской поплыл характерный запах– Серж варил креветок. Лина открыла окно и подошла к Тине с ворохом одежды. Онаготовила летнюю коллекцию, так что в наличии были полосатые короткие брючки и кним очень гламурненький розовый топ с причудливым вырезом, а также длинныесвободные шорты и для контраста – строгая блузка без рукавов со стоячимворотником на мелких перламутровых пуговках.

Серж заинтересованно выглянул из закутка с кастрюлей в рукахи крикнул, что розовый гламур – это не для Тины, а вот блузку можно примерить,в ней что-то есть.

И правда, сидела вещь отлично, Лина только чуть-чуть убраласзади.

– Босоножки будут не эти, но каблук такой же, –волновалась она, – и еще вот сумка…

Сумка была в большую вызывающую клетку, но Серж сумкузабраковал, выкопал у Лины из завалов обычную матерчатую торбу, зато самоличноповязал Тине на голову цветастый шарф.

– И правда так лучше. – Лина склонила головунабок. – Сержик, ты гений.

– Сам знаю. – Серж скромно потупился.

Потом было платье из легкой ткани в мелкий цветочек, соткрытыми плечами, широкой юбкой и большим воротником шалью.

– Такое платье было у моей бабушки! – вспомнилаТина.

– А что ты думаешь? Мода повторяется примерно черездвадцать лет. А уж если сорок прошло, то считай, что все начинается заново, какс чистого листа.

– Так и до кринолинов дойти можно, – усмехнуласьТина, – или до корсетов.

– Вот кстати… – Лина протянула ей широкий кожаныйпояс.

Корсет не корсет, но сантиметров пятнадцать в ширину поясимел. Лина затянула его как можно туже, Серж одобрил и сказал, что у бабушкитакого точно не было.

– Вот еще пиджачок… – Лина смотрела неуверенно.

– Опять что-то намудрила? – вскричала Тина, онахорошо изучила подругу и знала, что иногда на Лину «находило».

Увидит какую-нибудь ткань в магазине, или тот же пояс, илипуговицы, встанет столбом и отключится. А потом бежит домой или начинаетрисовать прямо тут же, в магазине. И появляется предмет одежды, вовсе несочетаемый с данной коллекцией. Лина и сама понимает, что платье или юбка никакне подходят, однако сделать с собой ничего не может.

Пиджачок был самый обыкновенный, из простенькой ткани, какаялежит в любом магазине. В меру короткий, в меру узкие лацканы, две не слишкомбольшие деревянные пуговицы…

– И что? – спросила Тина, расстегивая пуговицы.

– Опа! – вскричал неслышно появившийся за спинойСерж.

Подкладка у пиджака была неимоверно яркого, огненно-алогошелка.

– Эх, хорошо в стране советской жить… – задумчивопропел Серж, – красный галстук с гордостью носить!..

– С виду такой неказистый… – бормоталаТина. – И как тебя угораздило?

Лина виновато молчала.

– Так-так… – оживился Серж. – Ну-ка, детка,облачись. Джинсы возьми вон те, самые простые. Сначала идешь как обычно… Потомпри повороте сумеешь расстегнуть пуговицы одним движением? Лина, надо бы что-тосделать…

– Да-да, – оживилась Лина.

– Поворачиваешься и распахиваешь полы, так? Тут надопоиграть со светом… – решил Серж. – Ну, попробуем это организовать.Представляешь, свет на Тину, и алый шелк играет… В общем, наше дело выгоднопоказать…

– Сержик, что бы мы без тебя делали! – хоромвскричали девушки.

– Когда станешь известной, возьмешь меня персональнымстилистом! – улыбнулся Серж.

И наконец, последним номером программы шло вечернее платьегустого лилового цвета. Лиловый – гвоздь будущего сезона, это Лина зналасовершенно точно. Платье было безумно сложного кроя и еще не совсем готово.Лина приметала кое-какие детали и сказала, что Тина должна приехать еще, и неодин раз. Серж сказал, что в принципе может выйти большая удача, настоящий хит,а над Тининой прической и макияжем он подумает.

На ужин Серж приготовил салат с креветками и китайскойкапустой, заправил салат оливковым маслом с соком лимона и, невзирая на бурныепротесты Тины, бросил в него горсть кедровых орехов. Тамара крикнула из-за перегородки,что от креветок у нее крапивница и почесуха, поэтому Серж сделал ей огромныйбутерброд с вареной колбасой и налил чаю в пол-литровую кружку с нарисованнымна боку кустом земляники в натуральную величину.

Тина ела салат из керамической плошки, запивая егоминеральной водой – от вина отказалась под предлогом, что еще домой ехать, а насамом деле из-за фигуры, в вине ведь тоже сахар, а алкоголь задерживает воду ворганизме.

Все устали после долгого утомительного дня и теперьпереговаривались лениво, вполголоса. У Тамары за шкафом негромко играла музыка– что-то из неувядающего советского ретро, – пели то Пугачева, тоЛеонтьев.

«Как хорошо, что есть друзья, – неожиданно для себяподумала Тина, – как ужасно быть одинокой. Кто у меня из близких? Толькодядя Бо да еще, пожалуй, кот Ришелье. У моделей подруг не бывает. Дружбы стакой же моделью не получается – обязательно будет соперничество, обязательнокто-то у кого-то перехватит контракт, и все, дружба врозь. А обычная девушка смоделью не станет дружить – кому интересно все время находиться в тени?»

Получается, что Лина и Серж – ее единственные друзья, и Тинаими очень дорожит.

Они засиделись долго – болтали, курили, эти двое выпилибутылку вина, потом Тина взяла с Лины слово, что она не станет работать ночью,и отвезла Сержа домой.