Два сапога не пара - Джанет Иванович

Было еще довольно рано, когда я покинула гараж. Лишь одну вещь я узнала от Сэндимена, это то, что он мне совсем не понравился. При обычных обстоятельствах мне и в голову бы не пришло записать Сэндимена и Кенни в приятели, но эти самые обстоятельства обычными не являлись, и было нечто в Сэндимене, что заставляло мои радары вибрировать.

Маячить на горизонте жизни Сэндимена не значилось на первом месте в моем списке любимых занятий, но я подумала, что стоит, наверно, уделить ему какое-то время. По меньшей мере, не мешало бы бросить взгляд на его «дом, милый дом» и удостовериться, что Кенни не делит с ним квартирную плату.

Я проехала по Гамильтон и нашла парковочное место за две двери от офиса Винни. Когда я вошла. Конни слонялась по приемной, хлопая ящиками и сыпля проклятиями.

- Твой кузен собачье дерьмо, - проорала мне Конни. – Stronzo! (засранец – ит. - Прим.пер.)

- Что он отколол на этот раз?

- Ты помнишь ту секретаршу, которую мы только что наняли?

- Салли Как-то Там.

- Да. Салли Что-Знала-Алфавит.

Я оглядела офис.

– Кажется, она исчезла.

- Не сомневайся, она испарилась. Твой кузен поймал ее в положении под углом сорок пять градусов перед шкафом «Д» и попытался поиграть в «спрячь колбаску».

- Я так понимаю, что Салли оказалась бесчувственной.

- Выскочила отсюда с визгом. Заявила, что мы можем ей отдать платежный чек из милосердия. Сейчас некому вести бумаги, поэтому догадайся, кому досталась эта дополнительная работа? - Конни в сердцах хлопнула ящиком. - Третья секретарша за два месяца!

- Может, нам следует вмешаться и отправить Винни на кастрацию.

Конни открыла средний ящик и извлекла стилет. Она нажала кнопку, и лезвие выскочило со смертоносным щелчком.

- Может быть, нам следует проделать это самим.

Тут зазвонил телефон, и Конни швырнула стилет обратно в ящик. Пока она беседовала, я просмотрела папки на предмет информации о Сэндимене. Его не было в досье, то ли он не был обеспокоен проблемой внесения залога после ареста, то ли пользовался услугами другого поручителя. Я попыталась поискать в Трентонской телефонной книге. Неудачно. Я позвонила Лоретте Хейнц из управления автомобильным транспортом. Мы с Лореттой вместе были скаутами и испоганили когда-то две недели своей жизни пребыванием в лагере. Лоретта вступила в игру с компьютером в «угадай, в какой руке» и, voilà , у меня появился адрес Сэндимена.

Адрес я скопировала и изобразила ртом «пока» Конни.

Сэндимен жил на Мортон Стрит в районе больших каменных домов, которые превращались в мусор. Газоны отсутствовали, в окнах криво висели рваные шторы, угловые камни навязчиво донимали нарисованными с помощью баллончиков с краской бандитскими лозунгами, а с наличников облупилась краска. Несколько домов сгорели или были покинуты и заколочены. Некоторые дома были отремонтированы и сражались за то, чтобы вернуть себе былое величие и гордость.

Сэндимен жил в многосемейном доме. Не в самом красивом на улице, но и не в худшем. На переднем крыльце сидел старик. Белки его глаз пожелтели с возрастом, серая щетина держалась на мертвецки бледных щеках, а кожа была цвета дорожного гудрона. Сигарета свисала с уголка его рта. Он сделал затяжку и покосился на меня.

- Полагаю, отличу копа, когда вижу его, - заметил он.

- Я не коп.

Да что такое с этой полицейской ерундой? Я посмотрела на свои «мартенсы», удивляясь, не в башмаках ли дело. Может, Морелли прав, и мне следует избавиться от этих башмаков.

– Я разыскиваю Перри Сэндимена,

- Сэндимена дома нет. Работает в гараже весь день. До ночи не вернется. Приходит сюда только, чтобы нализаться или ширануться. А затем пристает ко всем. Вам нужно держаться подальше, когда он пьян. Сильно задирается, когда напьется. Хотя хороший механик. Все так говорят.